Элегия воды

Все радуги выпили воду - и рыбы летают в воздухе
большая яма мирового океана – черная дыра – прах замысла
что ускользнул рыбой с рук – и возвратился пятью хлебами –
возвратился печальным взглядом выбеленого как парус света

Рыбаки приходят к лодкам  перевернутым словно черепахи
гул прошлого, - штукатурка воды –
сырой запах и веснушки соли – безобразные медузы –
распластаными пятнами покрыли линию берега

Скрыпят лодки – ветер сушит им ребра –
а зеленые сети качают тенями вместо деревьев

Диптих о поэзии

             1
спрашивают
- зачем поэзия –
как будто я сторож ихнего ветра
или пастух ихней воды

приносят сухие стебли
равнодушия
обгораживают ими свои ветхие
лодки
и общаются как глухонемые

зачем поэзия
разве я могу пересказать тайну
которая и мне иногда открывается
светлыми полосками золотой воды

для чего дерево
для чего птица
для чего зодотая скорлупа слова
разбросанная как детские игрушки

спрашивают
молчу
молчат
оставляю этот вопрос
написанный палочкой тополя
на песке
возможно вода не смоет его

но белоголовая волна
забирает его в изачальную
бездну моря

         2

несколько вопросов остаются без ответа
- белая бумана – может легче писать на песке –
на камне – в воздухе. Быть поэтом
книги воздуха  книги песка
поэтом книги холма. Легче быть
белыми одеждами – зачеркнутой буквой –
важно быть  зерном песка –
зрачком рыбы – памятью  растения –
тягучей кровью кактуса

важно идти путешественником с посохом
лететь бабочкой света – ежом тьмы –
амфитеатром морского дна –глухим звуком
важно идти домой – войти в дом – иметь дом
привыкнуть к предметам к запахам к себе –
каких ищешь ответов какие знаешь какими
мечами  рассекут – на какой войне –
чьим солдатом  какой армии –в какое время
или поэтом – но важно идти и важно видеть

ты начинаешь смотреть внутренним взглядом
писать  - о замедленном  мышлении –видимом ощущении
всадников в белых одеждах – книги эллинские
римские воздушные – шаткую лестницу веры
светлую линию пути – мигающие краски
земных лугов и полян- земные плоды – зверей
разве некому приложить к уху ракушку – и слушать
звихренные потоки морских ветров – и твою
одинокую песню

Осень рядом с океаном

начинается  числом первой улицы – запахом жаренной рыбы
в Чайна-таун – белым иероглифом на красном полотне
похожим на язык дракона – монахами что служат
в первом  попавшимся помещении переделанном
под буддийский храм –

: колючими взглядами октавио паса и хуана рульфо –
гибкими лозами местных красавиц - раскрытыми моллюсками
ихних тонких и покусаных губ –едким мужским потом
мускулистыми словами – запахом пива и примерзлой мочи

приходит с океана и возвращается  туда пеплом и дождем
и никто не знает когда ей придет в голову бросить эту землю
вместе с деревьями и кустами – и стянуть с нее одеяло –
и оставить съежившеюся до утра – как малого ребенка -
                                                                                              

В пивном баре “Gosser”

После третьей кружки пива
в кругах сигаретного дыма
с длинноволосым скульптором
говорим о тени золотой женщины

Река разговора пенится и переползает
берег круглой кружки
проливаясь золотыми каплями
на землю стола

Память приносит голоса
худые торсы как сад весной
где пахнет влажными сумерками
слипшийся кровью сосны
и родиной каждего мужчины –
телом желанной женщины

та женщина стоит в окошке
которое болтается в пене пива
горькая
Афродита пивнушек

неужели все возвращается

: теплой формой слова

: горьким пивом

: грубыми линиями искаженного тела

***
стоя в яме света  - видеть пыль Рима
в зеркале воды ловить взгляд как рыбу

быть печальным пьяницей – ходить земными лугами
змеей слушать движения – мыслить движеньями

асторономическую теорию розложить как спички
читать поэтов Китая – вынимать из–за пазухи камень

видеть все как ястреб: смену весны и лета
писать языком знаков прозрачным как дети

быть растеньем - городом – жить в келии мака
окна этого жилища изучать как карту

и удивляться со всего – и иметь пять хлебов
для тех кто голоден – ломать как баранку нимб

скучать – при свете писать повесть в стихах
время от времени смотреть на реку  и в глаза пса

***

император Китая кормит кур
или пыль вытирает с фарфоровых подносов
вчера стих написался  (это страсть, старое)
как бамбуковый свет пройдет, как непогода

вражеские полки на границе – и двор
помалу добро собирает – ото всюду
посланцы летучими мышами летят – сплетни
хуже укусов змеиных и ныне и здесь

опасность – а он разрисовывает шелк
дворовые ходят по дворцу – и воск
на лице, как мечем  - освещает рубец
иероглиф прошлых походов – а цветенье

в императорском саде –потушеных свеч
и телячьей кожи – он книжник и мышь
власть пахнет книгами и мудрой сове
стихи тоже кто-то, как песок нашептывает сверху

что ж покинуть все или как воин мечем
сечь паутину – но ведь стихи и куры…
император ложиться на кровать – авось
в его спальню не войдут или он их выгонет

***

Рог буйвола окаменеет как бинт,
зима белеет, с сумкой рыбин
будто сложный язык изучив – рабин –

тянется дым – и путешественник с ослом
в неизвестный город входит – и число
увеличилось разговоров за столом

как холмов за городом, что вокруг
его обсели как наседку – муж
блудницы –пьяница и тянет как уж

из-за каменного холма навстречу
скачет вражеское войско – темная ночь –
суета , хаос -  словом - резня

времена – неспокойные, везде розбрат, страх
и семисвечник на семи ветрах
и толпы бродят по семи холмах

ослица спечалью смотрит на восток
и стойло в скале – и овес сухой
и все просто – ламая хлеб

тот язык , как растенье, как лист
печатная краска высохла – никто
этих старых книг не листает томы

никто не пишет: завязал сандалии
простому человеку - вода
на нитке света – золотая флейта

и вновь кочевник с малым ягненком
петляет в горах – холмами оливков
как садом светит – это Иерусалим.

Василь Махно, один из ярких украинских поэтов молодого
поколения, родом с Западной Украины. Стихи переведены на несколько европейских языков. Переложения с украинского автора с редакцией А.Грицмана.