Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Иерусалимский журнал 2011, 39

А что там за окном?

Стихи

А что там за окном

Юрий Каминский

А ЧТО ТАМ ЗА ОКНОМ?

* * *

 

Бессонница и дождь.

Но все не так уж плохо:

Малыш переболел,

Закончилась эпоха

Ничуть не хуже всех других эпох.

И самое реальное – под боком –

За тонкой тканью – теплотворный бок.

 

Пора вставать.

Сегодня ждут подмостки:

Я родился сегодня.

Будут гости,

И надо запастись с утра тоской…

 

А что там за окном?

На перекрёстке

Стоит рассвет с протянутой рукой.

 

 

 

* * *

 

…На роковой стоим очереди

 

Ф. Тютчев

 

Ты ждёшь меня?

А ты меня не жди.

Кто знает, что там будет впереди,

Куда свернёт петлистая дорога.

На роковой стоим очереди –

Вот вся недолга.

 

И он стоял на ней, и я, и ты.

Что от того, что наши все мечты

Останутся без наших душ и толка:

Почти живые, мёртвые почти –

Вот вся недолга.

 

И ты меня не жди.

И не спеши,

Не торопи события души,

Их слушай только.

И, если затоскуешь, напиши –

И вся недолга.

 

 

 

* * *

 

Не сеял я и не косил,

Не строил силосные башни.

На ломком языке осин

Благословлял луга, и пашни,

 

И вымя спелое коров.

Антоновку в саду вечернем,

Когда мне не хватало слов,

Чтоб описать её свеченье.

 

А бормотание корней

Священных злаков

Давно благословил во мне

Мой праотец Иаков.

 

 

 

* * *

 

Не ем продукцию мучную.

Не пью вина.

Пишу вручную.

 

Моя вина,

Что никогда не успеваю

Вскочить в вагон.

В том никого не обвиняю –

Какой резон?!

 

Живу не бережно, не жадно,

И тем, что есть,

То с птичкой, то с лошадкой ладной

Делюсь всегда.

И это – честь:

Они берут, а я радею.

 

Но есть корысть:

То выужу у них идею,

Очеловечу мысль.

 

Вдали от говорливых истин,

Ни от чего не защищён,

Живу не медленно, не быстро…

А как ещё?!

 

 

 

* * *

 

Чужбина так же сродственна отчизне,

Как тупику соседствует пространство.

 

И. Бродский

 

Хорошо, если, голову вверх подняв,

Ты увидишь жизнь свою не по дням

И годам,

А, быть может, всю…

 

И не станешь завидовать даже псу,

У которого тоже нет конуры,

Да и сам он изрядно жизнью изъеден.

 

А когда осыпется блеск мишуры

Звёздной ночи

И, всё ещё бледен,

Первый луч явится.

А нетопырь

Из щели вырвется, поднимая пыль,

А потом и свет во все щели брызнет,

Обходя тупики, язык-поводырь

Из чужбины тебя поведет в Отчизну.

 

 

 

ОДИНОЧЕСТВО ГОРБАТО

 

Одиночество горбато…

 

Ночь поката и влажна.

 

Выбор есть, но небогатый –

Можно – противу рожна:

Захлебнуться острой болью,

Тихо выкричать себя

И смириться.

И обои

Переклеить,

Не любя

Эту грязную работу.

 

Можно выйти на балкон,

Глянуть вниз, сказать чего-то

И исполнить давний сон:

Быстро заморгают веки,

Словно крылья, на ветру,

А позёмкой – имяреки –

Человеки, человеки,

Руки подняты, орут.

 

Растянули свои сети,

Сдвинулись – плечо к плечу.

 

Очень хочется ответить:

– Да пошли вы…

 

Но молчу.

 

 

 

ТЕТЕРЕВ. РАССВЕТ

 

Дитя рассвета – Тетерев –

До петуха до третьего

Проснется и поёт.

И голышом – по камешкам,

Как пальчиком по клавишам, –

Тра-ля, тра-ля – живёт.

 

А выпь в густом ракитнике,

Как будто бы калитками

Столетними скрипит.

А кулики куликали,

Будя густыми кликами

Небес ночной санскрит.

 

А вот и гребень – гоголем –

У горизонта волглого,

Кут неба раскаля,

Зашёлся и откинулся.

 

И Тетерев откликнулся:

Тра-ля, тра-ля, тра-ля.

 

 

 

ИЮНЬ

 

Над лесом и над озером

Июнь сухими грозами

Распугивал грачей,

Оглохшими стрекозами

Прижав к земле ручей.

 

А я в своём скворечнике,

Как подобает грешнику,

Грехи припоминал:

Почти бесстрашно взвешивал

Замшелый криминал.

 

А там гремело бешено,

Как будто бы замешаны

Все силы были там:

И ангелы, и лешие,

А может быть, и Сам.

 

И в промежутке крохотном

Успел подумать: плохо там,

Все плохо, как на грех,

И тут же был я грохотом

Расколот, как орех.

 

И в тишине расколотой

Я, на окраине города,

В скворечне номер два,

Из мусора какого-то

Вылущивал слова.

 

 

 

НОЧЬЮ

 

Такого раньше не бывало:

За стенкой я услышал смех.

 

На золотую ложь бульвара

Уже ложился первый снег.

 

Светясь, он осыпался тихо,

Преображая мрак ночной.

 

А сумасшедшая портниха

Смеялась рядом, за стеной.

 

 

 

* * *

 

Теперь всё чаще на губах

Я ощущаю вкус полыни.

 

Моей душе все ближе Бах,

Его небесные глубины.

 

Его подземный светлый гул,

Как слёзы, слизываю с губ.

 

 

 

* * *

 

Вот сижу в пустой квартире

И бренчу на ржавой лире.

 

Что бренчу?

Зачем бренчу –

Даже думать не хочу.

 

День скатился по лучу,

Темнотой окно завесил.

 

Я не грустен и не весел.

Бросил лиру.

Взял дуду.

 

День ушёл.

И я уйду.

 

 

 

* * *

 

 

Памяти П. Волина

 

Хорошо бы успеть то, что хочешь успеть,

На себя одного полагаясь.

 

Медь заката уже потускнела на треть.

Скоро ночь. Скоро сцена другая.

 

Вот и небо раскинуло звёздную сеть.

 

Хорошо бы успеть.

Хорошо бы успеть.

Версия для печати