Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Нева 2007, 9

Знание, не умножающее скорбь

Игорь Сахновский. Человек, который знал все. М.: Вагриус, 2007

К несчастью, пишущий эти строки принадлежит к той, к счастью, немногочисленной прослойке, для которой нет ничего тягостнее легкого чтения. Для него наглухо запечатаны врата того литературного Эдема, в котором книги «цепляют, но не грузят». Изгнанных из рая что не грузит, то и не цепляет. Если книга плохо написана, если изображаемая среда еле брезжит, а герои еле дышат, то какие бы приключения автор на них ни обрушивал, в читателе, вкусившем плода познания настоящей литературы, это не вызовет ничего, кроме скуки, граничащей с тоской.

А ведь и ему хочется простого человеческого счастья… И если бы он сумел найти что-то легкое, увлекательное и при этом съедобное, он, подобно кафкианскому Голодарю, тоже лопал бы так, что за ушами трещало.

Игорь Сахновский приоткрывает такую возможность, приоткрывает ворота райского чтения. С первой же страницы изящно набросанный герой становится мил и близок — интеллигентный недотепа пытается вписаться в дивный новый мир, где «заводы, знаменитые своей пролетарской несокрушимостью, первыми впали в хроническую дистрофию» и где «прямо из голодного асфальта стали проклевываться ларьки с не виданными прежде бутылками и лакомствами». «Люди, засевшие в окошках, по ту сторону зарешеченных витрин в обрамлении цветных ликеров, индийских бус, шоколадных трюфелей, выглядели редкими счастливцами, сумевшими чудом проникнуть в этот рождественский елочный рай, где нужда побеждена, как черная оспа».

Оценили стиль? Вот в такой легкой изящной манере и ведется повествование, становясь с каждой страницей все более и более фантасмагорическим и авантюрным. Не выдержав бедности, жена уходит к незатейливому, но все-таки новому русскому, герой впадает в окончательное уныние и даже некоторую моральную деградацию, но все же делает последнюю попытку вписаться в рынок, обратившись за помощью к старому, но все-таки разбогатевшему другу. Друг охотно идет навстречу: нужно сочинить блистательное резюме на самого себя, красиво напечатать его на компьютере…

«План действий выглядел впечатляюще: сначала скопить денег на компьютер, для чего понадобится лет восемь. Или двенадцать. Потом освоить купленную технику — еще год-полтора…» Герой бредет из блистательного офиса по ремонтируемому зданию…

«Рабочих не было видно, словно ремонт совершался как-то сам собой. Единственный ходячий лифт закрылся прямо перед носом и уплыл», а герой в некоем почти гамлетовском настроении вдруг взялся обеими руками за электрические кишки, торчащие из-за растерзанного косяка…

И чудом остался жив. Но приобрел дар ясновидения. Чудодейственным образом ему становился известен ответ на любой вопрос, который только приходил ему в голову. -И внял он неба содроганье, и горний ангелов полет…

Но эта метафизика мало кого интересовала, а вот гад морских подводный ход быстро заинтересовал сильных мира сего. Этот чмошник мог сказать, кого, где и как замочил местный авторитет, каковы секретные коды на сейфах спецслужб, а потому на этого лоха скоро началась самая настоящая охота…

На этом я остановлюсь, чтобы не портить читателю удовольствие. Это и в самом деле идеальное легкое чтение: герою сопереживаешь, но не настолько, чтобы страдать, волнуешься, но не настолько, чтобы ужасаться, -а скорее даже наоборот: возникает сладостная иллюзия, что, хотя мир переполнен чудовищами, но и мы, лохи, не лыком шиты. Психотерапевтический эффект изумительный. Горячо рекомендую. Принимать перед сном. Хотя и с утра неплохо пропустить пару страниц для бодрости.

Александр Мелихов

Версия для печати