Сергей Витальевич Павловский родился в 1986 году в городе Ухте (Республика Коми). Окончил Ухтинский техникум железнодорожного транспорта в 2006 году по специальности “Строительство железных дорог, путь и путевое хозяйство”. На данный момент работает инженером на ООО Телекомпания “Ухта-ТВ”.

 

TERROR CREW

Все события и персонажи выдуманы.

Любое совпадение — провокация, лежащая
целиком и полностью на совести автора.

 

INTRO

2002 год. Провинция. Сентябрь. Суббота.

20.34

— Это мне?

— Да. С днем рождения, сынок!

— Пап, ты чё — серьезно или разводишь?

— Такими вещами не шутят. Конечно, серьезно!

— Спасибо! Спасибо, пап! Лично моя?

— Ты на права сдал?

— Да.

— Восемнадцать есть?

— Сегодня.

— С днем рождения!

— Спасибо! Прокатимся?

* * *

1.49

— О! Смотри, какая точила.

— Лехус. Черный. Почти новый.

— Распишем?

— Ты чё, это ж блатная тачка! (Нам за нее глаз на жопу натянут и скажут, что это постмодернизм!)

— На номера глянь.

— И что? Думаешь, все криминалы гоняют с блатными номерами? Вон смотри, рядом стоит мерин с тройной цифрой и жук с зеркальными. Может, здесь сходняк или тут полдома коммерсов.

— Да плевать! Сейчас любой может позволить себе иномарку.

— Ага! То-то у тебя даже компа нет. Любой! Но не в нашем городе.

— Пока вы тут бакланите, я уже две двери затагал.

— Вандал хренов! Мне место оставь! Дай мне тоже белый.

— Круто! Это надо заснять.

— Она так долго не простоит. Отмоют!

— Фотографа надо быстро напрягать.

— Утром по-любому надо щелкнуть. Все равно пойдем стенку фоткать.

 

* * *

8.23. Воскресенье.

— Охренеть! Это шутка, что ли? ПАП! Чё за прикол?

— Где? Ох, е! Что за… кто посмел? Суки малолетние! Поймаю — убью на х…!..

 

CHECK THIS OUT

11.30

— Здорово!

— Привет!

— Где все?

— Подойдут.

— А Муравей?

— Я за него!

 

Подозреваемый № 1 — Вадим Муравьев.

Райтер. 15 лет. Учится в девятом классе.

Заканчивает художественную школу. Любит бомбинг. В основном рисует кэрэки.

Street Name: Муравей

Tag: Ant

Хочет стать дизайнером.

— А когда подойдут?

— Скоро.

— Договаривались же в половину!

— Не ной, Ру!

— Я и не ною! Просто не люблю, когда опаздывают!

 

Подозреваемый № 2 — Руслан Адиев.

Райтер. 14 лет. Самый младший и самый низкий в “Terror Crew”. Обижается, когда его зовут Мелкий или Малой. Учится в восьмом классе. В художественной школе учится в одной группе с Муравьем.

Street Name: Нет (В узких кругах его называют Крошка Ру)

Tag: Руся (не любит прозвища, подписывается именем)

В “Terror Crew” маэстро.

— Договаривались — значит, будут! Подумаешь, пару минут. Мне лично не западло подождать.

— Как всегда.

— Вон Элмо идет.

— Здорово, пацаны!

— Здоровей видали.

— Сосали!

 

Подозреваемый № 3 — Кирилл Соламатин.

Райтер. 15 лет. Любит рисовать бомбы, предпочитает бомбинг легальному рисованию. Учится в девятом классе.

Street Name: Элмо (часто рисует этот кэрэк в тетрадках, скейчбуках)

Tag: Элмо

Раздолбай. Обезбашенный вандал.

— Чё опоздал?

— Бабушку через дорогу переводил.

— Не убедительно врешь, сынок!

— Почти все собрались, ждем фотоаппарат.

— А ты ему сказал про лехус?

— Сказал.

— И чё он?

— Пожалел, что с нами не ходил.

— Он щелкнет?

— А куда он денется?

— А вон он идет.

— Здравствуйте, дети! Вандалы вонючие! Я вас в милицию сдам! Совсем уже страх потеряли, уроды!

— Хорош, Диспл! Ты фотик взял?

— А як же!

 

Подозреваемый № 4 — Денис Плотников.

Тэггер. 16 лет. Учится в десятом классе. Фотографирует все работы “Terror Crew”. Фотографирует он, потому что его отец, профессиональный фотограф, разрешает пользоваться цифровой камерой. Бомбинг снимает на видео.

Street Name: Диспл

Tag: Displ

Пишет телеги.

— Ну что? Погонзали, Гонзалесы?

— Погонзали!

 

* * *

8.25

— Сука! Убью, нах! Падлы! Что за жизнь пошла? Малолетки (мн). В общем, так, Костя: твоя задача — найти этих уродов и научить их любыми путями уважать чужую собственность. Тем боле твою (мн)! Понял?

— Да!

Подозреваемый № 5 — Константин Мартынов.

Гопник. 18 лет. Учится на первом курсе университета.

Друзья называют Мартын.

— За последствия отвечу я.

Подозреваемый № 6 — Андрей Иванович Мартынов.

Предприниматель. 46 лет. Владеет автоцентром. Имеет связи во многих кругах.

 

FEATURING

Кунсткамера, запирсингованный чувак. Угорает по плану.

Маус209, райтер из MFG209 (MFG — Mother Fucking Geniuses).

Стакан, Колючий — друзья Мартына. Отморзоки.

DJ Вега, первый студент, второй студент, МС в клубе, Водитель автобуса. Продавец магазина. Ангелина Ивановна (владелец магазина).

 

TRACK 01

11.34

— Где рисовали-то?

— Вдоль железнодорожного полотна.

— Далеко!

— Полчаса. Не тупи, Диспл.

— А чё рисовали?

— “FREEDOM” в 3D на фоне неба.

— Фреску по скейчу Ру?

— Но!

— Прикольно. За меня тагнули?

— Обижаешь!

— Молодцы! Какая площадь?

— На три квадратных плиты. Top to Bottom.

— Кстати, а я слышал, что рисунок на всю площадь стены называется еще “Back to Back”.

— Да, я тоже это слышал.

— А знаешь от кого? Помнишь, эти придурки FA Crew нарисовали какую-то беспонтовую граффитюльку Wild Style’ом на полстены, а остальную половину затагали. А потом всем говорили, что это “Back to Back”.

— А, да. Я помню. Дебилы.

— Я вообще не знаю, кто такие FA Crew.

— Да три неудачника. Оттуда Банан, кстати.

— Банан оттуда?

— Да. А ты чё, не знал?

— Нет. Так Банан вроде неплохо рисует. Он же показывал мне свои скейчи.

— На бумаге — одно, на стене — другое. Я тоже видел его рисунки. Там ничего сложного, кэрэков нет, все либо в Bubble Letters, либо в Wild Style. Хип-хоп для начинающих!

— Ха-ха-ха. Хип-хоп! Кто-то и на бумаге хреново рисует.

— А как FA расшифровывается?

— Free Action.

— Свободное действие? Странное название. Могли и поинтересней придумать.

— Кстати, Элмо, где-то здесь сейчас будет их картинка.

— Как рисовалось? Шухера много было?

— Да почти нет! Там классное место: идет забор, а напротив него какой-то склад, и с него огромный прожектор прямо на этот забор светит. Светло как днем. Мы за три часа все нарисовали.

— Поездов почти не было. Прохожих так, пара человек. Никто ничего не сказал.

— Да вряд ли вообще бы кто-то что-то сказал. Можно было смело днем рисовать. Я б тогда с вами бы пошел.

— Ты и так мог с нами пойти.

— Как? Я уже с Кунсткамерой договорился.

— Кстати, и чё?

— ОООО! Было круто! Кунсткамера вчера пластилина намутил.

— Чего?

— Ну, гашиша.

— Гашиш — это же камень.

— И камень тоже.

— А какая разница?

— Камень — твердый низкокачественный гашиш. Пластилин — мягкий гашиш, ручного сбора. Покруче будет. Его еще называют “крим”, я не знаю, почему. В пластилин, по-моему, чего-то добавляют.

— Ты чё, Муравей, не знал?

— Нет. Меня к вам не тянет.

— И чё дальше?

— А дальше мы как дунули…

— Вон их работа.

— Ааа. Я видел. Не знал, что это Банан. Такой сингл беспонтовый.

— Таги тоже не лучше.

— Почему таги? Правильно же тэги.

— Да какая разница! Кто как хочет, так и умеет.

— Тэг лучше звучит.

— А мне больше таг нравится.

— Ру, это то же самое, что спорить, как правильно: “гра2ффити” или “граффи2ти”.

— Кстати, да.

— Не, я не жалею, что вчера пыхнул. Надо было вам на день перенести.

— Ага. Чтоб поймали?

— Да кому это надо?

— Мауса поймали.

— Когда?

— Месяц назад.

— За что?

— Да все MFG209 пошли вагоны бомбить, а их попалила линейная милиция. Проезжал локомотив, а с него спрыгнули двое ментов и побежали за ними. Видимо, где-то их кто-то спалил и сдал.

— Только Мауса поймали?

— Да. И — прикинь — его обвинили в том, что он бросал в поезда камни и бутылки.

— Да?

— Но.

— Так правильно. Они вагоны бомбили, а вы нормальную фреску бацали. Кому эти стены нужны? И что потом с Маусом?

— Ничего. Взяли номер телефона, имя, фамилию и отпустили. Спрашивали еще телефоны и имена остальных, но Маус не сдал.

— Молоток!

— Дааа. Обошлось. Повезло Маусу.

— Так, ну-ка, а про машину что?

— Да расписали мы черный лексус с ног до головы.

— Элмо, отмор недоделанный, расписал даже колеса и все стекла.

— Элмо, чё, в натуре, что ли?

— Да.

— Ха-ха-ха.

— Я во всю лобовуху сингл мочканул.

— А еще что-нибудь бомбили по дороге?

— Да. У нас краска осталась. Элмо с Муравьем икарус расписали. Там где-то две бомбы. Ну, в общем, одна сторона полностью разукрашена.

— А ты не рисовал?

— Я не могу бомбить чужую собственность.

— А главное, прикинь, случайно же на икарус наткнулись. Они же ночью где-то стоят все вместе.

— В АТП!

— Наверное.

 

* * *

7.15

…И главное: надо же, на одну ночь решил во дворе оставить икарус. И — на тебе! Думаю, чё я его повезу? За одну ночь ничего не будет. Живи по уставу, завоюешь честь и славу…

 

* * *

11.52

— “Икарус” надо было сразу фоткать! Где его теперь искать?

— Да ладно!

— Еще две витрины расписали. Их тоже нужно поскорее сфоткать, а то смоют.

— Сделаем.

* * *

9.56

— Алло! Ангелина Ивановна? Здрасьте! Тут такое… Витрины изрисовали.

— Чем?

— Ну… из баллончика!

— Ц! Ладно, я приеду, разберусь!

 

* * *

11.55

— Я вчера новый текст написал.

— По накурке, что ли?

— Не. До нее еще!

— Приколи.

— Шестнадцать строчек. Называется “Я”.

Я по каждому поводу имею свое мнение:

Излагаю его, если надо, пока есть терпение.

Но все мое терпение размером с малый атом,

И потому я мнение высказываю матом.

Я согласен буду с тем, кто считает меня дерзким:

Мой слог и мои рифмы — почти все они мерзкие.

Культурный человек со мной общаться не станет,

Ну и в рот его ипать! Меня к таким не тянет.

Мне паипать на все предрассудки молодежи.

Я часто шлю на куй все, что меня гложет.

Может, не везде я бываю прав,

Но стою на своем так ради забав.

Диспл! Да! Я не несу позитива,

В моем творчестве слишком много ненорматива,

И, кстати, до езды — это не новая весть.

Так что принимайте, суки, меня таким, какой я есть!

— Прикольно.

— Прикольно.

— Прикольно, только зачем нужно было упоминать свое имя?

— Так, пусть будет.

— Ну, если я буду слушать эту песню, то я же буду знать кто ее поет.

— А если нет?

— Так у тебя в каждой песне свое имя вставлено.

— Ру, у тебя вообще погоняла нет.

— А зачем оно мне? У меня есть имя Руслан, мне хватает. Я вообще считаю, что погоняла должны даваться как Муравью или Кунсткамере, а не сам: захотел — взял Терминатор, захотел — Вырывающий Печень.

— Так мы ж тебя зовем Крошка Ру!

— Я полдня его буду выводить на стене. Бабское какое-то. Только вы меня так и называете. Диспла ты же себе сам взял.

— Ну и что? Это сокращение от имени Денис Плотников!

— А я не хочу себе прозвище выбирать. Меня прет Руся!

— Как сказал однажды Банан: “Погоняла у лохов. У реальных пацанов Street Name”.

— Да пошел он!

— Ха-ха-ха!

— А вон тот вагон, который MFG расписывали.

— Там не только MFG. Там, по-моему, все, кроме нас.

— А давайте тоже, чё!

— Да ну. Мне западло.

— Да там уже места нет!

— О, смотрите — товарняк едет.

— Кто это? Это не наши! Он с юга, по-любому.

— Прикольно расписан. Простенько, но со вкусом.

— Так на вагонах только Broadway и Bubble тянет. Быстро же надо!

— Ну, еще кэрэки можно примитивные.

— Надо сфоткать.

— Конечно, сфоткай!

— Сделали бы whole cars.

— У нас сложно. Нужно с лестницей, а это космос.

— О! А это чё? ASD Team? Это еще кто?

— ASD — как на клаве, три буквы к ряду.

— Да это ж байт! Я в журнале видел точно такой же рисунок.

— Выполнено четко!

— Да уж! Зато срулили!

— Давай еще побаттлуйся с ними из-за этого.

— Хрен на них!

— О! А вот наша гордость!

— Сколько у вас баллонов ушло?

— Около восемнадцати.

— Прикольно!

— Давай, фоткай.

— Да, давай фоткай, и пойдем ужо лехус искать.

 

TRACK 02

8.42

— Короче, ты меня понял, да?

— Да!

— Найдешь, объяснишь, накажешь.

— Да понял я!

— Неделю тебе на все про все. Не сможешь — тогда Я!..

 

* * *

9.12

— Але.

— Але, Стакан?

— Чё хотел? Я сплю.

— Дарова.

— Дарова. Чё хотел?

— Мою тачку разрисовали.

— Какую тачку?

— Джип!

— Новый?

— Нет! Старый!

— Когда?

— Ну, ночью, видимо!

— Ни хрена себе — беспредельщики! Тебе ж ее только что подарили! Борзеют малолетки! Чё планируешь предпринять?

— Отмывать! Найду этих ублюдков! Поможешь?

— Базару мало! Завсегда!

— Ладно. Давай, вставай и ко мне подваливай, а я еще Колючему звякну.

— Давай. Ща буду.

 

* * *

9.15

— Але.

— Дарова.

— Дарова. Чё так рано?

— Тачку мою расписали.

— Кто? Джипер?

— В пальто! Я в душе ни… Да, джипер.

— И?

— Хочу найти этих уродов. Стакан ща ко мне подвалит. Ты как?

— За! Ща зайду.

— Давай.

9.49

— Ого!!!

— Вот тебе и ого.

— Даже колеса покрасили, суки.

— Да вообще звездец!

— Какие идеи есть? Как найти собираешься?

— Не знаю пока. Срисую эти каракули, и буду каждого широкоштанного ублюдка тормозить, и в харю ему эти каракули тыкать, и спрашивать, кто этот чертов каракулист.

— Кстати, это мысль. Где-то же они тусуются. Нужно заглянуть к ним на огонек и побалакать.

— По-любому.

— А где тусуются?

— Мож, в подъездах?

— А мож, на хате?

— Мне по х…! Скоро будут на том свете!

— А как ты это прочитаешь?

— Об елдак!

— Начни с лобовухи! Там что-то большими буквами написано.

— Правда? И как это я не заметил!

— Да не! Я не про то! Я про то, что они могли там написать что-то свое главное. Название какое-то.

— Слушай, Стакан, здесь вся машина в названиях каких-то. Они же писали не: “Помой меня” и “Васька — сука, здесь был Петя”!

— Обожди, Колючий! Стакан тему двигает.

— Ну! У этих отжаренных же какие-то команды. Как-то же они называют себя.

— Хе! Почему отжаренных?

— А в шапках пожизняк ходят. И летом и зимой.

— Зимой и летом одним цветом! Что это?

— Отжаренный широкоштаненок! Ха-ха-ха!

— Хорош ржать, придурки!

— Да ладно, Мартын! Не в обиду же!

— Кароча! Давай разбираться. Зашифруют же, суки!

— Ну, второе слово на лобовухе — это “CREW”!

— И чё это значит?

— Знаю я словно. Я чё — английский учил, что ли?

— А может не… твою мать. Как ты сказал?

— “Крев”!

— Это “крю”!

— Что?

— Во что! “Крю” это! С английского значит “команда”! Учи олбанцкий, лапоть!

— Ну, я же говорил, что у них как-то команды называются!

— И чё? Тут полгорода в этих “CREW” исписано! Первое слово надо!

— Давай, мож, по буквам. Так легче.

— Первая “X”.

— А может “Т”? Просто под наклоном?

— Плевать! Дальше!

— Вторая на “Е” похожа. А еще на “О”.

— Потом две какие-то одинаковые буквы.

— Стойте. “TERROR CREW”! Епты!

— По-любому. Молоцца, Колючий!

— Подожжите! Я не добедрил! Как вы догнали?

— Смотри! Первая “Т”, вторая “Е”, потом две “R”…

— Все, догнал. Здорово. И? Дальше…

— Надо записать, а то забуду, на х…!

— Как искать-то?

— Давай пожрем сначала, а потом решим.

— Давай.

 

* * *

12.41

— Охренеть! Обезбашенные.

— Впечатляет?

— А як же!

— Давай фоткай — и сваливаем. Может, нас тут караулят!

— У тебя паранойя, Муравей, спокойствие.

— Да тихо вы! Тут надо несколько кадров делать. Машина же со всех сторон исписана.

— Ну, делай!

— Отвали. Без сопливых…

 

* * *

10.38

— А где у тебя родаки?

— Не знаю.

— Чё жрать будем?

— Чё найдете.

— Как всегда?

— Что — “как всегда”?

— Никакого обслуживания.

— У меня самообслуживание!

— Я и сказал: “как всегда”.

— В общем, так. Название команды известно. Может, остальные надписи — это их имена?

— Скорее всего.

— Попробуем расшифровать?

— Хрен ты там чё расшифруешь! Там так все замалевано…

— Да они, наверное, и сами не поняли, что написали!

— Да, по-любому!

— Будешь спрашивать всех широкоштанинных?

— Можно. Можно взять биты, позвать еще парней и пойти крошить этих уродов. До тех пор, пока нам не сдадут нужных.

— Тоже мысль, кстати.

— Ага. Так можно и замочить еще кого-нибудь. Я просто так это сказал, если чё!

— А мне понравилась идея!

— Тебе вечно мясо нравится.

— А как еще их найти?

— Не знаю.

— Ну хотя бы прикиньте, где эти отмора могут тусоваться?

— Да на помойке какой-нибудь!

— Все равно сейчас утро. Я пытаюсь быть сдержанным. Хочу думать. Я не могу просто сорваться и пойти всех широкоштанных мочить.

— Да. Петька сел вот так за тяжкие телесные.

— Знаю. Я был на суде.

— О! Кто пришел?

— Ща гляну. А… батя.

— Здрасьте.

— Ссьте.

— Здорово, пацаны. Как жизнь молодая?

— Отлэ!

— Отлэ! Э! Чё, блатной, что ли? Ну и словечки у вас.

— Пап, иди-ка сюда на минуту…

— Чего хотел?

— А что с машиной-то делать?

— “Что делать”. Заново красить. Ты мне найди этих уродов, а покраска — это моя проблема.

— Ладно.

— Чё там у вас? Движется?

— Потихоньку.

— Ну, смотри.

— Э! Парни. Поели? Ну чё, идем?

— Идем.

 

* * *

11.28

— Пойдем? просто пошляемся — может, что-то где-то как-то…

— Куда пойдем?

— Да пойдем просто по дворам. Может, они щас где-то сидят.

— Пойдем.

— Я не поверю, что в таком маленьком городе можно не найти кого-то. Тем более если он не прячется.

— А может, они прячутся.

— Да, да, конечно. Прячутся. Да они полгорода исписали.

— Ха! Смотрите. Автобус разрисованный.

— Где?

— Да вон едет! Там ведь такие же каракули, что и у тебя, Мартын!

— А, вижу. Мартын, ты не один страдаешь.

— Это, типа, тюнинг. На моей тачке появилась такая х…, щас все себе ее будут рисовать.

— Законодатель моды, епт.

— О, смотри! Рэпперок идет…

— Тормознем?

— Давай. Эй, пацан. Иди-к сюда.

— Куда идешь?

— Так. Гуляю.

— Чё, рэппер? Чё слушаешь?

— Все, что нравится.

— А чё штаны широкие носишь? Это же неудобно.

— А чё так ходишь, как обезьяна? Чё молчишь (мн)? Мартышка. Широкоштаненок отжаренный. Ха-ха-ха.

— Ха-ха-ха.

— Да тихо, э! Отвалите от парня. Слышь, старина, иди-к сюда. Знаешь такую команду?

— Я видел их рисунки. Круто рисуют. Но лично с ними не знаком. Я их даже не видел. А что?

— Да заказать им хотел, чтобы гараж мне разрисовали прикольно. А вообще кого-нибудь знаешь?

— В смысле?

— Ну, таких же рисовальщиков или широкоштанинных, которые их могут знать.

— Граффитчиков?

— Ну... да. Таких же широкоштанинных.

— Так ведь граффитчики же необязательно будут надевать трубы.

— Да? Так знаешь, нет?

— Ну, я так просто слушаю рэп, мне нравятся носить трубы. Но я ни с кем на знаком.

— Понятно. А где тусуются, может, чё слышал?

— Я слышал, что у всех есть свои тусовки. Еще знаю, что скоро будет рэп-пати, там вроде все будут.

— Что будет?

— Ну, в клубе вечеринка рэпперов.

— Да? Когда будет?

— В следующую пятницу.

— А где?

— В “Аэродэнсе”.

— И что — там можно будет и этих пацанов встретить?

— Наверное.

— В пятницу, говоришь. Ну ладно, благодар за все. Не обращай на них внимания.

— Эй, горилла, иди сюда. Чё, глухой, что ли?

— Да отвали от него, Стакан. Все, идем.

— Чё, узнал чё-то?

— Так, по мелочи. Он никого не знает, но сказал, что в “Аэродэнсе” будет в пятницу у них какое-то рэпперское пати.

— В “Аэродэнсе” у меня знакомый охранник есть.

— Чё — ждем пятницу?

— А если их там не будет? Не, надо вечером сегодня по дворам побродить, поспрашивать.

— Ну чё — до вечера?

— Да. Я вам позвоню.

— Ну, давай.

— Да не грузись ты, Мартын! Найдем мы этих обезьян.

— До следующего воскресенья надо сто пудов, иначе мне устроят страпон.

 

TRACK 03

19.48

— Дарова, вандалы!

— Кунсткамера! Еще не скурился?

— Нет.

— Дарова, Кунсткамера!

— Привет, привет всем!

— Чё пришел?

— Новость пришел сказать. В пятницу в “Аэродэнсе” будет РАП-ПАТИ, ЙОУ!!!

— Чё — по на2туре, что ли?

— Да! Диспл, будешь выступать?

— А у меня нет минуса.

— Да сделаем тебе минус. Не парься.

— Ты, что ль, делать будешь? Ты же вообще ниоткуда. В смысле не рэппер, не граффер. Чё тебе вообще на этой пати делать?

— Как это — что? Ганж!!! Курить буду ганджубас! Ты же, Диспл, тоже планокур; чуть что — лишь бы пыхнуть, да похихикать!

— А при чем здесь минус?

— Да минус тебе сварганить можно за пять сек! Я знаю одного диджея. Он мне как-то говорил, что минуса вроде бацает. Можно его попросить. Я тебя сведу с ним, и сами добазаритесь!

— А телок много будет?

— А мама тебе разрешает уже с телками тусить?

— В спам тебя!

— Много-много, Элмо! Когда там было мало мокрощелок?

— Не хочу я на срезанных сэмплах музыку! Я хочу на своих нотах.

— А он вроде на синтезаторе свою пишет. Короче, вас сводить?

— Конечно, своди!

— Заметано. А на пати курим?

— Спрашиваешь! Как плановозы! Нет, как планоносцы!!

— Да вы, планокуры чертовы, скоро всю траву скурите, придурки!

— Не гунди, Ру! Тоже зануда выискался…

— О — ща вам анекдот расскажу в тему!

— Муравей, ты не умеешь анекдоты рассказывать.

— Да пошел ты!

— Ну, давай, баклань свой анекдот!

— Я — водка! Со мной на праздник четко. Я — салат! Вашим рылам рад. Я — запивон! Водке без меня не резон. А я — трава! Я слова забыл…

— Ха-ха-ха.

— А я знаю этот анекдот! Я еще похожий знаю.

— Приколи.

— Я — апельсин, рыжий солнца сын! Я — огурец, зеленый храбрец! Я — картошка, откуси меня немножко! А я Кирилл, траву не курил!

— Ха-ха-ха.

— Элмо, прям твой анекдот!

— Да, я теперь часто так прикалываюсь со своим именем.

— Дарова, пацаны.

— Маус! Дарова! Ты чё такой на кумарах? Почему без телок?

— Короче! Прикиньте — иду сегодня по улице. Подваливают три скинхэда лысых, один в берцах. Начинают грузить типа: “А, ты, обезьяна! Широкоштанинный ублюдок!” Все такое. Думаю, все — попал! А потом один меня в сторону уводит, показывает листок и спрашивает, знаю ли я эту команду, а на листке большими буквами “TERROR CREW”.

— Ни х… себе!

— А зачем спрашивал?

— А говорит, что хочет вам гараж заказать на граффити.

— Гонит.

— Тихо. И чё дальше?

— Ничё. Спрашивал, кого я знаю из райтеров или рэпперов. Где они тусуются.

— А ты чё?

— А я сказал, что я новенький и никого не знаю, но вот будет рэп-пати в пятницу в “Аэродэнсе”.

— Ты чё, скинхэдов отправил на рэп-пати? Ха-ха-ха!

— Все — я в пятницу сижу дома! Спасибо тебе, Маус! Ха-ха-ха!!!

— Да, Муравей, хорош гнать. Пойдем! А ты откуда узнал про пати?

— Новости быстро расходятся.

— Ты чё-то, Маус, попутал. Я пару дней назад курил с Матросом.

— С кем?

— Матрос — бывший скин. Он был у них главным. Он сказал, что в нашем городе больше скинов нет. Все скины теперь курят пластилин, да канапис!

— Чё — серьезно?

— Да!

— Дожили! Скины — планокуры!

— А, подожди. Матрос… Это который сидел еще за тяжкие телесные на почве разжигания межнациональной розни?

— Да. Он как-то кирпичом какого-то хачика до полусмерти забил. И сел на два года.

— Я слышал про него. Отмороженный на всю башню!

— И что он еще рассказал?

— Он сказал, что, если есть какие-то лысые отморозки, то это футбольные хулиганы или еще кто-нить. У нас же провинция, и никто не разбирается в этих течениях. У нас они все на одно лицо: скины, хулиганы, фашисты, антифашисты, нацисты, неонацисты, националисты, красные скинхэды.

— Нацболы!

— Но.

— А какая разница?

— Ну, как мне объяснил Матрос, скины бьются за белую расу.

— Расисты?

— Наверно.

— А красные — за красную?

— Краснокожие!

— Ха-ха-ха!

— Ха-ха-ха!

— Красные скинхэды поддерживают идею коммунизма и пинают расистов. Антифашисты мочат скинов, нацисты и фашисты бьются за свою расу. Националисты полагают, что за свой народ, нацболы преследуют какие-то большевистские идеи. Хулиганы приходят на футбол поболеть за свою команду и навалять болельщикам команды-соперника. Фанаты, одним словом. Неонацисты — это нацисты нашего века.

— Во заморочили. По-моему, провинциальный скин в себя вбирает от всех понемногу. Даже сам различий не видит.

— Прикинь, да? Он и фашист, и антифашист, и сам себя вечно гноит! Ха-ха-ха…

— Ха-ха-ха! И красный скин — расист! Ха-ха-ха…

— Ха-ха-ха!

— Ты гонишь, Маус. К тебе либо хулиганы подошли, либо обычные гопники. Они, если ты не знал, тоже лысые бывают.

— Да какая разница, кто ко мне пристал. Смысл в том, что вас кто-то выцепляет.

— Блин, это плохо.

— Да. Это отстой!

— Обкуритесь плана, чтоб жизнь не была погана!

— Пошел ты, Кунсткамера, со своими советами.

— А чё вы сразу все очканули? Маус же вас не сдал.

— Маус не сдал, кто-нить другой сдаст. Маус, ты чё делаешь? Хорош мой подъезд расписывать!

— Я художник не местный. Попишу и уеду.

— Убери вандал! Хотя стой! Ну-к дай посмотреть. Ух ты — где ты такой вандалайзер нашел?

— Через Интернет заказал. Я еще кэпов заказал. Знаете, какие заказал? Чтобы выпускал две линии сразу.

— Чё, одной оутлайн, другой закрашивать?

— Ага. Ха-ха-ха!!!

— Ну так чё, Дис, выступишь?

— Ну, наверно. Если музыка прикольная будет. А кто там выступает?

— Как обычно. “Ненорматив”, “Голос улиц”, “Чужие голоса” и прочие. Из других городов кого-то хотели пригласить, “ублюдогs”, кажется…

— Это же альтернативщики.

— Кто — “ублюдогs”? У них и в рэпе песни есть.

— А ты откуда знаешь?

— Про “ублюдогs”?

— Про пати. Х… на “ублюдогs”!

— А я с организаторами знаком.

— “Голос улиц” — ну и название. Все рэпперы — придурки. “Мы — дети улиц”. Такой отстой несут.

— Диспл, ты же рэппер!

— Ну и что? Я же не кричу, что меня улица воспитала, кстати, сегодня текст написал на эту тему.

— Ты чё — как машина пишешь?

— Почему? Прет — пишу, не прет — не пишу. Потом опять прет, ну и так далее…

— Вчера написал, сегодня написал. Ну–ка, прочитай!

— Я его вообще никак еще не назвал.

— Погоди, щас я тебе бит набитбоксю.

— Ха-ха-ха!

— Завались, Кунсткамера! Читаю:

Я не ребенок улицы! И чё? Значит, я — урод?

Меня воспитывали предки! Йопаный в рот!

Следовательно, отсюда вывод: “Рэппер я плохой!”

Интересно, как можно рэпповать с такой куйней?

Кстати, я — Диспл. Забыл представиться.

Пусть все дети улиц этой телегой травятся!

Как долбойопы чушь несут куй пойми о чем:

“Мы — дети улиц! Улица — наш дом!”

Зацикленность, мать ее, совсем не в тему!

Цепляют на себя слишком глупую эмблему!

Пародия на запад. Продолжайте в том же духе,

Чуваки — гангстеры, чувихи — паипухи!

Слова: “Я — уличный солдат” потеряли вес!

Да, только потому, что их читает понторез!

В кармане у меня обрез, а не нож,

Если разбираться глубже, все ваши текста песдешь!

Секс-символы, гангстеры, сутенеры, растаманы,

Скажите, а на будущее у вас какие планы?

Кем кроме этого еще хотите стать?

Наверно, реально хип-хоп-культуру продвигать?

Типа в союзе передовики-новаторы?

Но чтобы продвигать, можно быть ассенизатором!

Хотя, что с вами будет дальше, мне паипать,

Да и вообще, ну вас на куй — я пойду лучше поссать!

А потом припев:

Эй, рэпперюги, уличные слуги!

Слушайте меня все: друзья, подруги!

Здесь вам не запад — в этом круге ада

Бросьте выипоны, подражать ему не надо!

Гангста-рэп в России — словно куй без яиц!

Здесь явно не хватает этих грязных черных лиц!

Каждый день убийств, больших тусовок,

Золотых цепей и писшенных кроссовок!

Припев нужно два раза читать.

— Круто! Только припев, по-моему, слишком длинный.

— Не, припев нормальный. Круто, чувак! А ты не застремаешься на пати это читать перед рэпперами?

— Не знаю, может, и застремаюсь.

— А как бы ты назвал свою группу?

— Ну, всяко не “Голос улиц”, или “Четвертый квартал”, или “Правда слова”!

— Кстати, когда фотки будут готовы?

— Завтра распечатаю.

— Чё за фотки?

— Да, потом увидите.

— Новая граффитюля?

— Граффитюля? Как низко ты нас ценишь! А кто два баттла подряд выигрывал? А? Это граффитище! Там еще бонус один будет.

— Почему — два? Один же!

— Темнота! На день молодежи был баттл. Элмо с Ру вдвоем всех сделали.

— А ты чё?

— А я и Диспл были в отпусках.

— Я тоже. Даже ничего не слышал. MFG-то не выступали. Не выеживайтесь! Ха-ха-ха!

— Ой! MFG? Да мы бы вас все равно сделали! Ха-ха-ха!

* * *

20.36

— Где-то же они тусуются?

— Да они малолетки все! Мамы им не разрешают допоздна гулять, завтра в школу, они уже, наверное, все спят!

— Хе! Базаришь, Колючий!

— Сука! Ладно, завтра в универе поспрашаю, может, там кто чё знает.

 

* * *

20.48

— Короче, новость я вам сообщил, думайте, а я пойду до дому.

— Давай, Маус, пока! Спасибо, что сказал.

— Не за что. Бывайте. Счастливо!

— Чё — думаете, хозяин лексуса?

— Какого лексуса? Чё за прикол?

— Да подожди, Кунсткамера. По-любому просто — “нет”. Хозяин — коммерс!

— А ты уверен?

— Да! У скина лехус? Ага.

— У гопника. А вдруг?

— Да ну!

— Ай! Сидите и тряситесь, паникеры. Ниче не говорят. Обрыганы. Я тоже пошел домой. Чё-то вообще не выспался ни хера, спать рубит.

— Слышь, Кунсткамера, а к тебе не подваливают гопники за пирсинг? Сколько у тебя проколов?

— На лице тринадцать, еще сосок и член. Шутка! Как подваливают, так и отваливают! А чё они мне сделают? Скажут, что я голубой, что ли? Да пошли они! Меня никто не трогает!

— Понятно.

— Ну, бывайте. Дис, я брякну, когда с диджеем побакланю.

— Давай! Тусуй булки отсюда! Ха-ха-ха!

— Ха-ха-ха…

— Ну, чё?

— Ниче! Не суетись под тесаком. Подумаешь. Надо звякнуть пацанам, сказать, чтоб не выдавали. Пока не высовываемся. Элмо, тоже не бомби!

— А чё я?

— А вот и не бомби.

— Ладно. Диспл, завтра вечером фотки покажешь?

— А як же!

— Почему ты все время говоришь: “А як же”? Ты чё — хохол? Достал уже!

— Тебе чё? Хочу и говорю!

— Ладно. Разбегаемся. До завтра!

— Ну, давайте. Пока.

 

INTERLUDE

18.44. Понедельник.

— Нормальные фотки. О-о-о-о-о!!! Лехус-то как получился! Здорово!

— А кто фоткал-то епт!

— Покажи!

— Ништяк!

— Круто!

— Надо будет показать потом кому-нить. Красава!

— Ты несколько экземпляров сделал?

— А як же!

— Ха-ха-ха!!!

— Ха-ха-ха!

 

* * *

19.32. Вторник.

— Мартын, спокойно. Не злись.

— Что — “не злись”?

— Ну, не найдем сейчас — в пятницу выцепим!

— Да, мы — сто пудов! Кто ищет, тот всегда найдет!

— Да! Я заметил!

 

* * *

17.58. Среда.

— Наши фотки разошлись, наверное, по всему городу!

— Я дал одному типу, он в универе учится. Он завтра еще там всем покажет, чтоб заценили!

— Круто! Молоток, Диспл!

— Я тоже в школе всем показал уже!

 

* * *

12.17. Четверг.

— Зацените, пацаны!

— Ого!

— Откуда у тебя? Из Интернета?

— Да не! Это в нашем городе!

— В нашем?

— На жэдехе.

— А этот джип?

— Тоже наш!

— Ну-ка дай!

— Э! Ты чё?

— Это у тебя откуда?

— Так, знакомый дал глянуть!

— “Terror Crew”?

— Да. А ты что? Тоже рисуешь?

— Нет! Я им хочу гараж заказать, чтоб разрисовали, но никто не знает, где их искать. Ты знаешь?

— Нет. Я только с одним знаком. Вчера так случайно встретился в тусовке на одной хате.

— А завтра он будет в “Аэродэнсе”?

— Да. Он хотел там выступить, но обломалось.

— А ты будешь?

— Обязательно!

— Покажешь мне его? Я тебя там найду.

— Не вопрос! У охранника спросишь. Я там диджеем работаю. Смотри, как тачку расписали!

— Да. Нормально.

— Ну ладно, бывайте, парни.

— Давай.

— Странный какой-то тип.

— Да чё странного? Скоро все на граффити подсядут, а еще позже и на рэп! Все гопники будут скоро рэпчину слушать.

— Ага. Я недавно слышал тему, что все скинхэды теперь планокуры.

— Да? Ха-ха-ха…

 

* * *

18.59

— И главное, сука: показывает мне мою тачку и говорит “Нормально тачку расписали, да?”. Да я его, суку, чуть там не положил. Стою и думаю, как бы не сорваться. Вот суки драные, штаны обосранные! Они завтра будут на пати вонючем! Там их найдем, и я за себя не отвечаю.

— А как мы их узнаем?

— Нам покажут!

— Повезло, Мартын! А если бы ты на этой перемене курил?

— Так я и шел курить! А говорят, “курить — вредно”…

 

TRACK 04

15.30. Пятница.

— Дарова.

— Привет, пацаны.

— Ну, чё, Диспл, ты сегодня выступаешь?

— Не, не успели подготовить.

— А чё так?

— Успеешь за два дня! На следующем пати будем сто процентов выступать!

— Жаль!

— А с чем хотели выступать?

— Да с песней “Маленькие люди”.

— Чё — новый текст?

— Но.

— Прочитай, а?

— Слушайте.

Первый куплет

Она проснется в полдень, наскоро примет душ,

Не вспоминая вчерашнего, смоет смазанную тушь.

То, что было ночью, для нее уже не жутко,

Она ко всему привыкшая проститутка!

Будущего нет, она о нем и не мечтает,

Она даже своей жизнью не повелевает.

Психика нарушена, пьет лекарства,

Желает поселиться в мертвое царство.

Друзей, подруг нет, есть только приятель.

Сутенер — весьма своеобразный каратель.

Позвонит под вечер, скажет где, когда и с кем.

Она, забыв про суицид, опять работает без смен!

Припев

Тебе такая жизнь давно уже надоела!

Весь этот мир с тобой не честен!

Самоубийство в корне меняет дело.

Исход маленьких людей заранее известен.

Второй куплет

Он женатый человек, у него двое детей,

Работает в фирме поставщиком идей!

Живут на одну зарплату; нормально получает,

Жена-домохозяйка сериалы изучает.

Квартира обставлена очень даже нормально –

Три комнаты: зал, детская и спальня.

И тогда, когда других проблем больше нет,

В семейной жизни наступает переломный момент.

Он устал от всего, ему нужен покой,

Постоянно хочет покончить с собой.

Жена надоела, детский лепет режет ухо.

Забивает на все и идет снимает шлюху!

Потом опять припев, потом проигрыш, потом припев и конец!

— Здорово, Диспл! Ни одного мата! Круто написал!

— Жалко, что сегодня накрывается с выступлением.

— Действительно! Я бы даже на тебя сходил посмотрел.

— Да. А мне-то как жалко! Но зато я хоть нашел сподвижника. Могу теперь делать рэп! Мы с этим типом решили поработать и записать демо. Нормальный чел оказался.

— Это тот тип из универа, которому ты фотки показывал?

— Да!

— Здорово! Как его хоть зовут-то?

— Диджей Вега.

— Вега?

— Да. Он, кстати, в “Аэродэнсе” диджеит! Я сегодня бесплатно прохожу! Кто со мной идет?

— Я не пойду — мне завтра в школу.

— Да тебя, Ру, только с мамой пропустят!

— Ха-ха-ха!

— Пошли вы, придурки!

— Да ладно, ты чё — обиделся? Ну хочешь, я скажу, что ты мой младший брат и не будешь писаться! Тогда мама не нужна.

— Ха-ха-ха!

— Дебилы!

— Ну ладно, извини, чё ты! Давай обнимемся, мы же одна команда!

— Ру, это же шутка!

— Не смешная шутка!

— Да забей! А ты, Муравей, идешь? Элмо?

— Я не пойду! Не люблю рэп, а наш отстойный тем более. К тому же ищут ведь. Маус же туда скинов направил.

— Не тупи, Муравей! Какие скины?

— Все равно кто-то ищет.

— Ну, и писай дальше! А ты чё молчишь, Элмо?

— Молчит — в жопе торчит!

— Ха-ха-ха!

— Ха-ха-ха!

— Ой, придурки! Ха-ха-ха! Я хочу сегодня побомбить! Буду делать “To bomb”!

— Я ж тебе сказал не светиться. Ищут же. Маус ведь не зря приходил.

— Кто? В пальто? Где? Никто ко мне не подходил, ничего не спрашивал! Я не могу не бомбить! Я хочу адреналина! Ты же райтер, Ру. Неужели ты не можешь меня понять?

— Нет! В том-то и дело, что я райтер, а не вандал. Я, в отличие от вас, понимаю, как будет чувствовать себя водитель в таком случае. У моего бати как-то раз какие-то долбонавты тачку поцарапали. Всего лишь в одном месте. Там еле видно было. А знаете, как он разорялся? А тут всю тачку расписали! Ни х… себе! Да водитель там рвал и метал!

— Ну, как хочешь! А я все равно пойду бомбить!

— Дурак, чё?

— Аааай!

— Хорош, пацаны. Ру, ты чё завелся?

— Да я хочу вывести граффити на легальный уровень! А не так.

— Слушай, Ру. Я же не начинающий. Я профи! Я даже когда расписываюсь — уже картина. Мой тэг — это уже искусство!

— Да делай, чё хочешь!

— Террористы! Дарова!

— Приветы, Кунсткамера.

— А что у меня есть?

— А что у тебя есть?

— А что у меня есть?!

— А что у тебя есть, твою мать?!

— А что у меня есть! Ха-ха-ха!

— Ха-ха-ха! Придурок!

— Петрушка! Ща вам прикол расскажу. С “Ненормативом” тусуется один придурок Митя. Они его почему-то гноят, но он все равно с ними тусуется. Так вот вчера они накурились и Митя с ними в первый раз, напарили его, что в первый раз он должен курить с отдельного булика, сделали ему, но насыпали вместо плана петрушки. Себе нормально насыпали, подорвали, тоже пыхнули. Сидят раскумаренные и спрашивают: “Ну, чё, Митя, вставило?” А тот такой довольный кивает и говорит: “Вставило”! Ха-ха-ха!

— Ха-ха-ха!

— Хе-хе-кхе-кхе (бросаю курить) — хе!

— Ха-ха-ха!

— Злодеи! Да, Митя — дэ2бил! Видел я его как-то. Чё он с ними тусуется — хрен его пойми.

— Ну что, идем курить на пати?

— Да никто не идет! Вдвоем пойдем. И я только на часик схожу. Завтра же на учебу.

— А чё вы не хотите?

— Элмо идет бомбить, Ру спать, а Муравей вообще рэп не любит! Говорит, сами свой кал слушайте — лижите зад неграм.

— Муравей, чё балакаешь?! Если ты не пойдешь с нами — ты не рэппер! Ты — чертов металлист! Сатана!

— Ха-ха-ха!

— Кунсткамера, ты чё загоняешь?! Уже небось накурился где-то? Во — тебя прет!

 

* * *

17.12

— Во сколько у них там все начинается?

— В девять!

— А мы когда пойдем?

— Ну, к десяти подойдем.

— Прямо там их будем шатать?

— Ты чё, долбанулся, что ли?

— На улице. Там ментовку вызовут — зачем это надо? Может, за них кто-то впряжется еще, я откуда знаю?

— И чё?

— Нас меньше! Чё туда с толпой идти? Зайдем на полчаса, выцепим да накажем. Чё еще там делать? Парашу эту слушать?

— Ну да.

 

* * *

22.49

— ЭЭЭЭ! Руки! Где руки? Кто здесь? Я вас не слышу? Громче! Еще! Это была группа “Голос улиц”! УУУУУУУУУ! Аплодисменты! Следующая группа приехала к нам из другого города. Встречайте — “Линия жизни”! УУУУУУУУУ!

— Привет.

— Здорово.

— Ну что — покажешь этого художника?

— Да. Вон он сидит, курит.

— Который во всяком дерьме? С сережками?

— Нет, рядом который!

— А, ну, спасибо! Удачи тебе!

— Давай!

— Ну чё? Узнал?

— Да. Вон тот, который возле дырявого сидит.

— Курит который?

— Да!

— Я его знаю! Он с моего дома!

— Чё — серьезно?

— Да.

— Сука! Весь город облазили, а он в твоем доме живет.

— Ну чё — выводим его?

— Подожди. Он вроде домой уже собирается! Смотри — пошел куда-то.

 

* * *

22.55

— Все, Кунсткамера, я сваливаю!

— А чё так рано? Только раскурились!

— Не, хорош! С тобой и от травы можно получить зависимость! Это, конечно, хорошо, но мне завтра в школу. Я домой погонзал. Пока!

— Счастливо. А я еще пыхну!

 

* * *

22.58

— Может, отлить пошел?

— Толчок там. Не, в гардероб идет. Пойдем за ним.

— Чё, возле клуба прессанем?

— Гонишь, что ли? До дома проводим!

 

* * *

23.25

— Эй! Есть сигарета?

— Что?

— Я говорю, сигарета есть? Здорово, сосед.

— Привет. На.

— Две возьму?

— Бери. Этой отравы не жалко.

— Тачку помнишь?

— Какую?

— Лексус черный! Джип.

— Нет.

— На, сука!

— АА!

— Еще врать мне будешь? На, тварина!

— А…

— Эй, мартышка, лови!

— А-а-а!

— Передай своим дружкам, чтобы завязывали с рисованием. Иначе убью! Получи, сука! Гнида (мн). Козел (мн)! Сдохни! Сука!

— А…а.

— Мартын, ты чё? Убьешь пацана.

— Мне по х…. Получи, сука рэпастая!. Убью, падла!

— Хорош, Мартын. Он понял.

— Не понял! На, кусок говна!

— Он уже не двигается.

— Всех перебью, суки! Рэпчина вонючая…

— Давай, хорош. Сваливаем, ты чё?

 

* * *

13.46. Суббота.

— Але, Ру. Здорово.

— Дарова. Как побомбил?

— Диспл под ездарез попал ночью.

— Чё, скины вломили? За что?

— Не знаю. Он в реанимации лежит. Мне мать его сообщила. У него сотрясение, переломы еще какие-то.

— Ни х… себе сходил на пати.

— Мы с Муравьем щас в больницу едем. Ты едешь?

— Давайте ко мне подваливайте лучше. Я с папой договорюсь, он нас на машине отвезет.

 

* * *

2003 год. Март. Вторник. 14.33.

— Привет, Диспл. Как суд?

— Этому ублюдку дали год условно.

— А остальным?

— Остальные вообще штрафы получили и все. Папа-то у этого гандона кто? Отмазал всех! Адвокаты.

— Мдаааа…

— А чё ты хочешь? За убийство дали два года кому-то, по радио слышал, хотя должны были минимум шесть дать. Статья сто пятая.

— А как он тебя нашел?

— Не знаю! Навел кто-то. Там еще тип из моего дома был. Через него, может, вышли?

— Прости, Дис, попал ты из-за нас.

— Проехали. Я тоже накосячил.

— А они к тебе больше не пристанут?

— Нет. Его папа после суда подошел и сказал, чтобы я своим друзьям передал, чтобы они перестали заниматься х… и выучили урок. Тогда будет без последствий. Кстати, этот парень смолчал, когда его спросили, за что он меня избивал.

— И что он — герой, что ли?

— Нет. Но все равно есть над чем подумать. Мы бы тоже встряли.

— С чего это вдруг?

— Статья сто шестьдесят седьмая. Умышленное уничтожение или повреждение имущества. До двух лет. Или двести четырнадцатая. Вандализм. Арест до трех месяцев.

— Ты чё, пока в больнице был, весь Уголовный кодекс выучил, что ли?

— Хе! Да нет. В газете о вандализме статья есть. Не читали, пацаны?

— Нет пока.

— Там даже наши работы есть. И твои бомбы, Элмо. Там и написано: “Давайте бороться, пресекать эту уличную деятельность”, и статьи указаны. Просто запомнил.

— Нормальный ход!

— Прости, что не были на суде и не поддержали.

— И правильно сделали, они бы вас еще запомнили. Дебилы, вели себя отвратительно. Постоянно хихикали, и вообще от них несло перегаром.

 

OUTRO

2004 год. Август. Четверг. 11.30.

— Здорово!

— Привет!

— Где все?

— Подойдут, наверно…

— А Муравей?

— Я за него!

— Хе. Старый прикол.

Подозреваемый № 1 — Вадим Муравьев.

Художник. 17 лет. Учится на дизайнера-оформителя в соседнем городе в училище искусств. Перешел на второй курс. Окончил художественную школу. В данное время занимается веб-дизайном.

Street Name: Муравей

Tag: —-

С граффити и бомбингом завязал.

— Ты сам как, Ру?

— Да потихоньку... Вчера вот новый заказ пришел.

Подозреваемый № 2 — Руслан Адиев.

Райтер. 16 лет. Поступил в железнодорожный техникум по специальности “Строительство железных дорог. Путь и путевое хозяйство”. Окончил художественную школу.

Street Name: Нет (в узких кругах его называют Крошка Ру)

Tag: Руся (не любит прозвища, подписывается именем)

Признан лучшим райтером в своей республике. Оформляет магазины, клубы. Зарабатывает на граффити деньги.

— Что сделать надо?

— Да ширму одну размалевать.

— Как Элмо?

Подозреваемый № 3 — Кирилл Соламатин.

Вандал. 17 лет. В апреле 2003 года создал команду “Dirty Art”. Продолжал бомбить. В сентябре 2003-го был заключен под стражу за умышленное повреждение чужого имущества. Выпущен досрочно в июле 2004 года.

Street Name: Элмо (часто рисовал этот кэрэк в тетрадках, скейчбуках)

Tag: Rino

С граффити завязал в 2005 году.

— Да только вышел. Досрочно освободили месяц назад. Он же теперь подписывается “Rino”.

— И что это значит?

— А просто набор букв. Его тэг “Элмо” же знают. Шифруется.

— Он еще не бросил?

— Нет. У него ваще чеплашку снесло!

— Вот дурак! А Диспл что?

Подозреваемый № 4 — Денис Плотников.

Рэппер. 18 лет. Учится на первом курсе университета по специальности “Связь с общественностью”. Создал рэп-группу “Две жизни”. Пишет демо-альбом.

Street Name: Диспл

Tag: —-

С тэггингом завязал. Серьезно увлекся музыкой.

— Рэпует!

— Понятно.

— А Кунсткамера как?

— Кунсткамера перешел на тяжелые наркотики. Превратился в полное дерьмо. Чуть не умер от передоза, сейчас проходит курс лечения где-то. Я же с ним не общаюсь. Через десятый рот услышал неделю назад.

— А кто-нибудь еще рисует в этом городе?

— Я и Банан. Еще малолетки какие-то стены марают. Я их не знаю.

— А MFG209?

— Все бросили! А прикол слушай. Мартынов-то в депутаты полез.

— Младший?

Подозреваемый № 5 — Константин Мартынов.

Инвалид. 20 лет. Учится на третьем курсе университета.

Друзья называют Мартын.

В конце 2003 года попал в аварию. Передвигался в инвалидном кресле, пока в 2006-м не покончил жизнь самоубийством.

— Нет, конечно, старший.

Подозреваемый № 6 — Андрей Иванович Мартынов.

Депутат городского совета. 48 лет. Владеет автоцентром и сетью магазинов. Имеет связи во многих кругах.

В 2006 году спился. Не смог пережить смерть сына. В начале 2007-го разорился.

— Вот буржуй!

— Базаришь. Такие везде пролезут.

 

THAT’S ALL

Словарь сленга

ГрАффИти — итал. graffiti от graffiare — царапать.

1. Древние и средневековые рисунки и надписи магического, бытового и т. п. характера, нацарапанные на металлических и др. объектах;

2. Техника живописи и произведения, выполненные в этой технике;

3. Ненормативное “уличное” творчество.

Райтер (Writer) — человек, который рисует граффити.

Тэг (Tag) — подпись, “автограф” райтера.

Кэрэк (Character) — персонаж, взятый из мультфильмов, журнальных комиксов или выдуманный авторами для придания своеобразия надписи или рисунку, часто заменяет какую-нибудь букву в слове.

Бомба (Bomb или throw up) — быстрый рисунок, выполненный краской одного или двух цветов.

Бомбинг (Bombing или To bomb) — нелегально писать на стенах зданий, витринах, поездах, сортирах и т. д.

Баттл (Battle) — соревнования между отдельными райтерами или командами, рисующими граффити.

Скейч (Sketch) — черно-белый или цветной набросок, эскиз на бумаге.

Скейчбук (Sketchbook) — блокнот или тетрадь, в которой райтер делает свои скейчи.

Кэп (Cap) — заменяемая насадка на баллон, регулирующая толщину линии.

Вандалайзер (Вандал) — Тэгмаркер. Маркер с толщиной линии до пяти сантиметров.

Байт (Bite) — плагиат, копирование чужого стиля.

Сингл — тэг всей команды.

Оутлайн (Outline) — контур, окантовка букв, тени, скелет или каркас шрифта.

Маэстро — уважаемый райтерами человек, определяет стиль команды.

Top to Bottom — работа, выполненная сверху донизу стены.

Whole Cars — написание шрифта во весь вагон.

Телега — рэп-песня.

Битбоксинг — это искусство создания битов, ритмов и мелодий при помощи человеческого рта. Вокальная перкуссия хип-хоп-культуры.

Стили граффити

Bubble Letters — двух-трехцветный рисунок, в котором буквы округлены и выполнены как пузыри, похожие один на другой.

Broadway — шрифтовая композиция из блоков огромных печатных букв (Block Busters), выполненная обычно в двух цветах.

Wild Style (Mechanical Style) — сплетения букв различных форм, с использованием разрывов шрифта, введением стрелок и других элементов. Почти не читаемый рисунок.

3D — самый сложный стиль граффити. Все изображения, включая шрифты, даются в перспективе. Элементы трехмерны.