Ночь

Ночь безводна, тиха, на трухлявой подстилке луна 
умирает, и "С" (т.е. "Смерть") задыхается в дыме.
Как на сцене артист, "матюгальник" бубнит имена 
остановок. В подтексте - словесная заумь в пустыне. 
Воздух неосязаем, но чёрен и явственно кисл.
В нём вчерне обустроен грядущего "завтра" мицеллий.
В предпоследнем трамвае везу предпоследнюю мысль 
непосредственно в сторону ей предназначенной цели. 
Ночь тиха и легка, а живёт ожиданьем беды.
И, оттенки меняя, творит привиденья со вкусом.
Но совку из Совка в предвкушении новой метлы
их скучны имена и не рад он, что призрачен мусор.
Не обучен хотеть, я впадаю в родной негатив
(как в родной коллектив) и твержу в отрицаловке мудрой 
сам с собой тет-а-тет и уже на знакомый мотив:
- Ночь легка и летит. И она не чернее, чем утро.

Речка Сходня

Извивы стиха непредсказуемей тика.
Там буква мелькнёт, там - слог, а вот это - что там?..
Петлисты: река и уши преступного типа.
Он пентиум, типа, заносит над нашим счётом,
не гамбургским, правда...

А по реке - барашки,
вроде, агнцы, а в перспективе - жаркое...
Электропоезд мчит через мост к "Трикотажке".
Солнце сменяет дождь... Непостоянство какое!
Сходня бурлит, завивает круги и петли.
Тут был когда-то лес и, должно быть, леший.
За наяд не скажу, не знаю, были ли, нет ли...
(А у меня, может, были - вихры, враждебные плеши?..) 

Я уж не с кровью рифмую любовь, 
а всего лишь с болью.
Прячется кобальт неба в столовой гжели...
То, что когда-то звонко звалось любовью,
тихо влетает в синее, без движений...

Чаю ли выпить? Выплыть ли - на дорогу...
Вторит изгиб изгибу, как сказка - факту.
Ночь в стихах рефлектирует понемногу.
Звезда звезде посылает месседж по факсу...

Синее станет серым. Слетают листья...
Осень. Штампы аллюзий впишите сами.
Я уползаю в тёплое закулисье.
В собственную тарелку. В родные сани.

* * *
Чахнет душа в усыпальнице смысла. 
Сохнут мозги на верёвочке лет. 
Что было сладко - становится кисло. 
Что было кисло - сходит на нет. 
Всё тривиальнее тропы метафор: 
в Рим не ведут, а скорее во тьму. 
Как там говаривал визирь - "Мутaбор"?
Незачем. Я не подельник ему. 
Нет! Измененье изменой чревато... 
Как мезозойский паук в янтаре
или калиф, позабывший цитату, 
я навсегда остаюсь в январе. 
Что-то бубню, натянув рукавицы. 
Кашель - простуда, не старческий хлип. 
Я ещё рыцарь. Я ещё витязь. 
Я ого-го ещё, знаете ли!