Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Нева 2004, 2

Эльмар — вот это псевдоним

Смысл совершаемых поступков неотделим от создающихся условий жизни. Бывает не все в них понятно. Тогда в поиске обусловленности или удовлетворения любопытства не обойтись без обращения к предыстории поступка. Как-никак, текущее зиждется на прошедшем.

Сила страха живуча. Грозна своей неожиданностью, а значит, и неподготовленностью к ней. Достигает своего предела, когда угрожает жизни человека. Эта же сила заставляет искать и находить защиту от конкретного воздействия страха. Если это удается, то выстраивается некий мысленный или воплощенный защитный барьер, отгораживающий от неприятности.

Полагаю, что через похожие переживания прошел Александр Васильевич Грин, известный как писатель Эльмар Грин. Был конец 1939 года. Привлечение его к ответственности военным трибуналом грозило наказанием. Беда пришла через прослушивание передач финской радиостанции. К этому можно присовокупить, что родился он на территории государства, отделившегося от России, понимает и знает язык народа той страны, носит фамилию, которую нельзя назвать русской. Все же наказание было отменено. Возможно, его выручила вспомнившаяся фамилия своего отца — Якимов, представленного в жизнеописании пролетарием. Это произошло во время прохождения Грином воинской службы матросом.

Но вот минул десяток с небольшим лет, и пойманная на слух, нигде не документированная русская фамилия прижизненными биографами Александра Васильевича была обыграна по-своему. Мол, сначала подрастал Саша Якимов. В итоге седьмой том Большой советской энциклопедии в 1972 году с достоверностью, присущей паспортному столу, объединяет фамилию, имя и отчество. Таким образом фамилию Грин оттесняют в псевдоним писателя. На деле по имеющейся выписке из метрической книги Александр со дня своего рождения носил фамилию Грин, как его братья и сестра. Об этом позаботилась их мать. Названная в чрезвычайных условиях русская фамилия отца может оказаться случайной.

Так что нынешним читателям и издателям дана возможность отрешиться от произвольного обращения с фамилией писателя Грина, моего отца. Свое место в литературе он обозначил псевдонимом Эльмар.

Версия для печати