Обступили сосны жизнь мою,
тянутся стволами – ввысь, –
                    к небытию.
Ветви, словно крылья,
                    в солнечном лесу,
пятна света,
                    как узор судьбы
                    у лани на боку.
Мои годы-лета потихоньку вертятся
на сосновом вертеле,
я теку по кольцам летописи
                    от ствола к стволу.
Дай, Господь, мне милости на моем пути.
Дай, Господь, мне малости, – путнику в тени.
Чувствую усталость в вечном том лесу.

Отдохнуть ступням моим бы
                    на игольчатом ковре.
Мысли мои падают от небес к земле.
Ты благослови меня, в странном том бору,
дай мне силы следовать,
дай мне силы веровать.
И молитву древнюю я не оборву…

ЧАЕПИТИЕ

Впустить покой,
          как в сердце тишину,
гонять чаи
          в раздумье самоварном,
с лимоном пополам
          траву души закипятить
          и надышаться ароматом.
На юге пью зеленый чай,
          встречая Новый век отчаянно,
на севере – заварку черную из дальних стран,
          прощаясь с памятью запаренной.
Как сладок меда дух,
          орешков хруст,
          изюма мякоть.
Все пахнет родины прохладой –
имбирь и мята, вишня и ромашка.
Мне б жажду жизни утолить,
и скатерть белую расправить,
и усадить друзей лихих,
ответив им на зов прощальный…
          Два-три глотка,
          в прихлеб, взахлеб,
чтоб мой напиток долго, согревая, тек
в горячий день,
          как пульс, как пламя,
мне сердце жаром обдавая,
и горечь с утомленных глаз снимая.
Филадельфия