Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Иерусалимский журнал 2015, 51

Просветитель

К 85-летию Феликса Дектора

Посвящения Борису Камянову

Принято считать, что «просветитель» – понятие историческое: восемнадцатый век, Вольтер, энциклопедисты… Знакомство с Феликсом Дектором убеждает: Просветитель (именно так – с большой буквы) – это вполне современно.

 

Он родился в Минске в семье коммунистов, перебравшихся в Советский Союз из независимой Литвы. В 1936-м арестовали отца, а в 38-м – и мать. Феликс оказался в детдоме, однако маму вскоре выпустили, и война застала их уже в Литве советской. Затем эвакуация в Сибирь, на станцию Зима, воспетую Евгением Евтушенко. После войны – историко-филологический факультет Вильнюсского университета, Литинститут им. Горького...

В начале 60-х Дектор перевел роман Ицхокаса Мераса «Ничья длится мгновение», но чтобы «пробить» публикацию, понадобилось еще три года. В его переводе вышел и второй роман Мераса, посвященный Холокосту, – «На чём держится мир». Опубликованные в «Дружбе народов» и в «Юности», обе книги стали бестселлерами.

К своим сорока Феликс добился, казалось, всего, о чем мог мечтать в Советском Союзе еврей, работающий в гуманитарной сфере. (Речь, конечно, о материальном благополучии.) Но окружающая жизнь, построенная на лжи, раздражала его все сильнее. В 70-х он основал самиздатовский журнал «Тарбут», который был замечен не только в еврейской среде, но и в компетентных органах. Дектор был исключен из Союза писателей СССР.

Уникальный случай: в то время как люди после подачи документов в ОВИР ждали годами, его дело рассматривали полторы недели! У него не было вопроса, куда ехать – так он оказался в Израиле.

Первым изданием Дектора на Обетованной стал дайджест «Народ и земля», который окольными путями приходил в Москву и рассказывал советским евреям о еврейском государстве; затем появился ежемесячник «Израиль сегодня».

В начале девяностых в России было весьма смутное представление об израильской литературе. Многие думали, что это – Игорь Губерман, Дина Рубина плюс еще два-три писателя, приехавших из России. Считалось, что литература на иврите являет собой некое вторичное, местечковое собрание текстов. Преодолел это устойчивое заблуждение Феликс, начав издание альманаха «Ковчег». За четыре года – четыре выпуска, тираж доходил до совершенно невероятной по сегодняшним меркам цифры – 50 тысяч экземпляров! Впервые российский читатель получил возможность прочесть роман Жаботинского «Пятеро», познакомиться с творчеством таких значимых израильских писателей, как Хаим Нахман Бялик, Рахель, Еуда Амихай, Натан Зах, Хаим Гури, Ицхак Орен-Надель, с текстами Теодора Герцля, Голды Меир...

«Ковчег» представлял не только израильскую литературу, но и авторов, пишущих на идише, русском и других языках. Пройдет несколько лет, и российское культурное пространство начнет наполняться (и переполняться!) еврейскими дайджестами, журналами и альманахами, но первым на этом пути был Дектор.

Мы познакомились зимой 1997-го. Феликс приехал в Москву руководителем Отдела общественных и культурных связей Сохнута. Не помню, чтобы он кого-то «агитировал». Только рассказывал, как накануне репатриации завел разговор с самим собой: «Для еврея на свете есть только два места – Израиль и не-Израиль. В не-Израиле ты уже пожил. Может, теперь попробуешь в Израиле?»

Он создал клуб «Ковчег» и газету «Вестник». Своим удивительным обаянием ему удалось «мобилизовать» самых разных авторов. Сам Феликс писать в газету отказывался, даже когда взгляд главреда на текущие события был бы не лишним («Чукча не писатель...»). При этом словом владел превосходно. Однажды мы вдвоем целый день редактировали газету от первой до последней полосы. К вечеру он посмотрел мою редактуру и сделал какие-то замечания. Я решил снова прочитать текст и внести корректорские правки. Феликс категорически возразил: тот, кто говорит, что он и редактор, и корректор, на самом деле ни тем, ни другим не является! Не все из нас были молоды, но он многому научил и тех, кто считал себя газетными зубрами.

Назову лишь несколько из российских писателей, собиравшихся на семинарах «Ковчега» в Подмосковье, испросив прощения, что упомянул только тех, кто сразу пришел на память: Василий Аксенов, Лев Аннинский, Александр Гельман, Григорий Горин, Юлий Крелин, Лидия Либединская, Лев Разгон, Бенедикт Сарнов, Асар Эппель... Живое общение происходило не только на семинарах, но и в кулуарах, что было особенно интересно. На семинары часто приезжали и израильские писатели – русскоязычные и ивритские.

Сохнутовские начальники спрашивали Феликса: «И что же, все эти люди репатриируются в Израиль?» А он отвечал: «Важно, чтобы евреи знали, что они могут репатриироваться. Знакомство с национальной традицией не означает, что ты обязательно должен отращивать пейсы».

Имя Дектора прозвучало и в общественно-значимых проектах последних лет – он стал продюсером замечательных фильмов Олега Дормана «Подстрочник» и «Нота». В 1980 году в Израиле Феликс впервые издал «Черную книгу», причем именно в том виде и с теми фотографиями, которые планировали Илья Эренбург и Василий Гроссман, а в 2014-м подготовил ее издание в России.

Свой юбилей Феликс Дектор встретил, продолжая работу над огромным проектом национального значения – изданием полного собрания сочинений Владимира Жаботинского. Он, как и прежде, с честью ведет свой «Ковчег». Пожелаем ему удачи!

 

Редакция ИЖа поздравляет замечательного подвижника и нашего верного сподвижника Феликса Дектора со славным юбилеем.

Многая лета!

Здоровья и сил завершить начатое и начать задуманное! 

Версия для печати