Из цикла
“Прощай, Парезия”


* * *

Держась за время, рук не разжимая,
Как Паркинсон, перемежая шаг,
То выйдешь в март, а то — в начало мая,
Через декабрь
Стремглав черкнув зигзаг.

Существенное — воплощенье света,
Сиюминутное — зияющий пробел,
Присутствия нечеткая примета,
Что был и смел.


* * *

День свернулся, как молоко,
И снимает пенки июнь.
Облака улетят далеко —
Только дунь.

Ты свернулась в комочек, клубок.
Так лежала все девять, когда
Намечали торжественный срок
Неизмеренные года.

И летишь, и паришь, только дым,
Только пар, мимолетный эфир.
Хорошо улетать молодым,
За окраинный мир.


* * *

бабочка
крылышко в звездной пыли
нимб головой над
хрупкое кружево не опали
перелетая в ад

ангел
что должен меня спасти
нежный боец эмчеэс
недолговечный хитин в горсти
недостижимых небес

неизмеримый хитин любви
грустной надежды хруст
вымоли вызволи позови
слетом к устам уст


* * *

Полеты наяву над черточкой ущербной,
Размежевавшей дат начало и конец,
Но Воскресенье — бред, весна не будет вербной,
Шутил Творец.

Полеты наяву, над пропастью и бездной,
Над куполом седым, под сводом сизарей,
Ах, черточка тонка, исчезни, бесполезна,
Прервись скорей.

Полет вообразив, сорвался взмахом робким,
Обратно в пустоту, пробел — черта — пробел,
Но свил свое гнездо в пустующей коробке,
Летать посмел.


Из цикла
“Посвящения А.”


IV

А.К.
Страсть улицы выкидывать коленца,
Петлять и узиться в твердеющую мглу,
Где глух предсмертный вздох, а крик младенца
Вонзает в сердце острую иглу,
Где гитарист вычесывает звуки,
Скребет до крови, ржавчиной пылит,
И хочется дыхание и руки
Сломать о ночи черный монолит…

VIII

А.П.
Слетает птицекрыл с квитанцией от бога
На божий свет взаймы, золоторунный век,
Младенец мирно спит. Четвертая эклога:
Жди, человек.

Вся в золоте листвы приходит осень сниться,
Не разгадать ее пророчеств никогда,
Патруль границ и меж, над головою птица,
С небес — вода.

Этрусских дисциплин почтенный мантуанец,
Где царствие твое, пророчества руда?
Крошит в песок базальт и слущивает сланец,
Вода —

Фарсалия времен, и камни межевые
Обманутых богов несет поток с горы
В Перузию руин, и мы с тобой живые
Лишь до поры…