Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Homo Legens 2016, 3-4

Пробуждение силы слова

(об учебнике «Поэзия»)

Работа над учебником «Поэзия» продолжалась пять лет под эгидой Центра лингвистических исследований мировой поэзии в Институте языкознания РАН

 

Появление учебника «Поэзия» стало одним из самых резонансных событий 2016 года. Литературная общественность снова разделилась, и спектр оценок издания оказался крайне широк, от радостного принятия до жёсткой критики. Тем временем читатели нетерпеливо раскупали книжки, а осенью «Поэзия» была удостоена премии «Книга года - 2016» в номинации «Учебник XXI века».

 

 

 

Поэзия. Учебник / Н. М. Азарова, К. М. Корчагин, Д. В. Кузьмин, В. А. Плунгян и др. — М.: ОГИ, 2016. — 886 с.

 

 

«Сила, заложенная в словах, должна быть освобождена», как-то записал в дневнике Д. Хармс. Но как пробудить эту силу? Как сделать текст действенным настолько, чтоб он пробивал стекло насквозь? Однозначных ответов тут нет и не будет — но можно разобраться, как устроена оптика современных авторов, как их тексты преображают язык. Именно такую цель поставили себе авторы учебника «Поэзия».

Чтобы понимать современную поэзию, желательно не только знать историю русской литературы, но и владеть «ключами», инструментами для анализа новых способов письма.  Увы, наука не успевает — не только литературоведы, но и критики зачастую не знают важных теорий и способов интерпретаций. Новизна учебника заключается в том, что он стремится преодолеть разрыв между литературной наукой и актуальной поэзией. Сейчас разрыв столь велик, что осилить его можно только совместными усилиями филологов, критиков и самих писателей. Работа над учебником «Поэзия» продолжалась пять лет под эгидой Центра лингвистических исследований мировой поэзии в Институте языкознания РАН. Авторы «Поэзии» — семь филологов и поэтов: Наталия Азарова, Владимир Плунгян, Светлана Бочавер, Кирилл Корчагин, Дмитрий Кузьмин, Борис Орехов и Евгения Суслова. По замыслу составителей, учебник адресован старшеклассникам, студентам-гуманитариям, славистам, а также любителям поэзии, поэтому  написан просто и увлекательно. Учебник «Поэзия» издан по решению Учёного совета Института языкознания.

Несомненной удачей книги является композиция. Учебник устроен тематически, главы посвящены отдельным элементам структуры поэтического текста, жанрам и форматам, особенностям поэтического языка и т. д. Каждый теоретический пассаж подтверждается примерами из творчества разных авторов. Например, в главе «Адресат и адресация» разные типы внутреннего адресата (собеседника поэта) показаны на примерах из стихотворений Пушкина, Державина, Аристова, Бродского, Сапгира, Георгия Иванова… В стихотворении Бродского «Новая жизнь» обращение «ты» совмещает абстрактного собеседника и «я» поэта, «причем доля я и другого в каждом ты может изменяться даже на протяжении одного текста»[1].

 

Представь, что война окончен, что воцарился мир.

Что ты еще отражаешься в зеркале…

(…)

 

И если кто-нибудь спросит: «кто ты?» ответь: «кто я?

я — никто», как Улисс некогда Полифему…

 

На мой взгляд, такой подход помогает лучше уяснить, как работает стихотворение, что делает его удачным.

Благодаря тому, что учебник построен по проблемному принципу, русская поэзия  показана как «единый процесс, который обладает особой динамикой и протекает по особым законам»[2]. Тут авторы стремятся заполнить ещё одну лакуну в представлениях о литературном процессе — между классикой и современной литературой. Как отмечали в своём учебнике Н. Л. Лейдерман и М. Н. Липовецкий, «в изучении русской литературы 1950—1990-х годов пока всецело господствует литературно-критический и эссеистский взгляд…». Более того, «этот цикл фактически ещё не изучался как историко-литературный феномен»[3].

К сожалению, для многих «настоящая» поэзия кончилась на Бродском. О том, что сейчас русская поэзия находится на взлёте, знают только те, кто постоянно следит за ситуацией в поле литературы. И тут авторы, которые смотрят на проблему одновременно «извне» и «изнутри», включают в издание множество стихотворений современных поэтов! Всего в учебнике публикуются тексты около 300 русских поэтов XVIII—XXI веков, причём половина из них написана после 1960 года. Так авторы учебника легитимизируют, вводят в культурный оборот новейшую русскую поэзию. На страницах «Поэзии» соседствуют стихи Державина, Баратынского, Тютчева, Ахматовой —  и Чухонцева, Звягинцева, Аллы Горбуновой, Василия Бородина… Можно сетовать, почему в хрестоматию не вошли тексты того или иного поэта. Как я понимаю, отбор совершался, прежде всего, по формальному принципу — насколько ярко и глубоко текст раскрывает тему раздела.

Особый интерес представляют главы о видах поэзии и формах литературной жизни. Авторы чётко разграничивают народную, любительскую и профессиональную поэзию. В народной поэзии «текст рассматривается как общее достояние», его может менять каждый — поэтому «любой текст существует во множестве вариантов, из которых нельзя выделить “главный”»[4]. Фольклорные тексты — песни, былины, частушки — передаются устно, сейчас подобное явление можно наблюдать в Интернете. Когда вопрос об авторстве становится важен, появляется авторская поэзия, которая может быть профессиональной или любительской. «Профессиональное стихотворение возникает на фоне всей существующей поэзии и, в идеале, вносит вклад в развитие культуры и языка»[5], считают составители учебника.

С другой стороны, поэт-любитель решает принципиально иные задачи. В любительской поэзии стихотворение «доставляет автору удовольствие, помогает завязать разговор с ближним и т. д.». Оно не претендует на то, чтобы занять собственное уникальное место среди других текстов, поскольку любительская поэзия не образует иерархии. В то же время такая поэзия «всегда использует элементы профессиональной поэзии прошлого»[6], однако делает это привычно и «механически».

Как известно, в XX веке русская литература явственно разделялась на три части: «официальную» советскую, андеграундную и эмигрантскую. В каждой ветви были свои «главные» авторы, своя поэтическая иерархия — и представители разных ветвей друг о друге мало что знали. В перестройку все течения вышли на поверхность, разделение исчезло — но в памяти культуры оно живо.

«Сегодняшнее профессиональное сообщество не монолитно, а мозаично, оно состоит из приверженцев очень разных подходов к задачам поэзии и оптимальным средствам их решения»[7], уверены авторы учебника. И это не простое разделение на традиционалистов и новаторов, поскольку сама по себе традиция — понятие многогранное. «Начиная с Серебряного века и поэты, и читатели постепенно осознают, что традиция — не едина, что внутри неё существует набор частных традиций — «пушкинская» и «некрасовская», футуристическая и акмеистическая, метареалистическая и концептуалистская, и между этими традициями развиваются долгие и сложные отношения, взаимодействия и взаимоотталкивания»[8]. Например, Борис Пастернак и Осип Мандельштам в 30-е годы вели диалог одновременно с акмеизмом и футуризмом. Сейчас на стыке разных традиций строится творческая стратегия Василия Ломакина, Виталия Пуханова. В целом, в литературе сосуществует так много различных художественных языков, что единый взгляд на поэзию уже невозможен. Зато можно наблюдать, как многослойно устроена литературная жизнь.

 

Во многих учебных пособиях русскую литературу рассматривают обособленно, как «вещь в себе». Но ведь с самого начала она «была частью западной традиции — прежде всего потому, что опиралась на ту же культурную основу: Библию и Античность»[9]. Для метрической системы русского стихосложения ключевым оказался опыт немецкой поэзии; позже на поэтику русских авторов влияли тексты английских и французских романтиков и символистов. Составители нового учебника «исходят из того, что современное мировое поэтическое пространство едино и русская поэзия является его неотъемлемой частью»[10]. Потому её рассматривают в контексте мировой литературы — и это приводит к неожиданным результатам! Например, оказывается, что в 1960-е годы в русской и немецкой поэзии параллельно возникает конкретизм. В 80-е тексты лидеров американской «Школы языка» (Language School) влияют на поэтику Драгомощенко — а вскоре его собственные стихи отражаются в поэзии Майкла Палмера и Лин Хеджинян!

Оригинальность учебника состоит в том, что он впервые показывает поэзию как многогранный феномен — в контексте музыки, кино, театра, перфоманса, фотографии, науки и философии. На границе между поэзией и другими видами искусства возникают дигитальная поэзия, саунд- и видеопоэзия. Существуют поэтические группы и фестивали, связанные с новыми явлениями — например, рижская текст-группа «Орбита», фестиваль видеопоэзии «Пятая нога».

На наших глазах соотношение визуального и вербального в культуре меняется. Если раньше стихи читали с листа, теперь всё чаще мы воспринимаем текст с экрана смартфона или компьютера. Поэтому важно, что наряду с метрикой, строфикой, рифмой или звуковым строем поэзии, в учебнике подробно рассматривается графика стиха. И тут оказывается: «именно современные медиа, в частности Интернет, способны создать аналог старому свитку, то есть более адекватно, чем книга, воспроизвести «длинное» стихотворение, которое не умещается на книжной странице, но в Интернете сохраняет целостность благодаря возможности прокручивания»[11]. Многие читатели удивляются тому, что сейчас поэты нередко отказываются от знаков препинания и больших букв в начале предложений. И тут авторы издания объясняют, почему эта практика стала «относительной внутрипоэтической нормой»[12] в мировой поэзии. Особенно выразительно такое написание выглядит в немецких стихах, где по правилам грамматики все существительные пишутся с большой буквы!

На мой взгляд, в книге не хватает рассказа о важных литературных школах и направлениях. Существенным недостатком учебника кажется и отсутствие примеров углублённого анализа поэтического текста. Авторы ограничиваются беглым анализом фрагментов стихов, которые иллюстрируют теоретические положения. Видимо, предполагается, что преподаватель будет использовать другие работы о русской поэзии — например, учебники М. Л. Гаспарова, В. Е. Холшевникова и В. С. Баевского. Или замечательный двухтомник Н. Л. Лейдермана и М. Н. Липовецкого «Современная русская литература. 1950 —1990-е годы».

С другой стороны, сейчас заполняется сайт учебника «Поэзия» http://www.poesia.ru. Там появятся интерактивная версия книги, подробные разборы текстов, задания для студентов, выступления поэтов, видеозаписи лекций и дистанционные курсы. Благодаря всему этому учебник «Поэзия» приобретает черты масштабного проекта, знакомящего молодых читателей с современным поэтическим словом.

 

 

 

 



[1] «Поэзия. Учебник». — М., 2016. — С. 128.

[2] Там же — С. 10.

[3] Лейдерман Н. Л. и Липовецкий М. Н. Современная русская литература. 1950 — 1990-е годы, т. 1. — М., 2003. — С. 8.   

[4] «Поэзия. Учебник». — С. 52.

[5] Там же. — С. 55.

[6] Там же — С. 68.

[7] Там же. — С. 809.

[8] Там же. — С. 68 – 69.

[9] Там же. — С. 772.

[10] Там же. — С. 11.

[11] Там же. — С. 459 – 460.

[12] Там же. — С. 458.

Версия для печати