Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Журнал 2008, 253

Стихи

Родилась я в Париже в 1933 году. Отец мой, Борис Сергеевич Флоров, родился в 1895 году в Москве, сын инженера путей сообщения, родом из Костромы. Мать, Раиса Андреевна Маркова, родилась в 1904 году в Брест-Литовске, где служил мой дед, генерал Андрей Филиппович Марков, родом из Пятигорска. Отец в 1915 ушел на фронт вольноопределяющимся, сражался против немцев. Был тяжело ранен. Георгиевский кавалер, инвалид. В 1918 участвовал в корниловском походе поручиком, сражался в Крыму. Был вынужден покинуть Россию в 1920 году с Белой армией. Мать вывезли в Югославию еще ребенком. Она окончила институт, год проучилась в университете на историко-филологическом факультете. В 1924 году уехала во Францию, вышла замуж за отца, прибывшего во Францию тоже в 1924 году, после Константинополя и Болгарии. Я – единственная дочь. Училась хорошо, окончила Школу переводчиков в Сорбонне. Работала на государственной службе в Ядерном центре техническим переводчиком. Тридцать пятый год преподаю русский язык. В 1960 году вышла замуж за француза. Стихи пишу с детства. Начала с переводов моих любимых русских поэтов на французский язык, для своих друзей. Потом писала на патриотическую тему для родителей и их поколения. Родители всю жизнь прожили, глядя на восток: “А вот когда мы будем в России...” Умерли “апатридами” – гражданами несуществующей державы. Еще в ранней молодости на поэтический подвиг меня благословил Борис Константинович Зайцев, бывший тогда директором “Русской мысли”: “Пишите, пишите и издавайте сборник!”.

Татьяна Борисовна Флорова-Маретт


РОССИИ

Неосязаема, неуловима,
Порой словами невыразима,
Живешь в душе ты березкой нежной
Лесной дубравой, равниной снежной.

Живешь ты в сердце, Россия тайная,
Мне незнакомая, родина дальняя!
Живешь в душе ты глухим порывом
Молитвы жаром, тоски надрывом...

Где б ни была я – тебя ношу я,
Твоим ведь взглядом на мир смотрю я,
Твоим страданьем навек томима,
Твоею силой непокорима...

Неосязаема, неуловима,
Заветным словом лишь выразима,
Живешь во мне ты тоской безбрежной,
Степною ширью да бурей снежной.
В поезде по пути в Париж
 

РУССКОЕ КЛАДБИЩЕ

Белая церковь, березка, звонница
Крест, голубые под ним купола,
Елочки, русских могил вереница,
Кладбище Сент-Женевьев де Буа.

Белая армия, белое войско,
Андреевский флаг и Георгиевский крест.
Приняли жребий мы с мужеством, стойко,
Отчий наш дом за три тысячи верст.

Нас было мало, ведь в битве неравной
Много легло нас в тяжелом бою,
За веру, за Русь пали смертию славной,
Кровь не щадя за Отчизну свою.

Нет! Не “ничьи” мы – России великой
Честь мы спасать добровольно пошли.
Но, побежденные силою дикой,
С скорбью в душе мы в изгнанье ушли.

Больше полвека по свету скитаясь,
Родины честь мы достойно несли,
Верны присяге своей оставаясь,
Славу былую ее берегли.

В чуждой земле, в “подпарижском” кладбище,
Вечный покой мы в могиле нашли.
Прожили жизнь мы хоть скудно и нище,
Веры, любви мы лампаду зажгли.

Детям мы нашим ее передали.
Нас не забудет людская молва,
Архистратиг на Господни скрижали
Впишет мечом наши все имена.

Мы здесь истории повесть живая,
Вечную память нам ветер поет.
С Родины дальней пусть гость, приезжая,
Летопись Белую нашу прочтет!

Нашу Россию с собой унесли мы,
Бережно в сердце любя и храня,
Бурей житейскою долго гонимы,
Неумолимы, непримиримы.

Спим мы на Сент-Женевьев-де-Буа.

 
КАДЕТСКАЯ СКОРБЬ

Вновь флагом трехцветным покрыта плита,
Трехцветный венок у подножья креста...
Кадет уж немного – пустеют ряды...
Но те, кто остались, как прежде тверды.

Мы здесь караул свой бессменный несем.
Восьмой уж десяток вперед мы идем...
Несем пред собою трехцветный наш флаг
Двуглавых орлов и Георгия стяг.

Пусть годы прошли, но не кончена битва!
Оружие наше есть бденье, молитва,
Идем на сраженье в духовной броне
Мы с теми, кто служит здесь злу, Сатане.

И нас осеняют небесные силы,
Хоть много из нас на пороге могилы.
Но с нами на страже – небесная рать,
И будем, верны, на посту мы стоять.

Уж “Вечная память”! Склоняются флаги...
Слава и честь всем, кто верен присяге!
Ветер на воле в знаменах играет,
Почившим героям он гимн напевает.

“Коль славен” – вот гимн наш поет уже хор,
И тайной слезой затуманился взор...
Белеют под солнцем июньским могилы,
А мы почерпнули здесь новые силы.

Идут поколенья своей чередой,
И вы – наши звенья с Отчизной родной.
Спите спокойно! Мы здесь ваша смена,
И нас не подкупят ни ложь, ни измена.
Сент-Женевьев-де-Буа, 23 июня 1991
 
НА СТО ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЫЙ ПСАЛОМ

Из бездны тьмы к Тебе воззвав,
Услышь, Господь, мой глас мятежный!
Сковал мне сердце тайный страх
И сжал в тиски рукой железной.

Перед судом кто устоит?
Кто здесь достоин оправданья?
Тоской смертельной дух томит,
Ты чашу удали страданья!

Ко храму Света Твоего
В высь горную душа стремится.
О Боже, Боже, отчего
Кругом мрак ночи так густится?

От стражи утра до ночи
На Тя мое все упованье.
Ты щедро милость источи
И укрепи на испытанье!

Ведь у Тебя источник сил,
Ты жизнью вечной обладаешь,
И прах иссохший из могил
На пир Свой брачный воздвигаешь!
                        Январь 2001
        ОСКОЛКИ ЛИРЫ
27-я годовщина смерти моей мамы.
Посвящается ее светлой памяти.
Осколками лиры запали мне в сердце
Созвучья родных песнопений, стихов,
И вот иногда отворяется дверца
В тот мир потаенный видений и снов.

От раннего детства душа моя внемлет
Напевному звуку осколков златых,
И ночью глубокой, где все кругом дремлет,
В души тайниках зарождается стих.

И душу объемлет блаженство творенья,
В ночном созерцанье сокрытых светил;
И скорбь здесь, и радость деторожденья,
Когда мы причастны Божественных сил...
Бализи, 11 мая 2001
 
БЕЗБРЕЖНОЕ ВРЕМЯ
Марку Шагалу
Крылатая рыба на скрипке играет,
А маятник мерно часы отбивает.
Река отражает небесные своды,
И челн разрезает бегущие воды.

На крыльях у рыбы, как будто Жар-птицы
Средь перьев широких пылают зарницы...
На бреге отлогом домов сооруженье
Задумчиво смотрит в свое отраженье.

В изгибе реки храм высокий стоит,
И башни луч солнца с небес золотит.
Влюбленных же пара про все позабыла,
Вне времени, в страсти порыве застыла:

“Пусть мимо плывут и часы и река,
и музыку вдаль пусть несут облака,
и маятник, сердца биеньем пусть бьет,
На вечности крыльях любовь их живет...”
Бализи, 19 декабря 2001
 
НА ГРОБ ТАРКОВСКОГО

Блажен, кто миру передал
Души заветные стремленья,
Блажен, кто светлый идеал
Пронес средь бури и волненья!
Блажен, кто жертвы не жалел,
Служа возвышенному чувству,
Свой краткий век кто весь горел,
Был верен правде и искусству!

Как некогда сказал поэт,
Чтоб Бога мы за все хвалили:
“Не говори с тоской: их нет!
Но с благодарностию: были!”
Сент-Женевьев де Буа, в день перенесения праха А. Тарковского
* * *
Моя жизнь мне приснилась,
Я еще не жила!
Только зорька спустилась,
И кругом скоро мгла...

Только сеткой морщины
На усталых чертах,
Паутинкой седины
В еще темных косах.

Только сердце устало
И замедлился шаг.
Только солнце запало
И кругом скоро мрак...

А недавно казалось:
Все еще впереди!
Сколько дней мне осталось,
Чтоб до дома дойти?

В белом горнем селенье
Божий терем стоит.
Средь вечерние тени
Золотой крест блестит...

Моя жизнь мне приснилась,
Я еще не жила!
Ночь так тихо спустилась –
Я ее не ждала...
Бализи, 7 сентября 2002
Публикация Н. Мурновой

Версия для печати