Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Иностранная литература 2008, 7

Белый король

Главы из романа. Послесловие Ю. Гусева

Дёрдь Драгоман[1]

От переводчика

 

Вы прочитали пять глав (хотя они скорее выглядят как самостоятельные рассказы) из романа «Белый король», который вышел в 2005 г. и сразу произвел, несмотря на молодость автора, фурор. Книга была удостоена трех венгерских премий: им. Дери, им. Броди, им. Мараи. Ее успели заметить в мире: нью-йоркский журнал “ParisReview” опубликовал главу из нее («Прыжок», которая есть и в нашей подборке), американское издательство “HoughtonMifflin” готовит издание романа на английском языке, права на книгу купили многие европейские издательства. В 2008 году роман выходит на немецком языке в издательстве «Зуркамп».

Дёрдь Драгоман - из трансильванских венгров (родился он в 1973 г., в 1988 г. перебрался в Венгрию), и в его прозе живут многие традиции трансильванской венгерской литературы: свежая, яркая, подчас почти сказовая образность, эмоциональная выразительность языка, склонность к мифизации даже в изображении самой что ни на есть заземленной реальности. В романе «Белый король» все это дополняется не вполне обычной точкой зрения: герой-рассказчик здесь - двенадцатилетний мальчик, в мировосприятии которого сочетается детский взгляд на вещи и вполне взрослое отношение к жизни. Взрослость эта вынужденная, ведь действие происходит в жестокой тоталитарной действительности Румынии 80-х. Мальчик живет вдвоем с матерью: отец за какую-то провинность арестован и отправлен в трудовые лагеря; жив он или нет, неизвестно. Даже в играх со сверстниками герой должен вполне серьезно бороться за доброе имя отца, за свое место в жизни, а порой и за самоё жизнь. Атмосфера в романе местами напоминает атмосферу «Повелителя мух» Голдинга - с той разницей, что здесь все пронизано восточноевропейскими реалиями и восточноевропейской ментальностью.

В конце книги, в главе, которая в нашу подборку не вошла, отец мальчика ненадолго появляется: на арестантской машине его привозят на похороны его собственного отца, бывшего партийного деятеля. Мальчик не зря, вопреки всему, верил, что отец жив. Но того увозят снова - назад, на стройку Дунайского канала, стройку, которая в маленькой Румынии выполняла примерно такую же функцию, как у нас лесоповал в Сибири. Со стройки этой мало кто возвращался живым; сегодняшний читатель, зная недавнюю историю, может лишь предполагать, что отцу мальчика повезет: он дождется краха режима Чаушеску и вернется к семье, к нормальной жизни…

 

 



[1] ї Dragoman György, 2005

ї Ю. Гусев. Перевод и послесловие, 2008

Версия для печати