Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дружба Народов 2012, 11

Расшифровывая мир. Стихи

С немецкого. Перевод Владимира Летучего

Летучий Владимир Матвеевич ( р.1943) — переводчик немецкой поэзии и прозы, среди наиболее значимых переводов — стихи и проза Р.М. Рильке, отмеченные премией Австрийской республики для переводчиков, а также полное собрание сочинений Г. Тракля, стихи
С. Георге, П. Целана и многих других немецких и австрийских авторов. Живет в Москве.

 

* * *

НАДЛОМЛЕННЫЙ ГОД,

с заплесневелой горбушкой

хлеб безумья.

 

Пей

из моих уст.

 

 

* * *

БРОСИШЬ ли надписанный

якорный камень?

 

Меня-то ничто здесь не держит:

 

ни ночь живущих вокруг,

ни ночь неукрощенных мук,

ни ночь тех, кто многорук.

 

Приди, отвали вместе со мной этот камень

от двери Непобедимого Крова.

 

* * *

УШЕДШИЙ В НОЧЬ, пособляющую

процедить звезду через лист

вместо губ:

 

остается

еще кое-что безрассудно растратить –

как растрачивают деревья.

 

 

* * *

ТО, что нас

бросило друг к другу, со-единив,

теперь заставляет распасться,

 

Одинокий камешек мира, все дальше от солнца,

плачет, стихая.

 

* * *

В ВЫСШЕЙ точке времени,

расшифровывая мир,

 

зависает чайка;

мел формируется,

 

со льда, снизу,

кивает некто

с самым опасным из всех

именем.

 

* * *

МЫ, КАК ХРАНИТЕЛИ морского песка,

в Неве-Авивим;

 

не целованный

камень плача,

шелестел в ветре,

прежде чем стать собой,

 

он ощущался на наших губах,

он кочевал

вместе с нами,

 

нам передалась

его белизна,

 

мы передаем себя дальше:

и тебя, и меня;

 

ночь, да будь осторожна,

ведома песком,

бережней уноси

нас вдвоем.

* * *

КОЛЬЦО, в напряженье дуги,

бросает тебя со скворцами

вслед стайке слов,

оставившей этот мир;

 

стреловидная, если ты прилетишь со свистом

ко мне,

я узнаю, откуда,

 

я забыл, откуда.

 

 

* * *

НЕ ВПИСЫВАЙ СЕБЯ

между мирами,

 

верь следу слезы

и обучайся жить.

 

 

* * *

ПЕРЕМЕНА МЕСТОПРЕБЫВАНЬЯ:

иди к себе, сомкнись с собой

в пропавшем без вести

земном свете,

 

я слышал, мы были

лозами неба,

что и остается доказать,

спускаясь сверху

вниз, к нашим корням,

 

два солнца имеется, ты слышишь,

два,

не одно –

ведь так?

 

 

* * *

ПЕРЕД МОИМ,

с отсветом погоды, коленом

замирает рука,

коей ты

проводишь по своим глазам,

 

звон

обретает уверенность

в круге, которым я обвел

нас двоих.

 

Впрочем, иногда

небо умирает

раньше наших

осколков.

Версия для печати