Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Интерпоэзия 2013, 4

Из последних стихов

Пограничная линия

Регина Дериева
(1949–2013)

 

Пограничная линия

                                   На смерть Дэниела

Хоть бы шепнул мне что-нибудь из-за
плаща дождя, затертого на сгибах,
и осени, что смотрит не в глаза,
а в сторону зимы голодной,

либо куда-нибудь вперед, за ту черту,
где находиться не имеешь права.
Куда ушел, оставив на посту,
свою обособленность среди правых,

свою незащищенность... И приход
косноязычной боли от утраты
светил на небесах меняет ход
и обрекает синтаксис на даты.

                                             25.11.2013

 

 

*   *   *

Черной памятью
упало с неба перо,
и земля раскололась.

 

 

*   *   *

Всплыл русалочий смех в пузырьках лимонада,
танцплощадка, как желтая роза, в пыли.
Если взгляд отвести – волнореза преграда,
а потом только долгие волны вдали.

Я читать научилась с их нотного стана,
мне вторая октава была образцом
для письма и для пенья, возникших так рано
между небом с землей и началом с концом.

Между светом и тьмой, между рыбой и птицей,
между словом случайным и нотой любой.
Высоты с глубиной я хотела... чтоб длиться,
оставаясь меж Сциллой с Харибдой собой.

Смолк русалочий смех в пузырьках лимонада,
поменяли свои имена корабли.
Ничего не осталось – ни дома, ни сада,
только строчки, что сами себя сберегли.

 

 

*   *   *

Из прорех лезет вата у тополя –
из халата, что лето подштопает.
Только голос попробовал вырасти
над листвы его клейкою милостью.

До спокойной целеустремленности,
уходящей корнями в бездонность, и
там обрел свою родину с почвою,
взгляд куда отправляется почтою,

слух куда направляется... Выласкан
тополь воздухом яви и вымысла.
Раздавая рулады, как пряники,
голос тоже стремится в избранники

небосвода и тянется деревом
на поля, что засеяны клевером
кучевых облаков, и заранее
утверждают маршрут мироздания

и плывут... А за ними всей кроною
собираются речью зеленою
время, действо, пространство и прочее,
чтобы вечность представить воочию.

 

 

ЯНВАРСКИЕ ПРОСКРИПЦИИ

Электрический провод зимы перебит,
словно нос у боксера.
Он искрит возле самой земли,
подбирающей мелочь повторов.

Этот край предсказуем. В ночи
шаг скрипит осью шара земного.
Из-за снежного строя причин
виден месяц, прибитый подковой.

Где-то там – высоко, далеко
он сияет над дверью небесной,
чтобы путник, морозом влеком,
шел к нему, пробиваясь сквозь местных,

продираясь сквозь местность тропой,
уводящей в иные пределы.
Чтобы время, все тот же конвой,
никого никогда не задело.