ВЕЛИКОБРИТАНИЯ

Книжное царство для всех
Британская книжная индустрия переживает период настоящего расцвета. По сообщению лондонского консультационного центра Хенли, англичане покупают книг больше, чем когда-либо (на сумму свыше 3 миллиардов фунтов стерлингов) и тратят больше времени на чтение. В прошлом году опубликовано рекордное число книг: свыше 100000 наименований. Этому буму отчасти способствовал Интернет, облегчающий покупку книг, отчасти - снижение цен на книжную продукцию, а также новый подход к организации продажи книг.
Книжные магазины перестают быть просто местом, где приобретают некое печатное произведение. Открывшиеся недавно в Лондоне супермагазины сети "Уотерстоунс" и "Бордерс" - это настоящее книжное царство, в котором можно провести целый день. Например, новый гигантский "Уотерстоунс", расположенный на Пикадилли, является на сегодняшний день крупнейшим книжным магазином в Европе: четверть миллиона наименований на полках длиной в шесть миль на шести тысячах квадратных метров торговой площади, семь этажей (пять - для книг, один - для периодики и сувениров, один - с залом для презентаций). Кроме того, к услугам посетителей имеется компьютерный зал с выходом в Интернет, магазин подарков, безалкогольный бар, ресторан и специальный уголок для детских игр. Не отстает от конкурента и сеть магазинов "Бордерс": к уже имеющемуся гиганту на Оксфорд-стрит добавился круглосуточно работающий магазин на Черинг-кросс.
Новые супермагазины прекрасно вписываются в наметившуюся тенденцию воспринимать книгу не только как источник знаний и элемент культуры, но и модную и престижную вещь. Книга становится признаком определенного статуса, стиля жизни, и эту тенденцию активно поддерживают писатели: не случайно на открытии нового гигантского магазина "Уотерстоунс" присутствовали такие литературные знаменитости, как Сальман Рушди и Дорис Лессинг, Кадзуо Исигуро и Джилл Купер, Антония Байетт и Маргарет Дрэббл.
Писатели, особенно знаменитые, не меньше читателей заинтересованы в появлении книжных супермагазинов, поскольку именно на самые известные имена делают ставку издатели и книготорговцы сегодня, когда выбор наименований огромен, а цены постоянно снижаются. Кстати, снижение цен на книги - принципиальная политика конкурирующих между собой крупных магазинов, в которых большинство книг стоит на 20 % ниже их обычной розничной цены. Изменившиеся обстоятельства заставили крупнейшую английскую книготорговую сеть "У. Х. Смит" снизить на 40 % цены на детские книги. Читателям (и покупателям) остается лишь выбирать произведения по вкусу, прогуливаясь по книжному царству.

Илл.: Лондонские книжные супермагазины "Бордерс" и "Уотерстоунс" (журнал "Ньюсуик")

ИТАЛИЯ

"Итальянцы - необыкновенный народ"
Карло Туллио-Альтан, 84-летний священник, писатель и ученый, первым среди итальянских исследователей еще в 1962 году стал заниматься культурной антропологией. Недавно издательство "Мулино" выпустило в свет его книгу "Итальянцы в Европе", которую справедливо можно считать итогом его научной деятельности, начатой еще до войны, до получения степени по юриспруденции и семи лет армейской службы, итогом кропотливой работы в библиотеках и архивах Вены и Парижа. В этом историческом очерке сравниваются национальные особенности европейцев и дана реалистичная оценка итальянской культуры и особенностей национального характера в сравнении с другими странами.
Падре Туллио-Альтан анализирует особенности итальянцев как нации в свете пяти символических элементов: это эпос (коллективная память), этос (моральные ценности), логос (языковое и художественное наследие), генос (родственные связи) и топос (общественное и личное пространство). Такой подход к проблеме был выработан после тридцати лет исследовательских трудов, проведения масштабных опросов общественного мнения и написания нескольких книг на смежные темы. В итоговой работе автор приходит к парадоксальному выводу: у итальянцев вовсе нет эпоса; этос сводится к политическому оппортунизму; в области языка и культуры предпочтение отдается всему местному; по-прежнему в большой чести семейственность; личному пространству придается большее значение по сравнению с общественным.
Карло Туллио-Альтан не считает эпохальными даже такие исторические вехи, как Рисорджименто (эпоха воссоединения Италии) и движение Сопротивления, поскольку оба явления, на его взгляд, носили слишком элитарный характер, а "возбудить национальное чувство с помощью одной только пропаганды невозможно". Корни политического оппортунизма итальянский исследователь усматривает в том, что государство родилось без подлинного правящего класса, и ответственность за происходившие события ложилась в основном на католическую церковь. Отсутствие согласия по проблемам гражданских ценностей и традиционное стремление использовать родственные связи как в торговле, так и в политике не вызывает оптимизма относительно будущего итальянского общества.
Тем не менее, Карло Туллио-Альтан считает, что еще не все потеряно и что диагнозы ставят не в целях констатации фактов, а для проведения необходимого лечения. В частности, по его мнению, культурное самосознание народа необходимо формировать в школе, на самом раннем этапе. В Италии мало кто разделяет радикальные взгляды этого почтенного господина: левые считают его анализ вредным с точки зрения популизма и своих идеологических установок, а правые предпочитают, так сказать, не выносить сор из избы. Зато Франческо - сын исследователя, известный художник, подписывающий свои работы псевдонимом Альтан, - в знак солидарности с позицией отца снабдил его книгу забавными сатирическими иллюстрациями.

Илл.: Рисунок Альтана к книге Карло Туллио-Альтана "Итальянцы в Европе"; надпись на рисунке: "Итальянцы - необыкновенный народ, но лучше бы они были просто нормальным народом" (еженедельник "Стампа-Туттолибри")

КАНАДА

Герои Джейн Остин - на экране
Произведения Джейн Остин пользуются большой популярностью не только у читателей, но и у кинематографистов. Свою экранизацию третьего романа английской писательницы предложила кинорежиссер Патриция Розима, известная не только в Канаде. Фильм, как и книга, рассказывает о судьбе Фэнни Прайс (ее играет Франсис О'Коннор), бедной девушки, оторванной от семьи и отправленной на проживание и воспитание в поместье Мэнсфилд-парк к Бертрамам, богатым родственникам. Эта история, напоминающая о Золушке, пронизана трезвой и острой социальной сатирой.
Однако "канадская" Фэнни сильно отличается от пассивной, забитой и мало кому симпатичной литературной героини. Используя письма и дневниковые записи самой Джейн Остин в качестве первоисточников для творческой переработки образа, П. Розима делает экранную Фэнни более решительной, наделенной проницательным умом и духовно крепкой. Она представлена как начинающая писательница, и в ее образе соединились черты вымышленной Фэнни и реальной Джейн Остин. Такой поворот придает действию драматизм, и зритель поневоле возмущается тем, что такая замечательная девушка терпит унижения от глупых сестер Бертрам и вынуждена подчиняться назойливой тетке.
Ее положение меняется с приездом гостей - брата и сестры, Генри и Мэри. Пока сестры Бертрам вздыхают по обаятельному Генри, видя в нем потенциального жениха, сам он обращает внимание на Фэнни. Но ее сердце отдано кузену Эдмунду, хотя девушка и не решается признаться в своих чувствах, а тем временем более искушенная в подобных делах Мэри делает все, чтобы очаровать его. В фильме превосходно показаны всевозможные ухищрения, на которые идут персонажи, добиваясь своих целей. Безусловная находка режиссера - известный драматург Гарольд Пинтер в роли сэра Томаса Бертрама, властного патриарха, воплощения благопристойности и хороших манер, а на самом деле - бывшего работорговца с сомнительной нравственностью. Подобная трактовка этого образа канадским режиссером, конечно же отличается от литературного первоисточника, но современные интерпретации такого рода придают экранизации классических произведений особый шарм и стиль, перед которыми трудно устоять сегодняшнему зрителю.

Илл.: Кадр из фильма "Мэнсфилд-парк": Ф. О'Коннор и Г. Пинтер (еженедельник "Ньюсуик")

ЛИТВА

О памяти и воспоминаниях
В Вильнюсе прошла очередная встреча из цикла "Литовско-немецко-польских бесед о будущем памяти", организованная при содействии посольства Польши, Польского института и Института имени Гёте. Ранее на подобных встречах о своем отношении к Холокосту, о наследии служб государственной безопасности в Польше, Германии и Литве, о проблеме коллективной и индивидуальной памяти и о так называемой "терапии воспоминаний" говорили видные политики, публицисты и историки, в том числе Рихард фон Вайцзекер, Казимера Прунскене, Кшиштоф Козловски и другие. В последней встрече принимали участие Вислава Шимборска, Гюнтер Грасс, Чеслав Милош и Томас Венцлова. На заключительном заседании речь шла о культуре памяти. Для литераторов Запада и Востока память и воспоминания служат исходным материалом для творчества.
- Для писателя воспоминания - это часть профессии, - сказал Гюнтер Грасс. - Он описывает свои воспоминания, а при необходимости - воспоминания вымышленных персонажей. Эти воспоминания служат для него кладовой, архивом, шахтой… Они требуют такого же бережного отношения, как первые ростки зелени.
Немецкий лауреат Нобелевской премии говорил о коллективной памяти. Войны и военные преступления легли тяжким грузом на коллективную память европейцев. По мнению Грасса, в Германии коллективная память создает проблемы главным образом для старшего поколения, стремящегося забыть страшный опыт прошлого. Молодежь, напротив, хочет сохранить память о Холокосте, об убийствах и расстрелах, депортациях, о десятках тысяч рабочих, насильно угнанных из оккупированных стран.
- Создается впечатление, что дети и внуки готовы стать хранителями памяти вместо отцов и дедов, предпочитающих хранить молчание.
Выступление Чеслава Милоша было в значительной степени посвящено истории Вильнюса, города, с которым связано огромное количество легенд:
- История этого города настолько удивительна, что так и просится в сказки, а сюжеты сказок меняются в зависимости от того, кто их сочиняет - литовцы, поляки, евреи или белоруссы. Прошлое, живущее в древних камнях Гданьска или Вильнюса, напоминающее о себе на каждом шагу, взывает к нам о сочувствии и помощи, требует, чтобы мы были правдивыми, когда думаем и пишем о том, что было.
Восьмидесятидевятилетний Чеслав Милош, выросший в Вильнюсе, с горечью говорил далее о том, что в родном городе его не оставляет ощущение, как будто он идет по тонкому льду:
- Здесь недостаточно быть просто человеком. Новый знакомый сразу спросит тебя, кто ты - литовец или поляк, еврей или немец. Поляки и литовцы не хотят вспоминать о том, что в прошлом Вильнюс, город на границе между Римской империей и Византией, был оплотом русского купечества с огромным количеством деревянных православных церквей. Забывают и о том, какое огромное значение имел Вильнюс для евреев - город называли "северным Иерусалимом". Можно подумать, что грустный период этнических разделов не канул в прошлое.
В последний день встречи на улице Лиеиклос была открыта мемориальная доска в память о еще одном лауреате Нобелевской премии - русском поэте Иосифе Бродском.

Илл.: Вислава Шимборска открывает мемориальную доску Иосифа Бродского на вильнюсской улице Лиеиклос в присутствии Чеслава Милоша, Гюнтера Грасса и Томаса Венцловы

США

Дамы предпочитают быть блондинками
Когда остроумная Анита Лус (1891-1981) писала свою знаменитую книгу "Джентльмены предпочитают блондинок", то ее вдохновляла конкретная любовная история: интрижка между известным критиком Х. Л. Менкеном и некой ослепительной, но глупой и пошлой блондинкой. В 1953 году был снят поразительный, ставший культовым фильм с участием Мэрилин Монро и Джейн Расселл и с незабываемой песенкой "Лучшие друзья девушки - бриллианты". Блондинки и брюнетки с одинаковым рвением стремились завлечь в свои сети какого-нибудь миллионера.
Бесспорно, что блондинки - натуральные или же крашеные - являются неотъемлемой частью мифологии кино и в целом массовой культуры США. Во многих американских фильмах 1940 и 1950 годов человеческие качества женских персонажей напрямую зависели от цвета волос. Блондинке полагалось быть доброй и мужественной; брюнетке - злобной и коварной, в лучшем случае - легкомысленной. Блондинка всегда была невестой, жаждущей любви, или верной супругой и самоотверженной матерью. Брюнетка оказывалась либо шпионкой, либо особой с претензиями, либо крайне бедной и несчастной женщиной, а то и явной истеричкой или страдающей буйным помешательством психопаткой.
Обо всех этих мифологических типах женщин в зависимости от цвета волос рассказывает книга Натальи Ильин "Блондинка, как и я" (издательство "Тачстоун"), подзаголовок которой звучит так: "Корни мифа о блондинке в нашей культуре". Пожалуй, такую книгу можно было бы продавать в комплекте с флаконом с осветляющим средством для волос. Ведь последние несколько десятков лет даже в средиземноморских странах блондинкам и рыжим женщинам несть числа, а брюнетки и шатенки чуть ли не стали редким явлением.

ФРАНЦИЯ

Издательские новости о Валери Ларбо
Французский литератор Валери Ларбо (1881-1957) никогда не считался особенно популярным писателем, причем не только за границей, но и у себя на родине. Он прославился не собственными книгами, а своим умением знакомить читателей с другими авторами и стремлением нести в широкие массы великую мировую литературу. Бесстрашный и любознательный путешественник, человек, досконально разбиравшийся едва ли не во всех серьезных проблемах своего времени, яркий критик и прекрасный переводчик Ларбо принимал участие в публикации во Франции произведений таких писателей, как Уолт Уитмен, Джозеф Конрад, Джеймс Джойс, Рауль Гомес де ла Серна, Габриэль Миро и Мигель де Унамуно.
Недавно издательство "Клэр Полам", которое ранее опубликовало "Дневник" Валери Ларбо 1931-1932 годов, выпустило в свет еще одну ценную и изящную книгу - фрагменты дневника 1934-1935 годов, которые автор не уничтожил. Записи в этом интереснейшем ежедневнике обрываются незадолго до трагического случая, после которого писатель до конца жизни лишился здоровья и потерял речь. Впрочем, эта публикация - всего лишь "аперитив" для поклонников и любителей творчества Валери Ларбо: начиная с 2000 года, престижная серия "Плеяда" предпринимает издание полного собрания сочинений писателя.

По материалам газет "Паис" (Испания),
"Стампа-Туттолибри" (Италия),
"Культура" (Польша),
журнала "Ньюсуик" (США).