Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Крещатик 2008, 3

В гостях у “Крещатика” поэты Санкт-Петербурга


Тамара БУКОВСКАЯ
/ Санкт-Петербург /

* * *

тяжестью
на душу
ляжет
лягва
арктической
ночи
и
понимаешь
короче
путь твой
от ночи
до ночи
вот она
вольная
воля
хаоса
и
покоя
темен язык
густое
звукоподобье
стонет

* * *

замещенье
пространства
нестойким
субстратом
янъинь
инъязыкая
сумма
случайных
смещений
потоков
тектонических
масс
человеческих
воль
или тел
бессловесная
мука
существ
зарождением
звука
умасбродная
родина
родами
маялась зря
зрячий
высмотрел
тело белее
чем агнец
беееблеет
и библейская
метка
крест-накрест
ложится на снег
между белым
и черным
и немо
простор кочернеет

* * *

в долгом времени
жизни
успеть не успеешь
успеть
безутешен январь
неуспешен февраль
ябрь взбешен
обревешься
над вымыслом
где над аптекой
фонарь
не качайся в седле
не красуйся дурак
будешь спешен
спешно шило
на швачку
а швачку
на жвачку меняй
монструального
цикла
истории
стынь летописцем
иже ижица с нами
и юсы и еры и ять
а фиту так и быть
отдадим не за грош
на мониста
комом в горле
горниста
кармен
мериме-буриме
буря с натиском
тисканье девок
в прихожей
мировое братанье
чумное дыханье
ямбарь
разменяй
свою душу
на месяцы
годы и числа

* * *

в натуральной
величине жизни
не твоей и моей
а вообще
жиииииииизни
проживающей
и изживающей
самоё себя
через нас
точнее нами
мы неизмеримо
малые величины
вроде клетки
в сущности
мы и есть
клетки времени
но оно
текучестью своей
отрицает историю
и
изживая нас
уничтожает
свидетелей

* * *

когда человек
говорит
не по писаному
а сам от себя
не выблёвывая
на собеседника
обрывки
киношных
диалогов
книжных
острот
затверженных
стихов
затертых
песен
в бреду
при смерти
или
когда
от малости лет
не веря в твою
неразумность
вразумляет
адибуга
кувайка кувайка
адибуга…

* * *

не можется
неймётся
не живётся
как надобно
как люди
как живут
как мнутся
маются
как маются
и мнутся
как гнутся
мнутся
угасают
лгут
как лаются
как каются
как льются
живой слезой
на холмик
камень грудь

* * *

можешь
себя
величать
хоть Сенекой
синтаксис сдаст
с потрохами
в прореху
вы
ва
лится
барахло
старых цитат
лоскуты и обрезки
умные мысли
в дешёвой нарезке
speritus Sanctus
бухло
чёрт догадал
догадаться
до сути
только
пробел
меж
словами
без
мути
только
тире
запятые
да точки
смысла
полны
и остры
как
заточки

* * *

холодно
зыбко
от холода
зябко
тело
не греют
дешевые
тряпки
парти
кулярный
наркоз
попусту
только
растр
ав
ливать
душу
музыку
сфер
на
исакие
слушать
ангелы
дуют
всерьез
перед
последним
прыжком
с колокольни
если им
вправду
бесплотным
не больно
что же так
лица бледны
складки
трепещут
в желтой
подсветке
снизу
глядят
оголенные
ветки
комья
бесснежной
зимы
снег
не согреет
ни тело
ни душу
вот и не
валит
ни слабо
ни гуще
вот и не
кутает
в вату
не тушит
черное
пламя
земли
замерли
ангелы
страшно
им то-то ж
сказано
Авелю
Каин
не сторож
где уж
за всем
углядеть
Господи
ты хоть
взгляни
исподлобья
просветом
прочерком
вспышкой
подобьем
зарева
страшно
же ведь

* * *

лучше писать
о кино
изображая жертву
исследуя
вход и выход
путая
вдох и выдох
или
о моде на всё
лучше
всё о моде
принимая
при ясной погоде
божий умысел
за божий заказ
на самый большой
фешен показ
а его
отражение
в прессе
библии
книге песен
в рукописях
из кумрана
фаблио
шванке
образцах
плутовского
романа
проще чем
дважды два
но на маршруте
сегодня-вчера
из гламура
превращается всё
в винтаж
кино и
литература
политика
рейтинг продаж
убеждает
в незыблемом
публика дура

* * *

не ходи туда
где счастлив
был
когда-нибудь
потом
посчитаешь
снова сложишь
эти части
темной ночью
под мостом
под его
гнилым
настилом
будет
всхлипывать вода
а тебе туда
не надо

надо надо

никогда
никакой
другой изнанки
не случится
у судьбы
йод зеленка
с бромом склянка
донести было не было
кабы
и не разбить
разобьется
разольётся
зелень ржавчина
и сон
мойка плещется
смеётся водит тот
кто остаётся
сад бормочет кто в кого
зачем влюблён

в унисон

несчастлив и
сиднем сиди
огород городи
куда хочешь иди

Версия для печати