Двустворчатый Домик Хореев
раскроет дощатые двери
и выскочит птица колибри,
как стих с перебитым крылом.
В сияющем клюве эпиграф
повиснет вверху над листом,
усыпанном густо значками.
И если всмотреться, то в нем
услышишь, как звук возникает –
как, старческими голосами
друг друга касаясь едва,
нестройно псалмы распевают
и молятся Слову слова.



Хокку
Писать, что на душу положит Бог,
огромным, грубым шрифтом для слепых.
И текст окаменеет. В горельеф.
***
Обострились черты. Похудел как-то вдруг.
И в глазницах на дно опустились зрачки.
Может, тело себе подбирает душа?
***
Бесплотный кораблик, груженый раскаяньем,
выходит из верфи поющего храма.
Молитва Коль Нидре в день Судного дня.
***
Пауз звучанье слышней, чем слова.
Ритм перебоев и всплесков молчанья.
Чередованье потерь.
***
Чернота за окном сквозь глаза
с чернотою в душе сольется.
Сообщающиеся сосуды.
***
Иголкою солнца, обмокнутой в тучу,
в небесном пергаменте каждое утро
царапает ветер посланье ко мне.
***
Ослепительно красные брызги летят
во все стороны из-под раздавленных слов.
Я читаю, по буквам ступая глазами.
***
И трением слова о слово
добыл огонек на секунду.
Частица души осветилась.

Бостон