Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Нева 2007, 1

Ганс Сакс. Незримая нагая служанка

Во второй половине 1950-х годов в издательстве “Художественная литература” планировалось выпустить сборник избранных произведений замечательного немецкого поэта эпохи средневековья Ганса Сакса (1494–1576).

Для того, чтобы привлечь к этому событию внимание широкого круга советских читателей, ряд переводчиков решили опубликовать несколько стихотворных сатирических произведений этого автора до выхода в свет книги в одном из литературных журналов. В этот список вошли следующие переводы: “Почему крестьяне мельникам не верят”, выполненный Даниилом Михайловичем Горфинкелем (1889–1966, инициатор идеи), “Глупый мельник и мошенники” — Ахиллом Григорьевичем Левинтоном (1913–1971) и “Незримая нагая служанка” — Сергеем Владимировичем Петровым (1911–1988).

Неожиданно после длительного промежутка времени редакция без объяснения причин попросила Д. М. Горфинкеля заменить вышеуказанную работу С. В. Петрова другим переводом[1]. В ответ на это переводчик написал письмо Д. М. Горфинкелю, к которому приложил ряд других своих произведений (в дальнейшем все они были опубликованы в сборнике). В письме он, в частности, писал: “Глубокоуважаемый Даниил Михайлович! Оставляю Вам └Хозяек“[2], поскольку они читались на вечере[3]. Если не подойдут, то можно представить остальное для выбора…”[4] К сожалению, затянувшаяся многомесячная переписка сделала данный замысел бесполезным, поскольку вскоре издание вышло в свет (1959).

Впрочем, в архиве переводчика сохранилось много неизданных произведений. Часть из них на литературоведческие темы, пере-воды стихов и прозаических трудов ряда европей-ских авторов, а также оригиналь-ных стихотворений, принадлежащих перу -С. В. Петрова, ярко высветившие еще одну грань -таланта литератора, большая часть из ко-торых (благодаря Александре Александровне Петровой, жене Сергея Владимиро-ви-ча) особенно за последнее десятилетие -напечатаны как в периодических изданиях, так и отдельными книжками. И публикуя его неизвестный перевод (два вышеуказанных увидели свет в сборнике), выполненного на высокопрофессиональном уровне, с точной передачей сути и духа произведения немецкого автора, мы предлагаем самим читателям ответить на вопрос: что же могло послужить веской причиной для цензуры в отказе на литературную жизнь данному труду? Следует также добавить, что речь в этом сатирическом произведении идет о глупости и тщеславии, густо замешанных на глубоком невежестве и предрассудках. Вместе с тем этой публикацией мы также отдаем долг памяти талантливому переводчику, внесшему заметный вклад в развитие российской переводческой школы.

Кроме того, представляется интересным и публикация короткой заметки о немецком -поэте, написанной кем-то из участников этого проекта, очень органично предваряющей произведение Ганса Сакса в переводе Сергея Владимировича.

В заключение приношу свою благо-дарность владельцу частного собрания (Латвия), где хранятся эти произведения, а также А. А. Петровой за разрешение на публикацию данного произведения.

* * *

Государственным издательством “Художественная литература” подготовлен к печати и в ближайшее время выйдет в свет сборник стихов и фарсов Ганса Сакса. Народный немецкий поэт Ганс Сакс был современником Реформации и Великой Крестьян-ской войны. Житель стремительно развивавшегося имперского города Нюрнберга, участник идеологических битв, развернувшихся вокруг деятельности Лютера, он был полон интересами своей бурной эпохи, словом и пером принимал участие в борьбе партий и обладал той завидной трезвостью мысли и силой характера, которая так свойственна была писателям эпохи Возрождения. Его перу принадлежат 4275 мейстерзингерских песен и 18 томов других произведений, среди которых было 208 трагедий, комедий и -масленичных представлений, а также 1700 шванков, басен, легенд, исторических, библейских и всяких иных стихотворений. Большинство его произведений расходилось в народе в виде иллюстрированных листовок и небольших книжечек с хорошо всем известным именем Ганса Сакса в последней строке или с инициалами HSS [Hans Sachs Schuh-macher — Ганс Сакс Башмачник].

Важнейшим наследием этого плодовитого писателя являются его шванки — небольшие истории в стихах, анекдотического или сатирического характера. Этот жанр стоит у самых истоков будущего буржуазного реализма.

Здесь мы публикуем третий шванк Ганса Сакса.

*

Аптекарь в Нюренберге жил,

Забавник он великий был,

Горазд на выдумки и плутни.

Отменно игрывал на лютне,

Знал толк в борьбе, в стрельбе по цели,

В оружии и в ратном деле.

Он с нюренбержцами был дружен,

Их часто звал к себе на ужин

И потешал их. Посему

Ходило ужинать к нему

Все молодое поколенье,

Любившее увеселенье.

Вот ужинали как-то раз.

Рекой беседа полилась,

Коли вина многонько пили.

О всякой всячине судили

И загалдели напоследок,

Всяк о своем — то так, то эдак —

О чернокнижье, ведовстве,

Заклятьях и колдовстве.

Один де может дождь наслать,

Другой умеет клад искать,

А третий знает, как в бою

Спасти заклятьем жизнь свою.

Четвертый так де слово сложит,

Что и без зелья приворожит.

А пятый сказки плел о том,

Как ездят на козле верхом,

На вилах иль на помеле,

Иль на метле в полночной мгле

К горе Венериной, и там

Числа-де нету чудесам.

Шестой — как мощью заговора

Добро свое вернуть от вора.

Седьмой — как черта в круг призвать

И тайны от него узнать,

И как его опять заклясть,

Чтобы в беду с ним не попасть.

К аптекарю на днях как раз

В служанки дура нанялась

Из Поппенрейта и теперь,

Приотворив в поварне дверь,

Речам диковинным внимала.

Про небылицы тож немало

Случилось слыхивать и ей

На посиделках от парней.

Всего наслушалась девица

И здесь, но одному дивится:

Хозяин-то у ней каков!

Он уверял своих дружков

И толковал усердно им,

Что может стать совсем незрим.

Служанку оное уменье

Повергло прямо в изумленье.

Неделю целую сполна

Молила барина она,

Чтоб соизволил он сказать,

Как ей невидимою стать.

Хозяин долго отпирался,

Над простотой ее смеялся,

Толкуя ей: коль быть в дому,

Не станешь ты видна тому,

Кто с улицы глядит на дом.

Но девка стала на своем —

Никак не хочет отцепиться.

Тогда аптекарь ей сулится,

Что все покажет ей с начала,

Но чтоб она про то молчала.

Решил он: если дура хочет,

Так пусть сама себя морочит!

Как и водилось, был он в духе

И молвил с важностью стряпухе:

“Чтоб ты невидимой была,

Разденься прежде догола,

Останься вовсе нагишом,

Да косу распусти потом!

Вот кость! Ее возьми ты в рот,

Три раза сделай поворот

Направо и налево снова,

Твердя притом такое слово:

Мек! Мек! Скорей ко мне гряди!

Мне зад и перед наряди,

Чтоб я, как ветер, унеслась!

И вот незрима ты глаз”.

Смекнул он, что и в зад и в перед

Служанка всей душою верит.

“У нас в субботу гости, Грета!

Вот в самое-то время это

Испробуй!” — ей он говорит.

И, радуясь, благодарит

Его служанка за науку.

А он гостям про эту штуку

Поведал и просил друзей

Не помешать затее сей.

Покуда гости пили-ели,

Служанка лоскутка на теле

Не оставляет, кость берет,

Кладет ее поспешно в рот,

Заклятье шепчет и пошла,

В чем мать родная родила,

К гостям дуреха, полагая,

Что им невидима нагая.

А задняя статья была

У девки вовсе немала,

И груди тучные, и брюхо

Качала на ходу стряпуха.

И были у нее в пристяжке

Две здоровенных красных ляжки.

Служанку гости увидали,

Но ни словечка не сказали.

Она — к столу и гостя хвать

За чуб, другого ну щипать!

А гости словно с перепуга

Глядят, дивуясь, друг на друга.

И так, пожалуй, с полчаса

Творила Грета чудеса.

Но, наконец, один кричит:

“Срамница! Да прикрой же стыд!

Снасть у тебя давно нам видно!”

Лишь тут и стало Грете стыдно.

И кошкой шмыг за дверь служанка,

Ворча под нос: “Ах, лихоманка

Его возьми! Он увидал!

Мою волшбу расколдовал!”

Тут гости начали смеяться

И над мужичкой потешаться.

*

Кто нос сует куда не след,

Тому немало будет бед

Из-за пустого любопытства.

Так наказуется бесстыдство,

Прищемят нос ему у нас.

На сем Ганс Сакс кончает сказ.

 

Перевел с немецкого С. В. Петров



[1] В дальнейшем этот труд был исключен и из сборника избранных произведений Г. Сакса.

[2]Имеется в виду перевод стихотворения “Сетования трех хозяек на своих служанок”.

[3] Выступления на литературных вечерах в Доме литераторов со своими произведениями было равнозначно прохождению цензуры.

[4] Письмо датировано 25.I.1958 года.

Версия для печати