Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Иностранная литература 1998, 11

Аккерманские степи


Stepy akermanskie

Wplynalem na suchego przestwor oceanu,
Woz nurza sie w zielonosc i jak lodka brodzi,
Srod fali lak szumiacych, srod kwiatow powodzi,
Omijam koralowe ostrowy burzanu.

Juz mrok zapada, nigdzie drogi ni kurhanu;
Patrze w niebo, gwiazd szukam, przewodniczek lodzi;
Tam z dala blyszczy oblok — tam jutrzenka wschodzi;
To blyszczy Dniestr, to weszla lampa Akermanu.

Stojimy! — jak cocho — siysze ciagnace zurawie,
Ktorych by nie doscigly zrenice sokola;
Slycze, kedy sie motyl kolysa na trawie,

Kedy waz sliska piersia dotyka sie ziola.
W takiej ciszy — tak ucho natwzam ciekawie,
Zw sliczalbym glos z Litwy. — Jedzmy, nikt nie wola!

 

Аккерманские степи

В простор зеленого вплываю океана:
Телега, как ладья, в разливе светлых вод,
В волнах шумящих трав, среди цветов плывет,
Минуя острова колючего бурьяна.

Темнеет; впереди ни знака, ни кургана,
Вверяясь лишь звездам, я двигаюсь вперед...
Но что там? Облако ль? Денницы ли восход?
Там Днестр; блеснул маяк, лампада Аккермана.

Стой!.. Боже, журавлей на небе слышен лет,
А их — и сокола не уловило б око!
Былинку мотылек колеблет; вот ползет

Украдкой скользкий уж, шурша в траве высокой, —
Такая тишина, что зов с Литвы б далекой
Был слышен... Только нет, никто не позовет!

Перевод А. Н. Майкова

(В кн.: Поэзия славян. СПб, 1871)

 

Аккерманские степи

Я выплыл на простор сухого океана:
Ныряя в зелени, возок летит, как челн;
Цветами залитой, долиной шумных волн
Плыву меж островов коралловых бурьяна.

Уж мрак упал: нет ни дороги, ни кургана.
Ищу на небе звезд — проводников ладьи.
Денница всходит — блещет облако вдали...
То Днестр блестит, зажглась лампада Аккермана.

Как степь тиха! Чу... слышу журавлей полет,
Но не увидеть их сокольими очами.
Вот слышно, как в траве там мотылек снует.

Как скользкий уж ползет между стеблями.
В такой тиши так жадно напрягал я слух,
Что внял бы зов с Литвы... Но тихо все вокруг...

Перевод И. Куклина

(“Вестник славянства”, Киев, 1892)

 

Аккерманские степи

Выходим на простор степного океана.
Воз тонет в зелени, как челн в равнине вод,
Меж заводей цветов, в волнах травы плывет,
Минуя острова багряного бурьяна.

Темнеет. Впереди — ни шляха, ни кургана.
Жду путеводных звезд, гляжу на небосвод...
Вон блещет облако, а в нем звезда встает:
То за стальным Днестром маяк у Аккермана.

Как тихо! Постоим. Далеко в стороне
Я слышу журавлей в незримой вышине,
Внемлю, как мотылек в траве цветы колышет.

А где-то скользкий уж, шурша, в бурьян ползет.
Так ухо звука ждет, что можно бы расслышать
И зов с Литвы... Но в путь! Никто не позовет.

Перевод И. Бунина

(“Журнал для всех”, 1901, № 12)

 

Аккерманские степи

Я выплыл на простор степного океана;
Ныряя в зелени, среди густых лугов,
Как челн, возок скользит средь паводка цветов
И мимо островов коралловых бурьяна.

Спустился мрак; нигде ни шляха, ни кургана;
Я в небе звезд ищу — челну проводников;
Там облако блестит? Там луч сверкнуть готов?
Нет, это Днестр блестит — маяк у Аккермана.

Постой! Какая тишь! Чу! Слышу — журавли,
Которых соколы б увидеть не смогли;
Я слышу — мотылек в траве шуршит и вьется,

И скользкой грудью уж касается земли.
Так напрягаю слух, что даже донесется
И зов с Литвы. Но нет, никто не отзовется!

Перевод С. Советова

(“Звезда”, 1941, № 2)

 

Аккерманские степи

Я выплыл на простор сухого океана;
Возок мой, как ладья, ныряет по волнам
Шумящих буйных трав, минуя там и сям
Уступы островов коралловых бурьяна.

Темнеет... Ни тропы не видно, ни кургана.
Ищу на небе звезд, небесных вех ладьям;
Сверкает облако вдали, светает там?..
То блещет Днестр, зажглась лампада Аккермана.

Как тихо!.. Постоим... Я слышу журавлей,
Незримых соколу, и то, как меж стеблей
Порхает мотылек, их тонкий стан колыша,

Как скользкая змея среди травы ползет...
Я в этой тишине, быть может, зов услышу
С Литвы... Но дальше в путь — никто не позовет.

Перевод О. Румера

(В кн.: А. Мицкевич. Крымские сонеты. М., 1948)

 

Аккерманские степи

Я выплыл на простор сухого океана.
Безбрежен зелени — цветов и трав — разлив.
Качаясь, как ладья, возок плывет средь нив,
Скользит меж островов коралловых бурьяна.

Смеркается... Кругом ни тропки, ни кургана.
Жду путеводных звезд. Весь горизонт закрыв,
Алеют облака — заря глядит в разрыв:
Зажегся на Днестре маяк близ Аккермана.

И все утихло. Стой! Я слышу, как скользнул
И притаился уж, как мотылек вспорхнул,
Как, недоступные глазам орла степного,

Курлычут журавли в померкшей вышине.
Так слух мой напряжен, что в этой тишине
Уловит зов Литвы... Но в путь! Не слышно зова.

Перевод В. Левика

(В кн.: Адам Мицкевич. Избранные произведения. М., 1955)

 

Аккерманские степи

Вплываем на волнах степного Океана
В просторы диких трав, где лодка — мой возок.
И пенится, в цветах, и зыблется поток,
Минуя острова багряного бурьяна.

Смеркается. Ни тропки, ни кургана.
Жду путеводных звезд — шатер небес высок.
Что там горит? Заря? Зарницы ли цветок?
Мерцает млечно Днестр, маяк у Аккермана.

Как тихо! Постоим. Мне слышится вдали,
Как, скрытые от глаз, курлычут журавли,
Как выползает уж из логова ночного,

Как замер мотылек... Так сон глубок травы,
Что, кажется, смогу почуять зов с Литвы...
Молчание. Ни отзвука. Ни слова.

Перевод В. Коробова

(“Всемирная литература”, Минск, 1997, № 9)

 




Версия для печати