Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дружба Народов 2008, 1

Послереволюционный симбиоз

Рубрику ведет Лев Аннинский

Более точной характеристики того, что произошло с нами на рубеже тысячелетий, я еще не читал. “Четыре революции, слившиеся в одну”, — видят в фактах распада СССР и исчезновения Советской власти Юрий Магаршак и Федор Алексеев, чья статья опубликована во “Времени новостей” 7 августа 2007 года.

Четыре революции видят они — соответственно четырем социальным классам позднесоветского общества. Народ, интеллигенция, номенклатура, правящая верхушка. Каждый класс получил в ходе своей революции то, чего по-настоящему хотел, и не получил того, чего не хотел (или хотел, но не очень).

Конкретно. “Народ хотел одного: права пить неограниченно и в любое время”. Крушение режима было предрешено попыткой запретить алкоголь. Попыткой срыть виноградники. Народ лег костьми. Теперь он имеет сравнительно чистую и сравнительно недорогую водку. Плюс колбаску, воблу, селедку и прочую закусь в дополнение к рассолу и черной корке.

Интеллигенция. Хотела свободы слова: читать, писать и говорить, что хочешь. При этом возможность ни за что отвечать. Получила. Извечная проблема России: образованный класс не рвется к власти, он от власти отпихивается. Во власть идут “троешники”. Они и революции делают, не брезгуют А интеллигенция остается — щебетать в своей безопасной клетке. Чего и хочет.

Номенклатура. Олигархи и прочая бюрократия. Соединила, наконец, в своих руках управление с владением. Власть с ответственностью. Плюс замки, мигалки, “эндээсы” и “Мерседесы”.

И, наконец, высшее руководство. Еще в советские времена верхушка рассчитала, что если не делиться нефтью и прочими ресурсами с братскими народами и режимами, — то вдесятеро достанется России. И отпустила братишек на волю.

Мой вопрос: чего ждать дальше? Прочен ли послереволюционный симбиоз (если, конечно, извне не будет затрещины, от которой можно завалиться)?

Я думаю, прочен. Ибо все четыре класса пребывают в своем интересе и перерождаться не намерены.

Народ продолжит пить. И закусывать. Потому что иначе не выдержать — ни в нашем климате, ни в наших геополитических размерах.

Интеллигенция продолжит чирикать. Будет отмахиваться от власти и ответственности. Потому что отвечать за что бы то ни было немыслимо — при непредсказуемом народе.

Бюрократия будет и дальше владеть и управлять. И пусть. Мне ее замки и “Мерсы” без разницы, а на ее работу я неспособен. Как неисправимый интеллигент.

Высшее руководство правильно все рассчитало с нефтью (и газом). А вот сепаратисты бывшего Союза и Соцлагеря, видать, рассчитали не все. При социализме они и в руководство в принципе имели доступ: власть всегда вербовалась (и будет вербоваться) из всех слоев и концов общности. Кроме тех, которые наелись суверенитета, сколько влезло.

Что не влезло — привет: табачок врозь, граница на замке, на руинах “Советской Империи” естественно возникает послереволюционный симбиоз.

Версия для печати