Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Журнал 2007, 249

"Я занимаюсь делом, которое меня увлекает"

Интервью Александры Львовны Толстой корреспонденту радио "Свобода" Л. Оболенской. 1964 год

1 июля 1964 г. младшей дочери писателя Льва Толстого Александре Львовне исполнилось 80 лет. По этому случаю в канун большого празднества, организованного на поляне «Толстовской фермы», Александра Львовна Толстая дала интервью корреспонденту радио «Свобода – Свободная Европа» Людмиле Сергеевне Оболенской. Магнитофонная запись интервью в 2006 году была передана Л. С. Оболенской-Флам в архив Библиотеки-фонда «Русское Зарубежье» (Москва), откуда и был получен приводимый ниже текст.

 

Л. Оболенская. Александра Львовна, первое, что я хотела бы сказать, что хоть Вам исполнилось 80 лет, людям более молодым за Вами просто не угнаться. Мне кажется, что эту работоспособность, эту выносливость Вы унаследовали от своего отца.

А. Толстая. Отчасти да. Все происходит потому, что я занимаюсь делом, которое меня увлекает. Потом еще второе: я считаю, что умственная работа должна перемешиваться с физической. Вот это я взяла у своего отца. И это мне страшно помогает. Потому что я час–два всегда работаю физически. Это меня поддерживает.

Л. О. Могли бы Вы мне дать примерное расписание Вашего дня?

А. Т. Оно очень разное, потому что когда я езжу в контору, то я там сижу, подписываю бумаги, диктую и т. д. Когда я здесь, на ферме, то здесь всегда так много работы. Здесь сейчас у нас проходит летний лагерь, в котором 40 человек, будет, вероятно, до 60. Потом у нас два дома для престарелых. Так что сейчас на ферме живет около 165 человек и, конечно, очень много всяких забот. А утром я стараюсь писать, писать письма, статьи, вообще работать головой. Потом меня мотают по разным административным делам.

Л. О. А трактором Вы еще продолжаете управлять?

А. Т. Трактором нет. У нас есть специалисты по тракторам. Я езжу на машинах. Я езжу на всяких машинах. Это еще я могу делать и делаю с удовольствием. В Нью-Йорк езжу – это 70 миль туда и обратно.

Л. О. Александра Львовна, оглядываясь на восемь десятков лет Вашей жизни, какие воспоминания Вас радуют больше всего?

А. Т. Это конечно то, что я описала в своей книге, – это моя близость с отцом, моя работа для него – это, так сказать, ясные страницы моей жизни. Я скажу следующее: даже во время революции, когда были и голод, и холод, питались мы картошкой, поджаренной в касторовом масле или на рыбьем жире, и даже тюрьма, где я встретила таких прекрасных людей, потому, что в тюрьму, пожалуй, попадали тогда самые лучшие люди. Так что даже воспоминания тюремные, людей, которых я там встречала, они оставили во мне очень хорошие впечатления.

Л. О. Когда вы выехали из Советского Союза?

А. Т. Я выехала из Советского Союза в 1929 году. 20 месяцев провела в Японии, читала лекции о своем отце. Затем приехала в Соединенные Штаты в 1931 году, осенью. И первые годы были физически трудные, но очень радостные, потому что я жила на ферме, работала своими руками. Шесть лет на ферме я чистила курятники, доила коров, копала в своем огороде, и написала в это время три книги. Одна – «Трагедия Толстого», затем – «Я работала для Советов», которая была потом издана в русских журналах, и затем написала одну книгу о Японии, которую, к сожалению, не пришлось издать. Так что тоже чередовалась умственная работа с физической, что я считаю правильным в жизни делать.

Л. О. Александра Львовна, какие Ваши книги были переведены на английский язык?

А. Т. «Трагедия Толстого», затем «Я работала для Советов», затем последняя книга «Отец».[1]

Л. О. Вы продолжаете интенсивно заниматься литературной деятельностью и в настоящее время, не так ли?

А. Т. Сейчас это больше статьи. Кое-что я хотела бы еще написать, но у меня очень мало времени в связи с работой Толстовского фонда.

Л. О. Говоря о Толстовском фонде, я хотела бы Вас спросить, как зародился Толстовский фонд? Было ли это чем-то заранее продуманным или это произошло более-менее случайно?

А. Т. После того, как я прожила шесть лет на ферме, это было задумано с некоторыми моими близкими друзьями. В организации фонда участвовали большие люди, как например, композитор и пианист, всеми нами любимый и почитаемый Сергей Васильевич Рахманинов, затем участвовал в этом знаменитый профессор Ростовцев,[2] многие американцы – приятели Гувера, бывшего президента. Так что нас затем было 6-7 человек, которые организовали Фонд. Это было ровно 25 лет тому назад. И за эти 25 лет все-таки очень многое сделано. Мы помогли приехать в Америку около 20 тысячам.[3] Многих накормили. Сейчас устраиваем дома, открываем дом в Западном Берлине.

Л. О. Для беженцев?

А. Т. Для стариков. Затем в Чили строится дом, и во Франции у нас на 430 коек дома. Здесь на ферме тоже дома на 50 человек. А сейчас мы очень хотим построить – это пока только в стадии оформления – дом для больных русских стариков, нуждающихся в медицинской помощи. Когда эти люди попадают в американские дома, которые может быть даже лучше наших организованы, но если старички не могут говорить по-английски, им очень одиноко и скучно. Они даже не могут попросить стакан воды или рассказать, что у них болит.[4] А здесь все-таки есть церковь, которой они дорожат... Наши существующие дома для престарелых больше похожи на семейные дома, где люди живут, дружат между собой, гуляют, кто пчел разводит, кто в огороде помогает, кто пишет. Так что они все чувствуют себя дома. И они счастливы здесь. Я очень довольна работой.

Л. О. Александра Львовна, Вы думаете, что сейчас миссия Толстовского фонда сосредоточена именно на вопросе стариков, на том, чтобы их обеспечить? Или Вы видите еще и другие задачи перед Толстовским фондом?

А. Т. К нам стекаются просьбы со всего мира. И мы стараемся помочь русским в беде, где только можем; помочь им устроиться, помочь им приобрести, например, инструменты, чтобы они могли работать: столярничать или слесарничать, или переплетным мастерством заниматься. Одним словом, устроить их так, чтобы они могли потом сами зарабатывать на себя и на свою семью. Очень важно следить за ними и помогать им, где бы они ни находились, устраиваться. Вот это и есть задача Толстовского фонда.

Л. О. Сотрудничает ли Толстовский фонд с американскими филантропическими организациями?

А. Т. Конечно. Во-первых, наша организация Толстовский фонд является одной из 42 организаций, которые объединены между собой. Это организации католические, протестантские, еврейские, всевозможные, которые помогают во всем мире. Так что мы являемся частью этой большой организации. Потом мы имеем дело с эмиграционными организациями, а также работаем в контакте со всеми русскими организациями... Это мое 80-летие доказало отношение к Толстовскому фонду русских людей. Вы знаете, что я до сих пор не могу ответить на сотни, сотни, сотни приветствий организаций и просто русских людей. И столько любви, столько доброго отношения, что иногда я читаю и трогаюсь до слез.

Л. О. Так как Вы – дочь Льва Николаевича Толстого, а к нему в Америке интерес огромный, я думаю, что Вы нарасхват как лектор, как интересный человек, которого все хотят посмотреть и послушать?

А. Т. На этот вопрос, что люди хотят со мной познакомиться, я могу сказать, что да, это факт. И американцы ко мне, и американское правительство и организации относятся очень, очень хорошо. Иногда бывает просто трудно. Вот возьмите: завтра будет воскресенье. Сюда стекаются со всех концов люди: американцы, русские, которым мы когда-то чем-то помогли. И будет много народу Это – и радостно, и иногда очень утомительно. И знаете, что я иногда делаю? Иногда я беру удочки и уезжаю на одно из озер и сижу там совершенно одна, отдыхаю с моими мыслями. Потому что считаю, что вообще одиночество нужно, и это единственное место, куда я могу уехать, где люди меня не могут найти, где я могу сосредоточиться на своих мыслях и успокоиться, потому что очень много приходится общаться с людьми. Повторяю, это бывает и радостно, но иногда и утомительно.

Л. О. Александра Львовна, приходится ли Вам часто читать лекции в американских университетах?

А. Т. Да, приходится. Очень часто теперь я читаю лекции в университетах для молодежи и в школах. И я вижу очень большой сдвиг в интересах молодежи. Вы знаете, я вспоминаю изречение моего отца, которое было у него, кажется, в дневнике написано, что нельзя жить просто одними внешними интересами. И я знаю, что если живешь без веры в Бога, и без служения людям, что является волей Бога, то, конечно, жизнь делается все хуже и хуже, как говорил мой отец. Надо иметь какую-то духовную жизнь. Только материальным не проживешь. И американцы начинают чувствовать, что нельзя жить только интересами телевизии, кино, хорошей машины. Есть какая-то иная сущность, которая наполняет человеческую жизнь.

 

Оставаясь до конца верной этим принципам и не прекращая гуманитарной деятельности до последних дней жизни, А. Л. Толстая скончалась у себя на Толстовской ферме 26 сентября 1979 г. Похоронена она на кладбище женского монастыря Ново-Дивеево, штат Нью-Йорк.



[1]Впоследствии вышла еще одна книга А. Л. Толстой «Дочь». Изд-во «Заря», Канада, 1979 г. (здесь и далее – Л. О.-Ф.)

[2]Помимо С. В. Рахманинова и историка М. И. Ростовцева из русских в учреждении благотворительного Толстовского Фонда приняли также участие Б. А. Бахметев, В. В. Сергиевский, постоянный ближайший сотрудник Александры Львовны Т. А. Шауфус и др.

[3]Впоследствии число это удвоилось; при содействии Толстовского фонда в США въехало около 40 тысяч, человек включая старообрядцев из Турции, беженцев из коммунистического Китая, калмыков и людей других национальностей. В определенный период Толстовский фонд имел 15 отделений в странах Западной Европы, на Ближнем Востоке и в Южной Америке. Штаб-квартира Фонда находилась в Нью-Йорке на 57-й улице, куда А. Л. Толстая и Т. А. Шауфус ездили с Толстовской Фермы.

[4]Проект создания на ферме больничного дома для престарелых на 96 человек, оборудованного по всем медицинским правилам, был осуществлен несколько лет спустя. Аккредитованный штатом Нью-Йорк, он продолжает действовать по сей день.

Версия для печати