Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Журнал 2009, 256

«Полно охватить всю Сибирскую Русь»

Переписка Г. Гребенщикова и А. Ачаира

“Молодая Чураевка” в письмах Георгия Гребенщикова и Алексея Ачаира

Публикуемая переписка двух талантливых сибиряков, Г. Д. Гребенщикова и А. А. Ачаира-Грызова, смело заявивших о себе в литературе Русского Зарубежья 1920-х годов, открывает еще одну веху в культурной жизни эмиграции. Она относится именно к тому моменту, когда появился и начал свою деятельность в Харбине литературный кружок “Молодая Чураевка”. Письма охватывают весь 1927 год, период формирования известного впоследствии молодежного объединения, и дают представление об идейной подоплеке его создания.

“Молодая Чураевка” образовалась под эгидой Христианского Союза Молодых Людей (ХСМЛ), одной из старейших международных благотворительных организаций, которая открыла представительство на Дальнем Востоке для помощи беженцам из России, пострадавшим от большевистской революции.1 Союз размещался в главном центре сосредоточения русских эмигрантов, в городе Харбин, на улице Садовая, дом 62. По инициативе поэта Алексея Алексеевича Грызова (литературный псевдоним – Ачаир, 1896–1960)2, секретаря ХСМЛ, которому поручено было вести образовательные программы, и возник этот юношеский кружок. Фактически “Молодая Чураевка” родилась 8 ноября 1925 г., а как официальная организация оформилась 20 марта 1926 г. Годы спустя харбинская пресса вспоминала об этом событии: “Первый раз собралась маленькая группа молодежи, образовавшая Кружок ХСМЛ Журнала… за большим столом, в пустоватом зале собирались девушки и юноши – почти дети”3.

Первоначально кружок назывался “Зеленая лампа”, следуя давней пушкинской традиции. (Такое же название имели литературно-философские собрания, устраиваемые Д. С. Мережковским и З. Н. Гиппиус в Париже.) В нем объединились любители русской словесности и поэзии в возрасте от 15 до 19 лет, примерно около двадцати человек. Молодые люди принадлежали к семьям выходцев из бывшей Российской империи, главным образом, из Сибири и Приморья. Они собрались вместе, чтобы в своем творчестве “полно охватить всю Сибирскую Русь”.4

На протяжении нескольких лет, вырабатывая собственный стиль, “Молодая Чураевка” складывалась как общественная литературная студия. В стенах ХСМЛ образовался “кружок русской культуры”, утвердивший в ежедневной деятельности принципы, которые декларировали в своих трудах художник Николай Константинович Рерих (1874–1947) и писатель Георгий Дмитриевич Гребенщиков (1882–1964). Руководитель кружка Алексей Ачаир сформулировал жизненное кредо чураевцев: “Это путь к красоте, простоте и бесстрашию, это возжигание факела духа во мгле повседневных забот...”.5 К тому времени Н. К. Рерих стал инициатором целого духовного движения в мире, в основу которого было положено учение “Живой этики”. В печати появились первые книги, заложившие основу этого учения – “Зов”, “Озарение”, “Община”, и они всегда находились на рабочем столе Алексея Ачаира в качестве руководства к действию.

Что же касается Георгия Гребенщикова, то он сделался популярным в Зарубежье и как писатель, и как инициатор создания известного поселения эмигрантов, русской деревни Чураевка, невдалеке от Нью-Йорка. (Там возникает культурный центр, своеобразная “Школа Жизни”.) Слава писателя, на практике осуществляющего свои литературные идеалы, докатилась до Русского Китая. К 1927 г. в эмигрантской среде широко обсуждались его знаменитые романы “Былина о Микуле Буяновиче” (1924) и “Чураевы” (вышло 4 тома). Писательское мастерство Георгия Гребенщикова и высказанные им идеи делают его духовным покровителем многих литературных начинаний. Среди поклонников мастера оказался и поэт Ачаир со своими подопечными. Как следует из писем, в Маньчжурии первоначально предполагалось открыть даже отделение американской Чураевки, нечто вроде земледельческой общины.

Алексей Ачаир подхватывает американский почин. Он предлагает установление “всемирной Сибирской связи”. Основная мысль созидательного строительства состоит в том, чтобы осуществить “учет культурно-творческих сил” во имя будущей России.6 Осенью 1927 г. складывается основное ядро поэтической молодежи, которое и составляет харбинский кружок. В него входят: Николай Кичий, Михаил Бакич, Ларисса Андерсен, Галина Копытова, Любовь Жернакова, Маргарита Зарудная, Михаил Шмейссер, Руф Ананьин, Вера Попова, Леонид Аполлонов, Владимир Жернаков, Татьяна Густова и ее брат Лев Густов и др. Позже, к началу 1930-х, к ним присоединяются еще несколько молодых людей – Наталия Спирина, Юрий Григорьев, Сергей Бережнов, Галина Добротворская (впоследствии жена Ачаира) и знаменитые чураевцы – Николай Щеголев и Юрий Гранин. С появлением двух последних в “Молодую Чураевку” начала прибывать талантливая молодежь, с неоспоримым литературным даром. Однако к средине 1927 г. кружок находился еще в стадии формирования. У него не было даже названия. На первых порах поступали предложения от самих участников назвать кружок “Горница” или “Лиственничный дом”. В августе на общем собрании молодежи принимается решение о “Молодой Чураевке”. Основатели-сибиряки мечтают посвятить деятельность кружка не только художественному творчеству и искусству, но и “служению Будущему Человечеству”7, со временем превратив кружок в общину единомышленников.

В сентябре 1927 г. Гребенщиков обращается с письмом к членам харбинского кружка. Он оценивает стихи молодых поэтов, высказывает свои соображения о творчестве, дает духовные установки. Это обращение именитого писателя звучит как напутствие чураевцам. Некоторые из них направляют в Америку даже личные письма. Руководство молодежью со стороны и Алексея Ачаира, и Георгия Гребенщикова можно считать успешным, налицо рост творческого мастерства. “Молодая Чураевка” постепенно вступает в период своего расцвета и к началу 1930-х годов становится литературным объединением, вобравшим в себя значительные силы. Поэт Николай Щеголев писал в Америку: “Работаю в инициативной группе Молодой Чураевки, расцветшей, как Вам известно, за этот год до крупного кружка, собрания которого – всегда битком набиты интересующимися. Кружок этот, созданный по Вашей идее, единственно оживляет Харбин, город весьма недуховный... Был бы счастлив затеять с Вами переписку на некоторые темы. Особенно интересует меня литературная форма и вопросы, связанные с ней”.8 Георгий Гребенщиков в ответном письме дает совет: “Когда будете писать, думайте о простоте и четкости русского языка, но дайте аромат и китайского. Ведь этого в литературе еще не было показано”.9 Такой совет в полной мере удалось воплотить в своем творчестве другому чураевскому поэту – Валерию Перелешину.

При Христианском Союзе в Харбине с 1926 г. начинает выходить свое печатное издание, его выпускают кружковцы под руководством Алексея Ачаира. Оно называется “ХСМЛ Журнал”. Через несколько лет в кружок прибывают свежие силы. На всю эмигрантскую колонию гремят литературно-музыкальные вечера чураевцев, которые устраиваются каждую неделю, так называемые открытые “вторники”. Талантливая молодежь теснит своего авторитетного руководителя. У них разные точки зрения на формы работы кружка, на его дальнейший путь развития: должен ли он оставаться закрытой творческой лабораторией или развлекать публику. Осенью 1932 г. Алексей Ачаир отходит от активного руководства, оставаясь старшим товарищем и наставником молодых поэтов. Впоследствии он с горечью замечал, что “идея Чураевки... была самобытной, а не литературно-художественным шаблоном”.10 И тем не менее кружок продолжал существовать на демократических началах. Он сменил свое прежнее название и стал просто “Чураевкой” (такое же название получила и газета, начавшая выходить летом 1932 г.). С этого момента завершается этап становления “Молодой Чураевки”. На литературном олимпе появились новые, более талантливые имена, в том числе выросшие из своей чураевской среды – Валерий Перелешин, Лидия Хаиндрова, Виктория Янковская, Владимир Померанцев, Владимир Слободчиков и др. Они дали живой поэтический импульс, поставив “Чураевку” во главе литературного процесса в Харбине и во всем Русском Китае.

Публикуемые письма Георгия Гребенщикова (машинописные копии) и Алексея Ачаира (автографы) хранятся в архиве публикатора.

 

_________________________________

1. См.: А-тов С. 90 лет работы среди молодежи // Русское слово. 1934. 4 ноября. № 2602.

2. Грызов (литературный псевдоним – Ачаир, с 1917 г.) Алесей Алексеевич (1896–1960), поэт, литератор. Участник Гражданской войны. Представитель Сибирского областничества. В эмиграции в Харбине с 1922 г., работал помощником секретаря отделения Христианского Союза Молодых Людей. Редактировал “Последние известия” (Владивосток, 1922). Вел активную общественную деятельность, был председателем Общества сибиряков в Харбине, председателем издательской комиссии Общества кадет. Создатель “Молодой Чураевки”, впоследствии переименованной в “Чураевку”. Издал в Харбине сборники стихов: “Первая” (1925), “Лаконизмы” (1937), “Полынь и солнце” (1938). Арестован советскими войсками в 1945 г. и депортирован в СССР, 10 лет провел в исправительно-трудовом лагере под Красноярском. После освобождения жил в Новосибирске, работал учителем пения в средней школе.

3. А-тов С. Восемь лет Чураевки // Русское слово. 1934. 20 марта. № 2412.

4. Ачаир Алексей. Письмо Георгию Гребенщикову. 28.03.1927 // Архив автора публикации (ААП). Фонд Г. Д. Гребенщикова. Автограф. Л. 2 об.

5. Ачаир Алексей. Письмо в Музей Николая Рериха. (1932, январь) // Архив Музея Николая Рериха, Нью-Йорк (АМНР). Машинописная копия. Л. 1.

6. Ачаир Алексей. Письмо Георгию Гребенщикову. 31.05.1927 // ААП. Автограф. Л. 1 об.

7. Гребенщиков Георгий. Письмо Алексею Ачаиру. 10.10.1927 // Там же. Машинопись, отпуск. Л. 2.

8. Щеголев Николай. Письмо Георгию Гребенщикову. 11.07.1930 // Там же. Автограф. Л. 1.

9. Гребенщиков Георгий. Письмо Николаю Щеголеву. 24.10.1930 // Там же. Машинопись, отпуск. Л. 1.

10. Ачаир Алексей. Письмо Зинаиде Лихтман. 20.03.1935 // АМНР. Коробка: Г. Д. Гребенщиков. Машинопись. Л. 1 об.

Версия для печати