Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дружба Народов 2008, 9

Принцесса Линетт

Валентина Чемберджи. ХХ век Лины Прокофьевой. М.: Издательский дом “Классика-XXI”, 2008.

Наша новейшая история, казалось бы, открыла уже все прошлые тайны. Тем интересней взять в руки книгу, из которой узнаешь столько нового и чрезвычайно важного для восстановления картины недавнего прошлого и ее понимания.

Лина Ивановна Прокофьева, Лина, Linette Пташка, как называл ее Сергей Сергеевич Прокофьев, была практически вычеркнута из его биографии советской цензурой. Между тем она была выдающейся личностью, сыгравшей существенную роль в жизни гениального русского композитора. Она не только подарила ему двух прекрасных сыновей, она была его единомышленницей, тонко чувствовавшей, понимавшей и безгранично любившей его новаторскую музыку, а также достойной парой ему: словно изысканной оправой, она обрамляла его талант своей незаурядной красотой, безупречной стильностью, образованностью и безукоризненными манерами. Книга в сущности является документированной биографией Лины Ивановны Прокофьевой. Однако, когда речь идет о таких выдающихся людях, как Сергей Сергеевич Прокофьев и его окружение, личная биография неизбежно становится иллюстрацией и комментарием к определенному отрезку истории страны. Вот и это жизнеописание исполнено напряженного драматизма, глубочайшей исторической и человеческой значительности. Достаточно сравнить фотографии Лины Ивановны, помещенные на первом и последнем разворотах книги: молодая красавица-испанка с одухотворенным нежным лицом (начало 20-х годов) — и все еще красивая, но несущая на себе печать пережитой трагедии женщина (фотография из следственного дела. Москва. 1948 год). А между этими вехами — жизнь, полная и счастья, и тягот, и драматических коллизий: бурный роман еще молодого, но уже известного композитора с начинающей певицей Каролиной Кодина, дочерью каталонца Хуана Кодина и полупольки-полуфранцуженки Ольги Владиславовны Немысской-Верле, которые познакомились в Милане, где оба учились пению; бракосочетание Лины Кодины и Сергея Прокофьева в Эттале (1923г.); бесконечные гастроли по Европе и Америке; рождение сыновей; триумфальная поездка в СССР в 1927 году; окончательный переезд в СССР в 1936-м; “курортный роман” Прокофьева с Мирой Мендельсон, увы, закончившийся расставанием супругов, война, тюрьма, ГУЛАГ…

Автор книги, филолог-классик, литератор Валентина Николаевна Чемберджи, была знакома с Линой Ивановной не понаслышке. Ее родители, композиторы Николай Карпович Чемберджи и Зара Александровна Левина, многие годы дружили с Сергеем Сергеевичем Прокофьевым, и первое, детское впечатление о Лине Ивановне живо в ее памяти до сих пор: “…перед глазами… возникла героиня, как некое сказочно прекрасное существо женского пола, притом цветное и пестрое — на фоне тусклых и унылых привычных одеяний окружающих. Пестрое и сверкающее. Чем? Глазами? Блестящими черными волосами? Драгоценными камнями? Всем!”

Прошло много лет, прежде чем они встретились снова, но с начала 60-х до самого отъезда Лины Ивановны из СССР в 1974 году, несмотря на разницу в возрасте, их связывала тесная дружба. Личные воспоминания автора об этой незаурядной женщине и приведенные в книге ее беседы с ней интересны чрезвычайно. Однако они выделены в одну главу и скромно помещены в конце книги. Основной же корпус базируется на огромном объеме документов, публикаций, магнитофонных записей, писем, дневников. Книга ценна еще и своей исключительной достоверностью. Все сведения авторизованы живущим в Париже сыном композитора Святославом Сергеевичем Прокофьевым, в полной мере выполнившим предназначение сына великого композитора. Его долгий, кропотливый труд над рукописями отца увенчался появлением двух томов “Дневника” Прокофьева, “уникального в литературном, музыкальном и историческом смысле произведения, положившего конец бесчисленным недобросовестным и далеким от истины спекуляциям по поводу жизни и творчества композитора”. В частности, и на эти дневники опирается повествование В.Чемберджи. Но отнюдь не только. Исследовательская тщательность автора вызывает глубокое уважение. Ею освоены и осмыслены не только общедоступные источники, но и предоставленные в ее распоряжение Святославом Сергеевичем письма Сергея Сергеевича и Лины Ивановны друг к другу, копии важных документов, а также фотоматериалы из семейных и личных архивов, приведенные в книге и вызывающие искреннее восхищение, — поразительно, как из поколения в поколение являет себя в лицах Прокофьевых “порода”. Долгие часы провела Валентина Чемберджи в беседах со Святославом Сергеевичем. Это интервью “прошивает” книгу насквозь. Яркие краски добавил в описание Лины его сын Сергей Святославович. Еще одного внука Сергея Сергеевича и Лины Ивановны — сына Олега Сергеевича, ныне, увы, покойного, — В.Чемберджи знает больше сорока лет. Его рассказ об Авии (так он называл Лину Ивановну, avia — “бабушка” по-каталански) — одно из самых глубоких живых свидетельств, приведенных в книге.

И уж совсем бесценна запись рассказов самой Лины Ивановны о годах, проведенных в СССР с Сергеем Сергеевичем, и о тюрьме. Копию этих записей автору удалось получить в лондонском архиве С.С.Прокофьева.

Обилие документальных материалов, к счастью, нисколько не снижает увлекательности чтения. При исключительной авторской кропотливости, деликатности и, уместно сказать, честности — каждый поворот сюжета, каждый эпизод, каждая реплика выверены и подтверждены документальными материалами и живыми свидетельствами. Книга представляет собой цельное и захватывающее повествование, на периферии которого возникают связанные с основными героями блестящие имена: Рахманинов, Стравинский, Мясковский, Дягилев, Софроницкий, Асафьев, Равель, Пикассо, Вила-Лобос, Глазунов, Рубинштейн, Бенуа, Наталья Гончарова, Ларионов… Разве всех перечислишь! Не уходит автор и от серьезнейших, фундаментальных для подобного исследования вопросов: почему же все-таки С.С.Прокофьев вернулся в СССР в 1936 году, несмотря на предостережения друзей? Какую роль в его творческой, да и личной жизни и в судьбе Лины Ивановны сыграли власти всех уровней и всякой “специфики”?

И все же главной, пожалуй, удачей книги стал образ героини — яркой, талантливой, очаровательной, самостоятельной и независимой, порой по-женски капризной, но самоотверженной и принципиальной, отважной и верной женщины, образ, который был бы достоин встать в ряд замечательных женских персонажей мировой литературы.

Версия для печати