Опубликовано в журнале:
«Нева» 2003, №9

Михаил Яковлевич Виллие

7(19) апреля 1838 года в семье военного медика Якова Васильевича Виллие 2-го, как он числился в официальных документах, и Веры Ивановны после рождения трех дочерей — Христины, Елены и Анны — появился сын, которого назвали Михаилом. Неизвестно, какую карьеру готовили мальчику родители: отец — главный доктор Военно-учебных заведений, врач великого князя Михаила Павловича, и мать — дочь врача И. Ф. Рюля, лейб-медика императрицы Марии Федоровны. А если принять во внимание дядю отца — баронета Виллие, лейб-медика Александра I, управляющего придворной медицинской частью, президента Медико-хирургической академии, главного инспектора медицинской части по армии, то другой карьеры, кроме медицинской, для Михаила быть и не могло. Однако что по-настоящему влекло мальчика с раннего детства, так это карандаши, кисти и краски. Он мечтал быть художником.

Но в октябре 1850 года умирает его отец, и Вера Ивановна, оказавшись в тяжелом материальном положении, отдала сына по достижении им четырнадцатилетнего возраста в довольно престижную Школу гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров (в 1859 году переименована в Николаевское училище гвардейских юнкеров, а в 1864 году преобразована в Николаевское кавалерийское училище). Школа была учреждена в 1823 году приказом Александра I для обучения молодых дворян, которые поступали в гвардию из университетов или частных пансионов, не имея военного образования и подготовки. Помимо военных дисциплин, воспитанники изучали математику, русскую и европейскую историю, словесность, географию, судопроизводство, иностранные языки. Поначалу Школа размещалась на месте Мариинского дворца возле Синего моста, а в 1839 году была переведена в специально построенное для нее здание в расположении лейб-гвардии Измайловского полка (современный адрес: Лермонтовский проспект, 54). В 1916 году в сквере перед зданием Школы был установлен памятник выдающемуся русскому поэту М. Ю. Лермонтову (1814–1841), который учился здесь с 1832-го по 1834 год. Далекие предки поэта также были шотландцами.

Михаил Виллие усердно занимается в Школе, но не забывает о своей мечте научиться рисовать. Получив разрешение от командования, он одновременно вольнослушателем посещает Академию художеств, где учится у известного акварелиста, профессора Людвига Осиповича Премацци. Превосходно владея приемами акварельной живописи, Премацци с большой точностью и тщательностью изображал интерьеры зданий, перспективные виды городов. Свои знания он передавал способному ученику. Вместе с Премацци Виллие выезжал на этюды в Эстонию и Финляндию, где он смог наконец пожить “вольной жизнью”.

Однако занятия в Школе подходят к концу. 6 (18) июня 1857 года Михаил зачислен прапорщиком в Преображенский полк.

Еще в Школе Михаил завел себе огромных размеров альбом (75х50 см), в который заносил все, что считал интересным для памяти: фотокарточки преподавателей, родственников, самого себя, рисунки, стихи, письма к нему, визитные карточки, копию приказа Императора о назначении: “…По школе гвардейских подпрапорщиков и Кавалерийских юнкеров. В прапорщики: из унтер-офицеров: Повало-Швейковский, Лермантов, кн. Мещерский; и из подпрапорщиков: кн. Друцкой и Виллие — все пятеро в лейб-гвардии Преображенский [полк]”.

Хотя военная служба не влекла к себе юношу, он добросовестно исполнял свои обязанности в полку. Видя его нелюбовь к шагистике, а может быть, благодаря помощи мужа его сестры Елены — капитана Александра Богдановича Гельфрейха, который служил там же, вскоре прапорщика Виллие назначают так называемым “инструктором”, ответственным за образование нижних чинов, на что в полку обращалось большое внимание. В его ведении все полковые школы, и он с удовольствием выполняет новые обязанности. Он даже написал грамматику для солдат. Среди фото этого периода в его альбоме, кроме фотокарточек командира полка и офицеров, есть карточки унтер-офицеров и нижних чинов.

Но военная служба и казарменная дисциплина были невыносимы для Михаила Яковлевича, и в 1862 году он ушел в отставку “по болезни” в чине подпоручика и продолжил занятия в Академии у своего учителя, принимая деятельное участие в его трудах. Его талант был быстро замечен, и уже в следующем году Виллие было присвоено звание художника. В 1865 году Михаил Яковлевич получает разрешение на трехгодичную заграничную стажировку, но прежде всего он осуществляет свое желание увидеть землю своих предков и познакомиться с шотландскими родственниками. Как можно предположить, он схитрил и не поставил об этом в известность руководство Академии, потому что последующие его биографы совершенно не упоминают об этом эпизоде. Молодой человек отправился в контору агента Дж. Бэрча, располагавшуюся в доме 9 по 4-й линии Васильевского острова, и купил билет на пароход “Эмперор”, отправлявшийся 13 мая 1865 года из Кронштадта в Гуль через Копенгаген.

1 июня, едва ступив на английскую землю, Михаил Яковлевич делает первые зарисовки колонны Уильберфорс в Гуле, Тринити-черч, руин Мелроуз-Эбби, замка Св. Андрея, покупает фотографии видов Англии и Шотландии, путешествует по старинным городам. В его альбоме подклеены счета гостиниц с экзотическими названиями “Красный лев”, “Корона”, “Глобус”… Наверное, многим любителям старины было бы интересно узнать, сколько стоила койка в гостинице или рыба с жареным картофелем и кружка эля в таверне в 1865 году. Наряду с этим запечатлен и почти анекдотический сувенир: фото респектабельного джентльмена с женой и многочисленными детьми. Подпись под фото объясняет, что это некий д-р Э. У. Причард, который отравил свою мать и был за это повешен.

Но самое интересное — встречи с многочисленными родственниками, которые жили в маленьких шотландских городках Эдджин, Карлук, Истон. Сохранились фотографии дядей-священников: благообразных преподобных Джона и Фрэнсиса Уайли, молоденьких кузин Маргарет Энн, Мэри Кэролайн, дома, в котором жили его предки и останавливался он сам. Михаил побывал и в Эдинбурге, и в Абердине, а в Лондоне посмотрел трагедию Шекспира “Король Иоанн” и побывал в Королевской английской опере.

Можно точно указать и дату его отъезда из Англии: 3 февраля 1866 года он отплыл из Дувра в Остенде.

Начался новый период жизни Михаила Яковлевича. Он серьезно берется за изучение европейской школы живописи: в течение двух лет он занимается у бельгийского исторического живописца и акварелиста, впоследствии директора брюссельской Академии художеств Жана-Франсуа Портальса (Portaels) в Брюсселе (в апреле 1867 года Королевское бельгийское акварельное обществе избрало Виллие своим почетным членом), а затем знакомится с живописью масляными красками у профессора исторической живописи Федора Дица в Мюнхене. Кроме того, Виллие “набивал” руку, работая во Франции, Италии, Германии, Бельгии и других странах. Вернувшись в Петербург по окончании стажировки, он представил свои работы на академическую выставку и в феврале 1868 года заслуженно получил звание академика акварельной живописи. Но большого желания оставаться в России у него нет — его очень привлекают Франция и в особенности Италия с ее благодатной природой и живописными зданиями. Он обращается к президенту Академии художеств, великой княгине Марии Николаевне, с прошением о дальнейшей стажировке в Европе, присовокупив к прошению свои лучшие акварели. Польщенная таким подарком, великая княгиня изволила выразить мнение, что “он обладает замечательным талантом, который мог бы еще более развиться изучением бельгийских и английских акварелистов и пребыванием в Италии”. Вместе с разрешением Виллие получает 300 червонцев и без сожаления вновь уезжает за границу. В Петербурге его ничего не держит: мать живет в собственном доме на Невском проспекте, две старшие сестры уже давно замужем, серьезных сердечных привязанностей нет.

Несколько лет он прожил в Германии (преимущественно в Дюссельдорфе), потом десять лет работал в Париже. Неоднократно наезжал в Италию, где черпал сюжеты своих картин. В ноябре 1875 году Михаил Яковлевич вновь посетил Англию. Но если первая поездка на “историческую родину” была своего рода романтическим желанием увидеть места, где родились его предки, то теперь она не оставила в нем ностальгических чувств: бедная окраина Европы, провинциальные, пусть и радушные, родственники, слабое знание английского языка (с матерью и сестрами он переписывается на французском, немецком и итальянском языках). Через десять лет он даже не счел необходимым вновь съездить в Шотландию, ограничившись пребыванием в Лондоне.

Имя его становится хорошо известным в Европе: Михаил Яковлевич неоднократно принимает участие во Всемирных выставках (в Вене, Брюсселе и дважды в Париже), а также во Всероссийской выставке в Москве. После участия в Парижской выставке 1900 года он был награжден французским орденом Почетного легиона Кавалерского креста. В его коллекции много визитных карточек представителей знатных фамилий (включая венценосные) различных европейских стран. Он весьма редко, да и то на короткое время, приезжал на родину, склоняясь к желанию обосноваться в Париже, который очень любил. Русские художники, которых всегда бывало много в Париже, были завсегдатаями “Русского клуба” на Rue Tilsite 7. Известный русский скульптор И. Я. Гинцбург вспоминал: “Много жизни и веселья вносил в общество вечно бодрый и веселый М. Я. Виллие. Этот художник, тип бывшего военного, всегда держался по-джентльменски, со всеми одинаково — вежливо и просто. Страстный поклонник всего французского, он до тонкости знал Париж и частную жизнь французских художников. Кстати, в “Русском клубе” Михаил Яковлевич познакомился с Иваном Сергеевичем Тургеневым и Полиной Виардо, которые также там бывали. Однако случай, рассказанный им самим, заставил его изменить решение остаться навсегда во Франции: однажды в 1885 году он сидел в мастерской своего товарища Григория Ивановича Котова (впоследствии академик архитектуры, директор Центрального училища технического рисования барона Штиглица) и рассматривал папки с чертежами, набросками и фотографиями. Вдруг глаза его остановились на образцах дивной архитектуры, на тонких, как кружево, каменных орнаментах, на полных таинства и необыкновенной прелести внутренних видах старых храмов.

“Что это?” — спросил он у Котова. — “Остатки русской древней архитектуры! Это то, что еще сохранилось, но вероятно скоро исчезнет от времени и варварства наших невежественных ревнителей. Это последние фотографии, снятые Борщевским1”, — сказал Котов. Пораженный живописностью, богатством и оригинальностью народного творчества, желая сохранить хотя бы в виде акварелей остатки красоты и величия былого искусства России, Михаил Яковлевич возвращается на родину. До того времени мало знакомый с историей и архитектурой древней Руси, Виллие с жаром посвящает себя изучению русской истории, этнографии, археологии, прикладного искусства. Он предпринимает ряд поездок по старинным городам, многие из которых возникли раньше Москвы, — в Ярославль, Ростов-Великий, Кострому, Новгород, Владимир, Углич, — где трудится над изображением древнерусских и бытовых памятников: интерьеров дворцов, внутреннего убранства церквей, прикладного искусства. Он неустанно старался отыскивать характерный русский орнамент, где только мог: в домашней утвари, старинных синодиках и грамотках, в стенной живописи, в темных закоулках сельских храмов, где нередко находил на древних иконах, на одеждах угодников своеобразные узоры, которые до этого не привлекали внимания специалистов.

В 1889 году М. Я. Виллие устроил выставку наиболее интересных акварелей, которая произвела большое впечатление на столичное общество. Известный своей любовью ко всему русскому, император Александр III купил выполненные с удивительным знанием особенностей виды Ростова-Великого и высказал пожелание стать исключительным покупателем всех его дальнейших работ; затем эта традиция была продолжена Николаем II. Заслуги Михаила Яковлевича в возрождении русского национального искусства были отмечены орденами Св. Станислава 3-й ст. и Св. Владимира 4-й ст.

В 1899 году в Петербурге отмечалось столетие Военно-медицинской академии, президентом которой в течение тридцати лет (с 1808 года по 1838 год) был баронет Я. В. Виллие. Желая почтить его заслуги перед отечественной военной медициной, конференция Академии наградила Михаила Яковлевича Виллие, внучатого племянника и единственного его потомка нагрудным знаком, учрежденным в память этого юбилея.

В 1903 году по рекомендации известных художников И. Е. Репина, В. В. Матэ и Н. П. Кондакова Михаил Яковлевич был избран действительным членом Академии художеств. Кроме того, долгие годы являлся активным членом Общества русских акварелистов. Но деятельность Виллие не ограничивалась рисованием: с юных лет он был страстным библиофилом, увлекался книжным делом, библиографией и библиотековедением. Михаил Яковлевич был членом-основателем Русского общества деятелей печатного дела, где в течение шести лет состоял председателем библиографической комиссии; членом-основателем и членом совета Русского общества библиотековедения; членом совета Русского стенографического общества. В последние годы много поработал над системой научной библиографической классификации, над новым методом стенографирования и над составлением рифмованного словаря. Собрал специальную библиотеку по вопросам книговедения и стенографии. Заседания обществ, в которых он состоял, привлекали слушателей своей неординарностью; зачастую он проводил их у себя дома (после возвращения в Россию Виллие поселился в доме № 8 по набережной Мойки, где жил до своей смерти). Широко эрудированный, славившийся блестящим юмором, азартный в работе, пользовавшийся популярностью в высших светских кругах, Михаил Яковлевич в то же время был очень отзывчивым к чужой беде. При возникшей нужде товарищ-художник мог рассчитывать на бескорыстную материальную помощь Виллие.

Годы постепенно брали свое: отправившись на международный стенографический конгресс в Брюссель в июле 1910 года, Михаил Яковлевич внезапно почувствовал сильное недомогание и был вынужден обратиться к врачам. Однако даже европейские светила медицины не смогли помочь ему, и он был вынужден вернуться в Петербург. 16 ноября 1910 года его не стало.

Обширную библиотеку он завещал различным художественным и научным учреждениям. Художественные произведения, наброски, фотоснимки и подготовительный материал к картинам были переданы его душеприказчиком академиком И.С. Китнером в Академию художеств, а в библиотеку Академии поступили до сорока путевых альбомов и записные книжки художника; художественно-промышленные издания — Обществу поощрения художников; единственное в России собрание сочинений по графике вообще и стенографии в особенности — библиотеке Педагогического музея; книги по библиографии и библиотековедению, а также собранный им рукописный материал по классификации книг — Русскому обществу библиотековедения.

В феврале-марте 1912 года в трех залах Академии художеств состоялась посмертная выставка работ Михаила Яковлевича, на которой было представлено более пятисот акварелей, картин, исполненных маслом, и произведений графики, многие из которых были получены из частных собраний, а также путевые альбомы художника, наброски и этюды. В день открытия выставку посетили император Николай II, императрица Мария Федоровна и великая княжна Ольга.

При подготовке выставки душеприказчики, разбираясь в папках, оставшихся после усопшего, к своему великому удивлению обнаружили там множество законченных и начатых акварельных рисунков, которые никому не были известны при жизни художника. Выставленные на продажу на выставке, они были тут же раскуплены присутствующими за весьма солидную сумму. Мария Федоровна и Ольга также купили несколько акварелей. К великому сожалению, почти все работы Михаила Яковлевича Виллие, оставшиеся в России, находятся в запасниках музеев и до сих неизвестны широкой публике.

ПРИЛОЖЕНИЯ

Выписка

7 марта 1874 года Государыня Императрица Мария Александровна изволила г-ну Виллие за акварель виллы на берегу Комского озера, где Государь Император Николай I находился осенью 1838 года, пожаловать золотой перстень, украшенный изумрудом и бриллиантами.

Выписка

СВЕДЕНИЯ

о лицах, предложенных в 1903 году в действительные члены ИМПЕРАТОРСКОЙ Академии художеств и к удостоению почетного звания академика

 

III. Михаил Яковлевич Виллие, академик акварельной живописи

Предложен Н. П. Кондаковым, В. В. Матэ и И. Е. Репиным к избранию в действительные члены Императорской Академии Художеств.

М.Я. Виллие, бывший офицер л.-гв. Преображенского полка, родился в 1838 году, в 1863 году получил звание художника, а в 1869 году, по возвращении из заграницы, представил работы на академическую выставку и получил звание академика акварельной живописи. В 1886 г. Всемилостивейше пожалован орденом Св. Станислава 3-й ст., а в 1901 году орденом Св. Владимира 4-й ст.

С 1886 г. посвятил себя изучению и воспроизведению древнерусских и бытовых памятников. Первые образцы этого рода произведений были на академической выставке 1889 г. Коллекция работ М.Я. Виллие составляет собственность Его Величества Государя Императора.

Копия

30 октября 1903 года

Милостивый Государь Михаил Яковлевич,

Собрание Императорской Академии художеств 27 октября сего года избрало Вас, Милостивый Государь, в число действительных членов названной Академии. Постановление это, на основании ╖ 17 действующего устава Академии, будет представлено на ВЫСОЧАЙШЕЕ ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА утверждение. Уведомляя об изложенном, имею честь препроводить при сем ВЫСОЧАЙШЕ утвержденный 15 октября 1893 г. устав Академии и журналы ее за 1901-1902 гг. Примите уверения в совершенном почтении и преданности.

Граф И. ТОЛСТОЙ

Копия

15 июня 1899 года

Конференция Императорской Военно-медицинской Академии, желая почтить заслуги бывшего Президента Академии Баронета Виллие, ходатайствует о присвоении права ношения нагрудного знака, установленного в память столетнего юбилея Академии, единственному его потомку — Академику Императорской Академии художеств — Статскому Советнику Виллие. 14 сего июня на присвоение означенного права последовало Высочайшее соизволение.

Сообщая о таковом Высочайшем соизволении, имею честь покорнейше просить Императорскую Академию художеств об объявлении о сем Статскому Советнику Виллие и о внесении в послужной его список.

Начальник Академии Академик ПАШУТИН

МУЖЬЯ СЕСТЕР МИХАИЛА ЯКОВЛЕВИЧА ВИЛЛИЕ:

Александр Богданович фон Гельфрейх. Муж Елены. Родился не ранее 1825 г. В 1856 г. капитан л.-гв. Преображенского полка. В 1869 г. — генерал-майор, командир л.-гв. Стрелкового Его Величества батальона. В 1879-1890 гг. — генерал-лейтенант л.-гв. Измайловского полка. Далее никаких данных нет.

История семьи Г.:

Эстляндский дворянский род, происходит из Австрии. Мельхиор Г. переселился в XVI в. в Прибалтийский край. Сын его Бернгард (ум. 1635) был кабинет-секретарем шведского короля Густава-Адольфа. Трое Г. были убиты во время Отечественной войны 1812 г. Род Г. внесен в дворянский матрикул Эстляндской и Лифляндской губерний и в VI часть родословной книги Новгородской губернии.

Отец — Богдан Борисович Г. (1773–24.11.1843) — генерал-лейтенант, герой Отечественной войны. Под Аустерлицем командовал батальоном, подполковник, контужен; в 1806-11гг. воевал с турками. В 1812 г. назначен Витгенштейном нач. авангарда вместо убитого Кульнева. В 1813 г. — Люцен, Бауцен, Кульм, Лейпциг, Бар-Сюр-Об, Фершампенуаз, получил тяжелейшую контузию в голову. В 1823 г. — вышел в отставку, женился в Ревеле на Шарлотте фон Штернгельм, имел 6 сыновей и 3 дочерей.

барон Александр Александрович фон Гревениц. Муж Христины. (8.06.1837–10.12.1901), действительный статский советник. Директор Общества электрического освещения, директор пивоваренного об-ва “Бавария”, зав. делопроизводством СПб дома милосердия. Дочь — Александра (прибл. 1866 г. р.) Жена принимает участие в работе 1-го Дамского художественного кружка; дочь занимается женской благотворительностью. После смерти отца выходит замуж за барона Бориса Николаевича фон Гревеница (в 1917 г. с. с. делопроизв. канц. Гос Думы). На 1917 г. есть барон Георгий Александрович Г. (сын?) д. сх. в должности шталмейстера, жена — Мария Карловна.

История семьи Г.:

Баронский род. Родоначальник его Генрих фон Г. владел поместьями в Мекленбурге еще в 1480 г. Один из его потомков Фридрих-Лудвиг-Вильгельм Г. (1760–4.06.1817), служил флигель-адъютантом и камергером в Вюртемберге, выехал на службу в Россию в 1797 г., в чине действительного статского советника был директором г. Павловска. Его сыновья Федор (м.б. Фридрих, 1802–1859, д. с. с.) и Александр (1806–1884, сенатор), в 1847 г. возведены в баронское достоинство вел. герц. Мекленбург-Шверинским. Павел Г. (1798–1847) — лицейский товарищ А. С. Пушкина, который посвятил ему стихотворение “Mon portrait” (1814). Служил в Коллегии иностранных дел (также вместе с Пушкиным), впоследствии — действительный статский советник.

 

1  И. Ф. Борщевский — известный археолог, знаток древнерусского искусства



© 1996 - 2017 Журнальный зал в РЖ, "Русский журнал" | Адрес для писем: zhz@russ.ru
По всем вопросам обращаться к Сергею Костырко | О проекте