Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Homo Legens 2017, 4

Лайкни Ильича

 

 

Ключевая дата уходящего года, конечно, юбилейная, с ней связано множество литературных событий. Благодаря наступившему столетию революции (к которому непонятно как относиться) многие писатели (мнение которых, вообще-то, широким массам не слишком интересно) имели шикарный повод высказаться. В то же время две самых разрекламированных "датских" книги оказались и самыми раскритикованными. Книгу Зыгаря "Империя должна умереть" обвинили в навязчивых аналогиях с современностью. "Ленин" Данилкина выглядит не как биография вождя, а как очередной мавзолей ему: надёжнее, чем под двумя метрами кладбищенской земли, покоится Ленин под изощрённейшими стилистическими пассажами, к которым питает особую любовь его биограф.

Проект Зыгаря изначально не бумажный, а мультимедийный, ведь 1917-й с его бешеным новостным ритмом и газетной стилистикой – совсем как фейсбучно-бурливый 2017-й, идеально ложится в формат френд-ленты. Весь год революция транслировалась онлайн – см. проект "1917. Свободная история". Как, впрочем, жила онлайн и вся литературная тусовка. Важное свойство русской словесности-2017 – ее лайкозависимость. Редкий писатель теперь проживёт день без фейсбука. Появилась даже новая специальность – "веб-писатель момента" (определение журнала "Афиша"). Его амплуа – мнимый лузер, который умеет забавно рассказать о своих похождениях, а попутно обаятельно нахамить публике.

Прочитав десятки таких рассказов, я, однако, понял, что новизна веб-прозы мнимая. Вся она – от Джона Шемякина и Татьяны Толстой до Александра Цыпкина и Славы Сэ – вышла... да-да, из «Шинели», ибо пишется на один «шинельный» мотив: мнимая беззащитность недоверчивого рассказчика в ненадёжном мире неизменно компенсируется риторической победой. Акакий Акакиевич с Макаром Девушкиным переехали в фейсбук и стали вашими френдами. Кто-нибудь ещё напишет диссертацию "Образ маленького человека в русской веб-прозе 2010-х гг.".

Про маленького человека многие вспоминали в связи с романом Глуховского "Текст", большая часть которого разворачивается в айфоне. В руках современного Раскольникова не топор, а гаджет, но вопросы в голове те же: тварь ли я дрожащая или... Роман – о самом что ни на есть дне сегодняшнем, вплоть до узнаваемых по новостям реалий, однако же не роман-передовица с ограниченным сроком годности. Глуховский точно запеленговал метафору (вернее – фетиш) современности и раскрутил её на полноценный, динамичный, ни разу не провисающий сюжет. Получился жёсткий, злой, горячий роман про айфон, который точно заставит вас оторваться от айфона – ну или от бездумного листания ленты в нём. Дорогого стоит в наши лайкозависимые времена.

Версия для печати