Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Нева 2009, 1

Библиотека: храм или фирма?

Вера Анатольевна Виноградова родилась в 1983 году в Ленинграде. Окончила библиотечно--информационный факультет Санкт-Петербург-ского университета культуры и искусств. Живет в Санкт-Петербурге.

 

Библиотека: Храм или фирма?

Через всю жизнь я несу горячую любовь и даже страсть к книге. Литература (в большей степени классическая) для меня является главной ценностью в жизни. Единственное, в чем нахожу спасение и смысл,— это литература, это книга.

Казалось бы, с такими пристрастия-ми профессиональное самоопределение -может быть одним: работать идти надо в библиотеку, и ты всю жизнь будешь счастлив.

Я действительно поступила в бывший библиотечный институт, а ныне — Университет культуры. Как и в любом другом вузе, библиотечным студентам говорилось, что «уж наша-то профессия точно самая важная». В нас воспитывали уважение и даже преклонение перед библиотечным делом. Профессия с таким великим прошлым вполне этого достойна. И в этой профессии вполне можно реализовать свои высокие идеалы в жизнь.

Однако, покинув стены вуза, молодежь (та, которая решается работать по специальности) вступает во «взрослую» библиотечную жизнь, которая, как и любая «взрослая» жизнь, быстро забивает молодежь своим цинизмом и прагматизмом, приучает «горячие сердца» жить по -инерции.

Выбор есть, целых три дороги. Можно сохранять идеалы и вкладывать в работу всю душу. Можно стать интеллектуалом-циником и делать карьеру — в библиотечном деле катастрофически не хватает молодых кадров, а потому молодой специалист сияет, как звезда, и все его облизывают. Третий выбор: уйти работать в другую сферу. Есть, впрочем, и четвертый путь: просто «отсиживать часы», быть библиотекарем-выдавальщиком книг. Но если на такое идет молодежь, то она или очень инфантильная, или со слабым здоровьем, или рассматривает свою работу как временную, «пока не нашел чего получше».

У каждого из этих путей есть свои плюсы, свой расчет. Четвертый рассматривать не будем, обратимся к трем первым.

Фанатично болеть за свою профессию, несмотря на такой низкий статус в обществе, — такое отношение обязательно окупится сторицей. Прежде всего любовью читателей, а когда тебя любят люди, когда они ценят, можно считать, что «жизнь удалась». Нужно знать, что предложить читателю, а значит — очень много читать. В то же время «полноценным» книжным червем стать не удастся, так как необходимо много общаться с людьми.

Чтобы, выбрав «второй путь», сделать библиотечную карьеру, нужно быть библиотекарем активным. Вертеться в библиотечных кругах, участвовать в конференциях, защищать диссертацию. Ездить на зарубежные библиотечные «мероприятия» по обмену опытом. Позиционировать себя не как библиотекаря, а как -информационного работника. И тогда тебя, конечно, будут рады взять в штат какого-нибудь информационного центра, где заработки в разы больше, чем в библиотеке.

А ведь уйти в другую сферу легче всего — недаром так делают очень многие выпускники с библиотечной специальностью. С высшим гуманитарным образованием можно найти интересную работу с хорошей зарплатой. Да и просто с высшим образованием и большим желанием можно ее найти.

 

Вот уже три года в центре моего научного внимания пребывают ценностные ориентиры молодых гуманитариев с библиотечным образованием, работающих как в библиотеках, так и вне их. Хочется отметить, что вокруг звучат мнения, что я изучаю «ценности убогих» и занимаюсь «бесполезными вещами». Но как же так! Самая «интеллигентская из интеллигент-ских» профессия, и на тебе! Первое время после окончания вуза я не воспринимала всерьез такие суждения, потому что хорошо усвоила в вузе, как велика и важна моя профессия. Однако вскоре началось «крушение идеалов».

Теоретически библиотечная профессия очень важна. Например, в силу того, что библиотечный интеллигент так много общается с людьми и имеет большое влияние на них, для него возрастает важность некоторых задач, стоящих перед интеллигенцией в целом. Как пишет Т. П. Белова, «важной задачей интеллигенции является борьба с псевдомифами, несущими -людям угрозу, для их социальной и культурной безопасности. К сожалению, наступающее постиндустриальное общество предлагает их в избытке»[1].

Скажем, в последние годы на библиотеки возложили задачу «продвижения» толерантности в общество. К сожалению, на практике, пройдя через множество бюрократических ступеней, эти благие помыслы зачастую превращаются в формальность.

Кому ж еще продвигать «идеи», как не бывшим «бойцам идеологического фронта». Ведь одна из главных особенностей библиотечной интеллигенции в том, что она работает с людьми. Учебные заведения могут направлять молодежь, и только библиотекари имеют «привилегию» нести доброе и вечное людям всех возрастов. Другое дело, что на практике это очень небольшая часть «людей всех возрастов» — главным образом, библиотеки посещают все те же учащиеся, а также пенсионеры. Людей среднего возраста среди читателей очень мало.

Ученые-интеллигенты, которые разрабатывали атомную бомбу, делали это безотносительно людей и были шокированы результатами (хотя научные труды для разработок им, конечно, предоставляли библиотекари). В этом смысле библиотечная профессия — более благородная, направлена на удовлетворение духовных потребностей человека. О «человечности» библиотечного дела пишут многие современные источники.

Но между тем, «несмотря на всякие словесные расшаркивания, ей придают все же меньше значения, чем она того заслуживает. На самом деле роль библиотечной работы громадна»[2]. Этим словам более восьмидесяти лет, казалось бы, они актуальны, как никогда. Но если здраво -рассудить, разве окажется в таком «загоне» дело, роль которого в обществе «громадна»?

В нашей библиотечной школе, повторюсь, грамотно воспитывают уважение и даже преклонение перед библиотечной профессией. Но сохраняется оно затем больше у библиотекарей-теоретиков. Библиотекари-практики учатся цинизму, который так необходим, когда не живешь, а выживаешь. Они мало значения придают библиотечным научным конференциям и семинарам. Молодежь бежит из нашей профессии, как, извините, с тонущего корабля. Но что поделаешь! Хочется ведь — опять же — и пожить.

Статус библиотечной профессии в современном обществе утрачен. Да и вообще многие ценности утрачены, это трюизм. Еще один трюизм: они утрачены из-за семидесятилетнего отупления народа. То, что мы знаем причину, ничего нам не дает. Так что же делать? Как говорится, делай, что должно, и будь что будет. Искусственно «оживить» профессию, которая активно эволюционирует и переходит в новый вид, на мой взгляд, невозможно. Старая библиотечная школа уходит. В библиотеки все больше идут работники без специального образования. Искусственно оживлять ушедшие ценности не получается, все идет своим чередом. Что-то «насаждать» почти невозможно — наша история это показала. Если положение библиотек -тяжелое, это еще не значит, что вечные личностные ценности уходят в небытие, хотя мы (то есть библиотечные работники) привыкли идентифицировать эти два факта. То, что люди не ходят в библиотеки, вовсе не значит, что они не читают. В крупных книжных магазинах порой бывает не протолкнуться. Есть масса начитаннейших людей, которых нельзя назвать гуманными, несущими добро. И наоборот. Начитанный человек — интересный собеседник для другого начитанного человека, да и то не всегда. Книга «придает» интеллигентности только тому, кто ее у нее «берет».

Наше общество уже стояло на пороге капитализма в начале ХХ века, но это же не мешало «преклонению» перед библиотечным делом. Эти два факта сосуществовали. То есть рынок вовсе не залог того, что «альтруизм рухнет».

Чтобы двигать прогресс, есть как раз таки информационные центры. Потому что для сугубо естественнонаучной работы нужна оперативная информация. Так кому нужны библиотеки? Они нужны тем, кто занимается наукой так глубоко, что не все источники может найти в Интернете и через информационные центры. Библиотеки также необходимы как подстраховка — на случай, если «вырубят электри-чество» или тот же Интернет, на случай, если информация будет уничтожена, а, как мне кажется, виртуальную информацию уничтожить легче, чем «материальную». Поскольку информация в Интернете в виде гипертекста, уничтожение сайта ведет к тому, что перестает работать множество ссылок на этот сайт. Если уничтожается экземпляр книги, то ссылки на нее в других книгах не теряют значения. Из вышесказанного можно сделать вывод, что библиотеки сохранятся как книгохранилища, то есть вернут себе изначальную функцию. Что же делать! Даже досуговую функцию библиотек перенимают сейчас книжные магазины, такие, как «Буквоед», например.

Как и в других сферах жизни, в библиотечном деле есть свои интеллигенты и свои интеллектуалы. Среди библиотечной молодежи первых уже почти не осталось, а вторые, вполне возможно, — это «библиотекари» будущего. Пишу в кавычках, потому что это название, скорее всего, не сохранится.

Взять, к примеру, ЦБС Фрунзенского района Петербурга. Средний возраст сотрудников — 55 лет. Большинство из них новые информационные технологии просто пугают, им гораздо ближе традиционная библиотечная деятельность. Зачастую даже говорят, как было просто и легко работать «без компьютеров».

Согласно недавно проведенному исследованию, самой главной ценностью для библиотечных интеллигентов оказались преемственность поколений, консерватизм. Для них также очень важны творче-ский потенциал, инновационность. Но инновационность здесь почти всегда связана не с информатизацией, а с массовыми -мероприятиями и объединениями при библиотеках. Ориентирами в работе библиотекарей-интеллигентов являются социализация детей, пожилых и инвалидов, патриотизм, гуманность и нравственность.

Для «интеллектуально настроенных» библиотекарей ключевые моменты — информационная поддержка, информационная культура личности, а на втором месте — упрощение процессов, результативность, прибыльность. Это наводит на мысль, что для интеллигентов главное — процесс, а для интеллектуалов — результат. Главное не победа, а участие — интеллигентский девиз. Гордость «официальная» не для интеллигентов, у них есть гордость скрытая. Сотрудничество — это то, что интеллектуалы наиболее приемлют в интеллигентских ценностях. Несмотря на то, что интеллектуалам свойствен эгоцентризм в большей мере, чем интеллигентам, они готовы к взаимовыгодному сотрудничеству. Что касается результативности и командной работы, так тут нельзя забывать об особенностях женского коллектива, ведь подавляющее большинство библиотекарей — женщины. Между тем мужчины лучше умеют работать в команде, потому что для них работа — это работа, а дом — это дом.

Современные библиотечные журналы ратуют за то, чтобы библиотекарь был интеллигентом, чтобы он гордился собой, чтобы был уверен в себе. В статьях говорится об особой миссии, о незаменимости библиотечных работников. Как пишет, например, Л. С. Логинова, к «счастью, и в наши дни библиотеки остаются едва ли не единственными островками и последними баррикадами, противостоящими равнодушию, безнравственности и жестокости»[3]. Есть в этом и своеобразная гордыня, которая сама по себе часто является признаком неуверенности в себе, униженности. Действительно, как пишет В. Стельмах в специальном выпуске «Нового литературного обозрения», «библиотеки, бесспорно, необходимы самим библиотекарям ‹…› как смысловая конструкция, круто замешенная на стереотипах мессианства, высокого служения, подвижничества, обиды, ущербности и постоянного отстаивания своей необходимости»[4]. Как провоз-глашает тот же журнал «Библиотека»: «Общеизвестно, что библиотеки — важнейшая часть национальной культуры, на которую возложена великая миссия возрождения духовности народа»[5].

Да, место «для библиотек в этом мире при желании все же можно найти. Это — └уголок для отдыха“, возможность спрятаться от давления технологического мира»[6], — пишет Д. Равинский. Однако устремления современных библиотечных работников этим не ограничиваются. Библиотекари видят свою миссию не только в обеспечении равного доступа к информации для всех граждан, не только в организации досуга, но и в благотворительности, и даже в спасении человеческой жизни и здоровья, в сохранении духовности. Библиотеки стремятся оградить молодежь от наркотиков и курения, помочь ей социализироваться в современном обществе. Также библиотечные работники много помогают ветеранам, пенсионерам. Выступают за бережное отношение к природе. По мысли А. В. Соколова, библиотеки стремятся занять в обществе позицию благотворителя. Но проблема в том, что благотворитель при этом получается нищим.

Для успеха в современном «рыночном» обществе важнее ценности интеллектуалов. По словам одного из молодых библиотечных работников, «чтобы работать в библиотеке, надо много зарабатывать». Это подобно тому, как, например, писательство не может быть профессией, люди творческие должны иметь отдельный от творчества заработок. Так и библио-текари. Если они хотят сохранять интел-ли-гентность, антимещанское этическое -само-определение, они никогда не разбогатеют. Более того, как ни печально, они не смогут идти «в ногу со временем». Качества, присущие интеллигенту, не могут принести деньги. Библиотечная профессия будет полновесной профессией в наши дни, если библиотекарь станет интеллектуалом. То есть будет думать не о спасении души — своей и читателей, не о библиотечном храме, а о библиотечной «фирме». Возможно ли это вообще в принципе? Да, если услуги библиотек станут платными. Пойдут ли библиотекари на это? Нет, библиотекари-практики в большинстве своем не пойдут, так как они хотят занять позицию благотворителя. Где они тогда возьмут деньги на благотворительность? У спонсоров, то есть у других благотворителей. То есть библиотеки, возможно, будут благотворителями-посредниками.

Есть другая точка зрения. Библиотечная «элита», ученые-библиотековеды знают, как взрастить библиотекарей-интеллектуалов. Ценности они провозглашают другие, материальные зачастую. Это и новая компьютерная программа, нацеленная на создание удаленного доступа, равной доступности информации. Это и документированная информация. Однако компьютерные программы, документы в Интернете и компьютере — они же не материальны, их нельзя потрогать. Но ведь не духовные же это ценности! Скорее, «виртуальные». Равный доступ к информации для всех декларируется чуть не в каждой статье. Он, конечно, относится к общедемократическим ценностям.

Плюс к тому. Приведем здесь стихотворение из журнала «Научные и техниче-ские библиотеки»:

 

Потрясая престижною техникой,

На «Тойотах» и прочих «Рено»

Толстомордые библиотекари

Развлекаться спешат в казино.

 

Разумеется, служба престижная,

Знать, лопатой деньжищи гребут,

Их Швейцария ждет горнолыжная,

Их Канары далекие ждут.

 

Все им рады. Наличкой, не чеками

Рассчитаются. Выпала масть!

Рвутся школьники в библиотекари,

Но без блата туда не попасть.

 

Детки их обучаются в Оксфордах,

Жены их — бутики потрошат.

И министры без ихнего отзыва

Ничего не берутся решать.

 

Работенка, конечно, опасная —

Всю-то жизнь то в гульбе, то в пальбе.

Так и будет. Пишу не напрасно я…

Жаль, увидеть то время прекрасное

Не придется ни мне, ни тебе!

 

Автор публикации Я. Л. Шрайберг поясняет, что это стихотворение московского поэта Сергея Плотова «не просто олицетворяет затаенную мечту представителей нашего библиотечного сообщества — жить пусть не так, как крутые бизнесмены, но тем не менее лучше, богаче, чем сейчас, и иметь возможность почаще прикасаться к благам современной цивилизации; но подчеркивает, пусть и косвенно, ту наступательную роль, которую библиотеки, библиотекари, другие представители информационного поля играют в нашем сегодняшнем обществе, развивающемся информационно и неуклонно движущемся к обществу, построенному на знаниях. Роль библиотек в этом процессе уже стала истиной, не требующей доказательств»[7]. Неудивительно, что такое мнение высказывает главный редактор «НТБ». Для интеллектуалов имидж великих бессребреников сегодня уже не в радость.

Возможно, библиотекарям нужно стать «более свободными». Свободными от жестких интеллигентских «рамок». Ведь, как писал классик, «быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей». Нет ничего сверхъестественного в том, чтобы хорошо зарабатывать, но в то же время сохранять духовную чистоту, оставаться библиофилом и т. д. Конечно, деньги отчасти порождают несвободу, ведь когда они есть, появляется необходимость активно участвовать в общественной жизни. Библиотекари стремятся сохранить те ценности, которые сегодня прямо-таки «мешают жить». С идеалами XIX века, которые обеспечивали успех в свое время, сегодня успеха не добиться.

Но, не принося этого успеха, они продолжают высоко цениться, они все равно вызывают уважение. Так какой же из выборов сделать? Конечно, нужно выбрать то, к чему «душа лежит». Однозначный вывод, «что лучше», сделать трудно.



[1] Белова Т. П. Интеллигенция и социально-политическая мифология ХХ века // Интеллигент и интеллигентоведение на рубеже ХХI века: итоги пройденного пути и перспективы: тезисы -докладов Х международной научно-теоретиче-ской конференции 22–24 сентября 1999 года. Ива-ново: ИвГУ, 1999. С. 60.

[2] Слуховский М. И. Пути подготовки библиотекаря-политпросветчика. М.: Высший военный редакционный совет, 1924. С. 8.

[3] Логинова Л. С. Социальная помощь должна быть адресной // Библиотека. 2005. № 4. С. 40.

[4] Стельмах В. Кому нужны библиотеки в современной России? // НЛО. 2005. № 75 (5). С. 333.

[5] Библиотека № 9/06. 1 стр. обложки.

[6] Равинский Д. Перспективы библиотек // НЛО. 2005. № 74 (4). С. 531.

[7] 1 Шрайберг Я. Л. Библиотеки, электронная информация и меняющееся общество в информационном веке: Ежегодный доклад Международной конференции «Крым» // Научные и технические библиотеки. 2007. № 1. С. 26.

Версия для печати