Брюс Чатвин[1]
«Утц» -
счастливая книга. Во всех отношениях. Во-первых, она получилась - состоялась
как роман. Целиком: от «смешного» названия - до неожиданной «открытой»
концовки. Во-вторых, внутри этой книги приятно-уютно находиться. В-третьих, это
многоуровневое сочинение, причем некоторые из уровней возникли, подозреваю,
помимо авторской воли. При всем многознании, таланте и писательской
изощренности Брюса Чатвина конечный результат, как мне кажется, волшебнее
замысла, и за время, прошедшее с момента написания, многоплановость книги стала
только заметнее. Именно благодаря «неучтенным», иным смыслам книга живет и сегодня, на фоне совсем других
исторических декораций.
Несмотря на
изрядное количество «искусствоведческого» материала книга на первый взгляд
кажется простой, может быть, даже слишком простой и понятной: очередная история
о нелегкой судьбе аристократического (к тому же с примесью еврейской крови)
чудака-коллекционера, с грехом пополам выживающего при тоталитарных режимах. Не
стоит обманываться. Очень скоро на вас (по крайней мере, так случилось со мной)
- как из глубины зеркального стеллажа с Утцевой коллекцией мейсенского фарфора
- начнут наплывать гораздо более загадочные и, если уж на то пошло, гораздо
более захватывающие сюжеты. Прежде всего это, конечно, сюжет, связанный с самой
Прагой и ее совершенно особым местом в Европе, с ее каббалистическим прошлым и
интригующим настоящим. В том числе и с тем, которое Чатвин уже не увидел, - постсоветским,
новым-старым настоящим, о котором, читая «Утца» сегодня, мы не можем не
помнить. Затем, разумеется, тема големов. Не как одна из заявленных линий
романа, а именно как тайная, возможно и для самого автора, музыка книги.
Уверен, что
читатель по достоинству оценит «английский» юмор автора, его эрудицию и
наблюдательность.
Для меня
большая честь и большая радость впервые представить Брюса Чатвина российской
читающей публике.