СЦЕНА ПЕРВАЯ

Солнце и луна одновременно светят на небе. Из-за этого сцена разделена на две части. На одной половине — ночь, на другой — день. Действие разыгрывается на первой половине.

ЮНОНА: Знаешь, Луиза (говорит в пустоту зала), вчера я видела Грету Гарбо. (Молчание.) Да, да. Но почему ты мне не веришь? (Молчание.) Луиза, меньше скептицизма, и люди потянутся к тебе. Где? Ты еще спрашиваешь… Конечно же в зеркале. Я проходила мимо… Ну, поверь мне только один раз, сегодня. (Спускается в зал, выбирает зрительницу, встает перед ней.) Луиза, где ты была вчера? Я приходила. Стучала в дверь. Сначала пальцем (стучит пальцем о кресло). Видишь, я его сломала. Пошла к врачу, мне наложили гипс. Врач, кстати, сексуально озабоченный. Почему кстати? Палец — фаллический знак. Я поняла, почему все врачи сексопаты. Они постоянно перебинтовывают пальцы, руки, головы. Странно? Что? Голова? А… Это часть фаллического знака. Какая? Задняя. Что такое фаллический знак? (Берет зрительницу за руку и ведет на сцену.) Пойдем, я объясню тебе (на сцене, встав перед зрительницей, прикладывает палец к своей голове) вот так. Что это тебе напоминает? (Молчание.) Яблоко? А палец что тогда? (Молчание.) Черенок? (Вздыхает.) Похоже, Фрейд был дурачок, не мог яблоко от мужских половых органов отличить. (Берет Луизу за руку.) Садись, Луиза (зрительница стоит). Тебе так удобно? (Молчание.) Я знаю, ты любишь сидеть на стульях. А Грета Гарбо любила ставни. Она закрывала ими окна на ночь, чтобы никто не подсматривал за ней. Она умерла безвестной, но имя ее стало знаменитым. Оно живо, и я могу его носить. (Молчание.) Ты можешь раздеться. Платье повесь на стул. Я расскажу тебе историю с зеркалом. Грета пришла и отразилась в нем. А я увидела ее отражение и приняла его за свое. Я никогда раньше не видела свой облик. Жаль, конечно, что я такая ограниченная. Но что делать школьное образование еще никому не дало ума.

………….

ЮНОНА: Луиза, побежали купаться. (Прыгают и резвятся, как на море.)

СЦЕНА ВТОРАЯ

ЛУИЗА: Юнона! (Кричит.) Я думала, что ты утонула. Твое тело уже ищут водолазы. Вот им не повезет.

………….

ЛУИЗА: Юнона, не шевелись. Я расчешу твои волосы. О нет. Ветер развевает их.

………….

ЛУИЗА: Знаешь, Юнона, не каждый может позволить себе быть другим. Разве что сумасшедший. Ты смелая.

………….

ЛУИЗА: Юнона, я бы хотела тебя попросить. Не говори, что ты Гарбо в присутствии врачей. Они посадят тебя в психушку, и будут топить, топить. Пока ты не забудешь, что ты Грета и станешь никем. Индивидуальным нулем. Но ведь это никому не интересно. Скажи мне, кто-нибудь знает твое имя? Нет.

………….

ЛУИЗА: Я тоже бываю в больнице. Один врач ощупывал меня три часа. Что он искал? А потом побежал в туалет и два часа мастурбировал. А дедушка в это время описался, так как не мог попасть в это заведение.

………….

ЛУИЗА: Почему мы так не любим врачей. Потому что они напоминают нам о наших болезнях.

………….

ЛУИЗА: Я терпела, когда этот врач трогал меня.

………….

ЛУИЗА: Девочки покорны, даже когда идут на эшафот.

………….

ЛУИЗА: Помнишь шотландскую королеву. Как гордо она подставляла свою голову под топор. Произвела впечатление на все существующее и несуществующее человечество. Я мечтала, чтобы мне тоже отрубили голову.

ЛУИЗА: За что? Не знаю. Мама ставила меня в угол, а я думала: зачем так унижать девочку? Лучше ее отвести на гильотину. (Начинается дождь.) Какая была тихая ночь, пока не застучали по телу эти капли. Пойду домой.

СЦЕНА ТРЕТЬЯ

Луиза — на половине ночи, Юнона — на половине дня.

ЮНОНА: Луиза, ночь закончилась. Вставай, одевайся. Зубная щетка в кармане халата. Ты будешь пить сок? Ну и не пей.

ЛУИЗА: Гарбо, что ты видела во сне?

ЮНОНА: День.

ЛУИЗА: И что он делал?

ЮНОНА: Уходил.

ЛУИЗА: Так ты видела вчерашний день или сегодняшний?

ЮНОНА: А как их отличить друг от друга?

ЛУИЗА: Вчерашний день самый грустный, потому что дальше всех от нас, а самый веселый — завтрашний, потому что никогда не приходит к нам.

ЮНОНА: Смотри, какая дама в черных очках.

ЛУИЗА: Такая же красивая, как завтрашний день

ЮНОНА (испуганно): Это кто? Мне кажется, я где-то ее видела. (Еще больше испугавшись.) Это же мое отражение в зеркале.

ЛУИЗА: Она говорит, что Грета Гарбо.

ЮНОНА: Да?

ЛУИЗА: Она говорит, что хочет, чтобы ты была Гретой.

ЮНОНА: Да?

ЛУИЗА: Да, а я — Гарбо.

ЮНОНА: Теперь мы вдвоем будем носить ее имя (снимает платье). Раздевайся.

ЛУИЗА (раздеваясь): Но я не хочу, куда я дену свое.

ЮНОНА: Зачем оно тебе, оно никому не известно.

ЛУИЗА: Ну, и что, оно мое.

ЮНОНА: Не ной. Когда-нибудь ты устанешь от него. Но оно уже впитается в тебя, как сок.

ЛУИЗА: Пусть, пусть, пусть (пытается надеть платье, Юнона стаскивает его с нее, берет Луизу за руку).

ЮНОНА: Грета, мы теперь — ты, мы всегда будем, как ты.

Звучит веселая музыка. Грета и Гарбо прыгают на сцене, как козочки. В глубине зала просыпается зрительница.

Реплика зрительницы: “Как же долго я спала!”

Козочки рукоплещут и кричат “Браво!”

Звучит голос: “Граждане! Вы только что посмотрели сон нашей зрительницы”.

Зрительница поднимается и кланяется.

Занавес падает