Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Нева 2007, 4

Стихи

Юлия Артемовна Жданова родилась в г. Сланцы Ленинградской области. Окончила Ленинградский инженерно-экономический институт им. П. Тольятти. Работает в издательстве. Печаталась в коллективных сборниках. Живет в Санкт-Петербурге.
              * * *

На мостиках смысла,
На краешках слов
Расставит ловушки
Свои птицелов —

Слетаются птицы
К нему по одной/
Бывает, и стаей?
Но все до одной.

Ах, клетки, линейки,
Перо да крыло!
Придумал же кто-то
Ему ремесло...

Он птиц раздает.
Иногда продает...
По-своему каждая
Птица поет.

А мы покупаем,
Не зная того,
Как птицы поют
У него для него.

А птицы поют
У него для него?
В гостях у него,
В горстях у него
Охотней всего!


              * * *


По несносной причине — жара —
Так одеты, что будто раздеты.
И цветет безмятежное лето
В медоносах с утра до утра.

До утра изнывает Нева,
Остывая, вздыхая, мелея,
Огибая свои острова
И купальщиков поздних лелея...

 
              * * *

              
Как рассудим и кто разберет —
Где свобода и в чем несвобода?
Коли куклу ведет кукловод,
То и кукла ведет кукловода.

Парадокс положения в том,
Что у каждого ниточки следом.
Ты — ведущий, и ты же ведом.
Но тебе твой водитель неведом.


              * * *


Это странность, случайность, нелепость, каприз,
Это шутка, ошибка, причуда, курьез.
Это — время приходит в Эдем, в Парадиз;
Это — яблоко надвое, это всерьез.

Это издревле, исстари, издалека;
Это здесь и сейчас, исступленно, навзрыд;
Это исповедь — неисправима строка;
Это истово, искренне, это искрит

В том, как дрогнули губы; как брови сошлись;
В том, как, дернувшись, закаменела щека;
Как сомкнулись ресницы, как пальцы сплелись
И бессонная тень залегла у виска.

А за что, для чего и зачем — не вопрос.
Да и нет — не ответ; он невнятен любой,
И не слышен от смеха, не виден от слез.
Ты; к тебе; от тебя; при тебе и — с тобой.

 
              * * *


Когда влюбленный человек одуревает
От чувств, которые его обуревают,
Он не желает ни работы, ни учебы,
Он в раздражении находится — еще бы,

Он весь не здесь, ни вам, ни там, ни тут, он — дале,
Он только ждет, чтоб, может, знак какой подали,
И он тогда осуществит свои права:
Почти нечаянно коснется рукава!

 
              * * *


...Позвонил и сказал, что бывшему моему,
Сердце мне разбившему моему,
Все и вся забывшему моему,
Белый свет пропившему моему,
Без меня пропавшему моему,
Все и вся предавшему моему,
Совесть потерявшему моему
Объяснит чувствительно, что к чему!

Что ты хочешь, женщина? — Ничего...
Помилуй, Боже, бывшего моего,
Сердце мне разбившего моего.
...А еще звонившего моего —
Пуще того!

              * * *


По парку, аллеям и склонам,
Промытым недолгим дождем,
Попарно, но так отстраненно
Пока еще вместе идем.

Бежит по аллее лошадка,
Призывно звенит бубенец...
В свидетельствах нет недостатка,
Что скоро прогулке конец.

Наверное, зодчий Гонзаго
Придумывал — не сознавал,
Что иго создателя — благо,
Что вечен времен карнавал.

Деревья — и те в карнавале
На этом кусочке земли.
Спасибо, что мне рассказали,
Спасибо, что в парк привели.

Спасибо, спасибо, спасибо,
Что жизнь словно в книжке идет:
Старик ловит неводом рыбу,
И пряжу старуха прядет.

По парку, аллеям и склонам,
Беседу сплетая с трудом,
Попарно, но так отстраненно,
Почти отчужденно идем.

Мы вместе смеемся на фото
И дарим бельчонку орех,
Но душу царапает что-то,
И это касается всех.

Пока понуждает лошадка
Печальный бубенчик бренчать —
А нас колотье под лопаткой
Заставит на миг замолчать.

Все реплики строже и реже...
Старуха и вовсе без слов
Суровую нитку обрежет,
На нитку — нанижет улов.

Дождемся ли крестного знака
Вослед, если наш Парадиз
Покинут, отринут?.. Однако,
Пожалуйста, поторопись:

Не видно лошадки в плюмаже.
Закат истончился дотла.
Старуха спряла свою пряжу,
Вздохнула — и с пляжа ушла.

Версия для печати