* * *   
Осень –
эра гипертонических кризов.
Время стреляться, считать цыплят, выходить на Бога,
делать последний нелегкий выбор из-за
того, что любви никогда не бывает много.
 
Время
наступает тебе на пятки,
заставляет послушно идти туда, где ни разу не был.
Но и в случае, если – на обе – давно положили тебя лопатки,
просто открой глаза –
ты увидишь небо.
 
Это –
очень интимная вещь,
вроде семейного фотоальбома,
в иерархии детских снов – заменитель земного ада.
Розовые слоны порхают и говорят: «Ты дома».
Если это и шутка, ты где-то рядом.
 
Ливни,
тождественные алгоритму страсти,
столь безутешной, что думаешь о высоком,
каждой струей своею напоминают трассы,
соединяющие человека с Богом.
 
Отче!
Храм твой неслыханный пуст и светел,
мало людей в нем, однако значительно меньше – истин.
Тот, кто искал Тебя, тот никого не встретил,
тот, кто узнал Тебя – к лику святых причислен.
 
Буде
и мне дарована эта милость,
жизнь запродам за недолгую нашу встречу:
очи потупив, проследовать молча мимо,
не возражая,  не жалуясь, не переча.
 
Сердце
нянчит в железных ладонях холод.
Эхо заходится птичьего крика выше.
На сорока холмах я построил город,
но никого в этом городе я не вижу.
 
Значит,
поздно уже начинать сначала,
биться, как рыба об лед, вместо песен учить молитвы,
бисер метать, влюбляться, сучить мочало,
лоб расшибать о двери:
все двери
давно
открыты.

 

Игорь Паньков, дипломант поэтического конкурса Международного общества пушкинистов, участник II Московского международного фестиваля поэзии. Живет в Кисловодске.