Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дружба Народов 2007, 10

Перевод — это прежде всего полет в неведомое

Форум писателей и переводчиков республик Поволжья. Отчет подготовил Владимир Медведев

В апреле нынешнего года в Казани прошел форум писателей и переводчиков республик Поволжья, организованный Министерством культуры Республики Татарстан, Союзом писателей Татарстана и журналом “Дружба народов” для обсуждения столь злободневного вопроса, как “Актуальные проблемы взаимосвязи национальных литератур и художественного перевода”.

В форуме принимали участие:

Аннинский Лев Александрович, критик, член редколлегии журнала “Дружба народов”;

Ар-Серги Вячеслав Витальевич, прозаик, поэт, народный писатель Удмуртии;

Бикбаев Равиль Тухватович, поэт, председатель правления Союза писателей Республики Башкортостан, народный поэт Башкортостана;

Валеева Зиля Рахимьяновна, заместитель премьер-министра — министр культуры Республики Татарстан;

Загребин Егор Егорович, драматург, председатель правления Союза писателей Республики Удмуртия;

Ибрагимов Ильфак Мирзаевич, поэт, председатель правления Союза писателей Республики Татарстан;

Крылов Василий Васильевич, поэт, прозаик, председатель правления Союза писателей Республики Марий Эл;

Малышев Сергей Владимирович, поэт, переводчик, руководитель секции художественного перевода Союза писателей Республики Татарстан;

Теракопян Леонид Арамович, критик, заместитель главного редактора журнала “Дружба народов”;

Тургай Валерий Владимирович, поэт, председатель правления Союза профессиональных писателей Чувашской Республики, народный поэт Чувашии;

Устинов Валентин Алексеевич, поэт, президент Академии поэзии России;

Устинов Денис Валентинович, критик, заместитель главного редактора журнала “Дом Ростовых”;

Эбаноидзе Александр Луарсабович, прозаик, переводчик, главный редактор журнала “Дружба народов”.

Предлагаем вниманию читателя выступления участников встречи.

 

 

Зиля Валеева

 

Сложность преодоления барьеров

 

Наша встреча — форум, посвященный актуальным проблемам перевода, — это одновременно и рабочее совещание, и событие, приобретающее особое значение именно сейчас, когда обозначились такие проблемы, как снижение резонанса национальных литератур на общероссийском литературном поле и отсутствие переводов произведений молодых авторов из национальных республик.

Надо сказать, что татарские литераторы, объединенные в большой и серьезный писательский союз и заинтересованные в решении проблем перевода на современном уровне, отнюдь не лишены государственной заботы. В республике при поддержке президента и правительства заработала секция художественного перевода Союза писателей Татарстана. Выпущены несколько переводных книг, антологии современной татарской прозы и современной татарской поэзии, проведены семинары молодых переводчиков… Собственно, на этих семинарах и возникла идея нынешнего форума. И сегодняшняя встреча, на которую мы собрались по инициативе журнала “Дружба народов” и Союза писателей Татарстана, является продолжением этой работы.

Хочется сказать несколько слов о “Дружбе народов” — журнале, который всегда оправдывал свое название. Для присутствующих здесь авторов, как и для многих других писателей из национальных республик, “Дружба народов” в последние годы была единственной возможностью выхода к общероссийскому читателю, на общероссийскую литературную сцену. И это вовсе не частное дело нескольких конкретных литераторов. В Год русского языка в России уместно вспомнить, что этот язык дал нам не только великую русскую литературу, но и возможность межнационального общения на всей территории бывшего Советского Союза, не говоря уже о Российской Федерации. Нельзя не вспомнить, что именно русские переводы произведений наших писателей становились затем основанием для их переложения на иные языки. Именно так были переведены на английский, французский и другие западные языки творения классиков татарской литературы — Габдуллы Тукая, Шарифа Камала…

К сожалению, это можно сказать не обо всех наших мастерах. Так, данный переводческий форум совпал по времени с празднованием стодвадцатилетнего юбилея классика татарской литературы Галимжана Ибрагимова, и это служит еще одним напоминанием о том, что до обидного мало сочинений Галимжана Ибрагимова переведено на русский язык. Такой пробел не только обедняет мир российского читателя, но прежде всего сужает наше представление о литературных процессах начала прошлого века, о литературных традициях XX столетия, в формировании которых принимали участие и татарские писатели. Думаю, что Татарстан в этом смысле — не исключение и литераторов, работающих в соседних республиках, волнует та же проблема перевода их национальной классики.

Я не случайно заговорила о соседях. Вряд ли какая-либо современная национальная литература может успешно развиваться в изоляции. Мы поддерживаем постоянные отношения с литераторами поволжских республик, обмениваемся переводами и с татарского на чувашский, и с чувашского на татарский, на башкирский, удмуртский и другие языки сопредельных народов. Следует признаться, что нам удалось издать далеко не такое огромное количество переводов, как хотелось бы, однако мы стараемся продолжать эту работу на доступном нам уровне.

Как ни парадоксально, но сегодня, когда представились совершенно новые технические возможности, когда появились современные полиграфические технологии и Интернет, когда создание книги значительно облегчилось технически (хотя, может быть, и подорожало), — именно сейчас для национальных литератур на языках народов Поволжья возникла сложность преодоления издательских барьеров. Переводная литература в собственные планы наших книжных издательств не входит…

Таким образом, в сегодняшних условиях прежнего уровня работы уже недостаточно, и, кроме того, выросло новое поколение литераторов, знакомство с которыми было бы, на наш взгляд, небезынтересно не только читателям национальных республик, в которых они работают, но и всероссийскому читателю и читателям стран СНГ. Поэтому очень важно не только восстановить школу перевода, но и обеспечить ее качественную работу.

Мы особенно остро это ощущаем (напомню, что в Союз писателей Татарстана входит триста литераторов), а потому создали переводческую группу, о которой я уже говорила выше, и материально ее поддерживаем, хотя возможности для этого пока еще не слишком велики… Но даже эти небольшие усилия дают результаты. Мне было приятно услышать от наших гостей, москвичей, что казанская школа переводчиков уже пользуется известностью за пределами Татарстана. Читатели и редакторы журналов с особым интересом ждут новые произведения таких наших авторов, как Сергей Малышев, Лилия Газизова, Алена Каримова. Все они также активно переводят с татарского на русский, и их хотели бы видеть в качестве своих переводчиков немало литераторов...

Наша сегодняшняя встреча должна послужить тому, чтобы на качественно новом уровне обеспечить преодоление барьеров, создающих пробелы в литературном процессе. Думаю, что самое главное — привлечь к работе молодых талантливых авторов. К этому нас обязывает и сложившаяся ныне ситуация, когда в свет выходит больше “гламура” и “глянца”, чем серьезных содержательных книг, а литературные журналы переживают серьезные проблемы. Тут следует подумать не только о текущем дне, но и о будущем. Наш президент часто повторяет, что сейчас, когда жизнь уже налаживается, люди начинают возвращаться к серьезной литературе. Уже сегодня книга востребована, и читатели ждут именно содержательных, глубоких, высокохудожественных произведений. Так что не всегда оправдываются выводы социологов, склонных к катастрофизму. Впрочем, такие просчеты неизбежны, когда пытаются новые тенденции и новые процессы вымерять старыми инструментами — в итоге получается смазанная, а не реальная картина.

Литературе всегда есть место в жизни, и самое главное — сегодня поработать над тем, чтобы она была доступна читателю в любом регионе Российской Федерации, независимо от того, где родилось интересное произведение и на каком языке оно написано.

 

 

Александр Эбаноидзе

 

Перспективность диалога культур

 

Свое краткое выступление хочется предварить признанием. В последние годы мне везет — я часто бываю в Казани. Я полюбил этот город. Он стал для меня одним из тех мест, воспоминание о котором волнует, а посещение радует.

И вот я снова здесь, на этот раз в составе делегации московских литераторов, представляющих “Дружбу народов” и Международное сообщество писательских союзов. Мы прибыли на встречу писателей Поволжья, собранных по инициативе Министерства культуры и Союза писателей Республики Татарстан. От имени московской делегации выражаю искреннюю признательность коллегам за приглашение и гостеприимство.

Журнал “Дружба народов” почти семь десятилетий служит связующим звеном между литературами разных народов, посредством русского языка содействуя их общению и выходу к мировой читательской аудитории. Поэтому не случайно, что наша встреча проходит в рамках Года русского языка, объявленного в стране. Творческий настрой и потенциал участников внушает уверенность в ее результативности.

Нельзя не признать, что последние пятнадцать лет журналу “Дружба народов” то и дело приходится преодолевать организационные трудности, наши творческие успехи, отмеченные множеством литературных премий, объясняются прежде всего самоотверженным трудом коллектива. Что движет нами? Мы работаем, чтобы на деле показать перспективность диалога культур как на пространстве СНГ, так и внутри Российской Федерации, выявить потенциал сотрудничества и осложняющие его факторы.

Начало третьего тысячелетия, время, которое мы проживаем, в равной степени характеризуется тягой культур друг к другу и отставанием собственного своеобразия. Именно в точке пересечения этих тенденций — место приложения наших усилий. Реализовать столь важную и сложную задачу невозможно без работы высококлассных переводчиков. Сегодня “Дружба народов” — единственное издание, реально поддерживающее переводческое искусство. Уникальная школа художественного перевода с языков бывшего Союза и национальных автономий России, созданная в Советском Союзе, гибнет у нас на глазах. Думаю, что со временем усилия по ее спасению зачтутся нашему журналу как самая большая заслуга.

Еще раз подчеркну — организация казанской встречи писателей Поволжья есть та самая конкретная, деловая поддержка наших усилий, о которых я только что говорил, в которой нуждается “Дружба народов”. Если ее подкрепить увеличением подписки на журнал в Поволжском регионе, это обернется серьезным подспорьем…

Мы приступаем к работе. Думаю, нам есть чем поделиться, что обсудить и обдумать. Обществу полезно узнать мнение писателей о происходящем в стране. Талант подмечает то, к чему слепы рациональный ум и прагматичный взгляд политиков и экономистов; таланту от природы присуща чуткость к человеческой судьбе, такая редкая в периоды крутых перемен.

Надеюсь, нас ждут творческие открытия и неожиданности.

Еще раз спасибо — за коллегиальность, за содружество, за Казань!

 

 

Равиль Бикбаев

 

Главное для писателей —

духовное строительство

 

В 1812 году в типографии Казанского университета была издана уникальная книга на русском языке, которая называлась “"Куз-курпяч", башкирская повесть, написанная на башкирском языке одним курайчем и переведенная на российский в долинах гор Рифейских в 1809 году”.

Так двести лет тому назад памятник башкирской литературы перешагнул свои национальные границы и стал фактом общероссийским. Это стало возможным благодаря переводу, благодаря великому русскому языку, благодаря просветительской деятельности Казанского университета, где, кстати, в числе первых студентов учились башкиры.

С XIX века жизнь башкирского народа нашла яркое художественное воплощение в произведениях многих русских писателей. Меня всегда восхищала поразительная художественная мощь русской литературы. Я уважаю ее за великую человечность, за умение воспринимать страдания другого народа как свою боль и свои страдания.

“Написав сто тысяч строк, он не написал ни одной, которая могла бы обидеть какое-либо племя” — эту замечательную фразу я встретил в статье, посвященной столетнему юбилею Александра Сергеевича Пушкина. Ее написал башкирский просветитель и поэт Мухаметсалим Уметбаев, который первым в тюркоязычных литературах перевел поэму “Бахчисарайский фонтан”.

Творческие связи башкирской литературы с Пушкиным насчитывают более ста лет. К двухсотлетию поэта мы выпустили очень своеобразную книгу “Наш Пушкин”, свидетельствующую о великом уважении Башкортостана к гению русской литературы.

Произведения русских писателей о нашем крае в 60-е годы прошлого века были изданы у нас в пятитомнике “Башкирия в русской литературе”. Недавно вышло в свет второе, семитомное издание этой серии.

Духовное взаимообогащение народов во многом определяется взаимопроникновением, взаимообогащением литератур. Русская литература, русская речь были одним из важнейших средств нашей связи с миром. Именно в переводе на русский язык сохранились некоторые стихи поэта и воина Салавата Юлаева, многие исторические документы и произведения литературы, такие, как, к примеру, башкирский народный роман “Алдар и Зухра”. Через русский язык до башкирского писателя дошли произведения мировой классики, обогатился эстетический опыт народа. На этой основе в двадцатые-тридцатые годы прошлого столетия в башкирской литературе утвердились новые жанры и формы.

В шестидесятые-семидесятые годы прошлого столетия башкирская переводческая школа достигла своего совершенства. Чтение некоторых произведений мировой классики на башкирском языке доставляет истинное эстетическое наслаждение. И что поразительно, самые яркие образцы переводческого мастерства созданы в самой сложной и утонченной области — в поэзии. Некоторые переводы могут соперничать с оригиналом: они блестяще воссоздают авторский колорит, гармонично перелагая его на башкирский язык в рамках национальной духовности народа. Таких примеров немало. Назову только титанический труд Рами Гарипова, особенно его переводы Омара Хайяма и Сергея Есенина.

Многие наши поэты, начиная с Акмуллы, Бабича и Даута Юлтыя, переведены на русский язык. В итоге набирается немало материала, но здесь количество не всегда переходит в качество. Большинство произведений Мустая Карима, Назара Наджми, Мусы Гали, отдельные стихи Хакима Гиляжева, Катибы Киньябулатовой переведены на хорошем уровне, который в целом соответствует высоким требованиям.

К сожалению, это серьезное дело зачастую превращалось в кампанию, в легкое ремесло. Появлялись никем не читаемые переводы, где почти ничего не оставалось от своеобразия, самобытности наших поэтов. В итоге башкирская поэзия в масштабах России и за ее пределами выглядит еще недостаточно полно. Сколько наших талантливых поэтов, таких, как Рашит Назаров, остаются неизвестными читателям других народов.

В это же время на самом высоком художественном уровне развивалась башкирская поэзия, особенно философская лирика. Однако из-за отсутствия достойных переводов многие из этих ценностей все еще остаются недоступными для иноязычных читателей.

После развала СССР разрушилась налаженная усилиями и талантом многих поколений переводческая школа. Прекратило свое существование государственное книгоиздание, пришли в упадок издававшиеся миллионными тиражами центральные литературные журналы, оказались невостребованными опытные переводчики. Конечно, и в годы расцвета переводческой работы, когда в советских издательствах систематически выпускались зарубежная классика и новинки национальных литератур, на прилавках книжных магазинов годами лежали серые сборники пробивных авторов, недостойных представлять ту или иную национальную литературу.

Теперь произведения писателей из республик Российской Федерации в Москве издаются крайне редко. Связь национальных литератур с всероссийским читателем не может быть прочной, если публикации носят редкий и не планомерный характер. Эта проблема, особенно состояние поэтического перевода, не просто вызывает тревогу, а пора уже бить в набат.

Мы стараемся сохранить и развивать установившиеся добрые традиции. Не прерывается связь между писательскими организациями Башкортостана, Татарстана и Чувашии. Часто встречаемся на юбилеях наших классиков. Недавно в городе Белебее прошел 11-й фестиваль “Родники вдохновения”, не имеющий аналога во всей России. К этому фестивалю ежегодно выпускается поэтический сборник на четырех языках, присуждается премия имени Фатыха Карима поэтам четырех литератур, мы с гостями с братского Татарстана и Чувашии выступаем в четырех учебных заведениях — в башкирской, русской, татарской, чувашской гимназиях Белебея, в педколледже, где также имеются четыре национальных отделения.

Стал доброй традицией выпуск книг татарских писателей и поэтов в серии “Библиотека братства” в нашем издательстве “Китап”, а также обменные издания сборников башкирских авторов в Татарстане.

В последние годы появилось много переводов на турецкий язык. Вышли башкирские эпосы, двухтомная антология, книга Салавата Юлаева на башкирском и турецком языках. Наверно, произведения башкирской литературы сейчас в Турции издаются чаще, чем в Москве.

Последние пятнадцать лет в истории нашей республики сопровождаются укреплением и утверждением государственности Башкортостана — основы экономического и духовного строительства. Для нас, писателей, самое главное — духовное строительство. В годы экономических потрясений и политических катаклизмов, когда закрылись некоторые центральные журналы и издательства, у нас в Башкортостане сохранилось государственное книгоиздание, начали выходить новые газеты и журналы на башкирском, русском, татарском языках. К новым изданиям в декабре 1998 года прибавился долгожданный журнал на русском языке “Бельские просторы”. Недавно вышел его юбилейный — сотый номер. Переводческая работа в последние годы у нас в республике в основном сосредоточена в редакциях журнала “Бельские просторы”, газеты “Истоки”, в издательстве “Китап”. В Союзе писателей под руководством Айдара Хусаинова работает секция переводчиков. Наряду со вторым изданием тридцатитомного свода башкирского фольклора начали выходить первые тома этой библиотеки на русском языке. Успешное завершение этого издания требует большого и кропотливого труда.

Острую нехватку переводчиков мы особенно сильно ощутили во время подготовки фундаментальной “Антологии поэзии Башкортостана”, куда вошли образцы башкирского фольклора, памятников древнетюркской литературы, произведения более двухсот башкирских поэтов, а также стихи русских, татарских, чувашских поэтов, родившихся в нашей республике. Потребовалась мобилизация всех наших переводческих сил. Очень помогли переводы, опубликованные до этого в разных сборниках в разные годы. Стихи многих поэтов, особенно молодых, впервые переводились во время подготовки данного издания. Несмотря на большие трудности, мы с Азаматом Юлдашбаевым завершили работу над “Антологией поэзии Башкортостана”, и она выйдет в издательстве “Китап” в серии книг, посвященных 450-летию добровольного присоединения Башкирии к Российскому государству.

Проблема перевода в нашем многонациональном Башкортостане остается актуальной. Наши опытные переводчики достигли преклонного возраста. Давно пора думать о новом поколении. В начале девяностых годов из нашей республики в Литературном институте училась группа переводчиков. Из этой группы активно работают Айдар Хусаинов, Зухра Буракаева, Фарит Ахмадиев. Работы Айдара и Фарита были высоко оценены на семинаре молодых переводчиков, организованном журналом “Дружба народов” в октябре 2004 года в Переделкине. Ныне безотлагательной задачей является подготовка новой смены переводчиков. Опыт решения вопросов национально-культурных взаимосвязей в нашей республике, где изучаются четырнадцать языков и выходят газеты на шести языках, имеет, несомненно, общероссийское значение.

“Башкиры мои, нам нужно просвещение!” — с этим призывом Акмуллы башкирский народ встретил XX век. Эти идеи остаются крайне актуальными и для нового тысячелетия. С какой проницательностью вглядывался Акмулла в будущее, когда писал эти вещие слова: “Хорошо получить знания не только через русский, но, если в силах, и через французский язык”.

Горизонты литературы — это горизонты духовного видения личности. Трудно представить нацию, вышедшую на путь широкого исторического развития, которая ограничивалась бы только своей средой, своей духовной сферой. Самоизоляция может привести к печальным потерям. В Год русского языка особенно зримо предстает тот путь развития, который можно определить Веком русского языка в башкирской литературе, когда она благодаря переводу и широким творческим взаимосвязям обогатилась новыми художественными достижениями.

 

 

Ильфак Ибрагимов

 

Только на ветрах свободы

крепнут крылья поэзии

 

У поэта Мухаммедьяра, жившего в последние годы существования Казанского ханства, есть такие строки:

Этот чудный город однажды переполнился поэтами:

И стар и млад начали писать стихи.

Действительно, поэзия татарского народа, так же, как и поэзия других тюркских народов, чрезвычайно богата и уходит корнями в глубокую древность. И если мы говорим, что татарская литература имеет более чем тысячелетнюю историю, то речь идет прежде всего об истории нашей поэзии.

Разумеется, история состоит из отдельных личностей и отдельных произведений. Называя сегодня отправной точкой, своеобразным истоком татарской поэзии великого Кул Гали, жившего в начале XIII века, и его бессмертный дастан “Кысса-и Йусуф”, мы имеем в виду не только то, что десятки списков этого произведения были найдены практически везде, где издавна жили татары, но мы также помним и о том влиянии, которое он оказал на всех татарских поэтов, живших после него. Хотя произведение Кул Гали создано по мотивам сюжетов из Библии и Корана, в его художественной ткани можно легко заметить и элементы устного народного творчества, и бесценные свидетельства о тогдашнем образе жизни булгаро-татар.

Древняя татарская поэзия подпитывалась, с одной стороны, влиянием Востока, философией ислама, а с другой — и это главное — ее корни прорастали из татарской земли и уходили очень глубоко — в глубь столетий. Именно соединение этих двух начал мы видим и в литературе эпохи Золотой Орды — Махмуда Булгари, Саифа Сараи, и в пронизанных религиозно-философскими и дидактическими мотивами “Мудрых изречениях” Мавля Колыя — поэта, жившего в XVIII веке, и в поэмах влюбленного муллы — Габдельджаббара Кандалыя, вознесшего в XIX веке земную любовь на недосягаемую высоту.

Общественные перемены, произошедшие в жизни России в конце XIX — начале XX века, разумеется, оказали влияние и на жизнь татар. Теперь, когда мы перешагнули рубеж XXI века, можно с уверенностью сказать: в XX веке татарская поэзия развивалась и расцветала под созвездием Тукая, а сам Тукай, как Полярная звезда, освещал путь не только татарской поэзии, но и татарской нации.

Закономерно, что в начале прошлого века одновременно с Тукаем на литературную арену выдвинулись десятки поэтов, среди которых были Дэрдменд, М.Гафури, Н.Думави. В этот период в татарскую прозу также приходят большие писатели — такие, как Г.Исхаки, Ф.Амирхан, Г.Ибрагимов. Это был естественный процесс, поскольку всюду, где жили татары, работали медресе. Положительным итогом первой русской революции стала выдача правительством разрешений на издание татарских газет и журналов, открытие татарского театра. Татарская буржуазия также получила некоторую экономическую свободу. А ведь только на ветрах свободы могут окрепнуть крылья поэзии!

Надо заметить, что в этот период татарская поэзия перестает быть чисто восточной и начинает испытывать целебное воздействие западной культуры и великой русской литературы в частности. Одной из главных особенностей татарской литературы XX века как раз и стало то, что она, не растеряв своей истинной сути — подлинно национального лица, — освоила и переработала благотворные традиции, идущие с Востока и Запада...

Ввиду известных событий, произошедших в российском государстве, и у нас появились те, кто подвергает сомнению важность роли литературы: сегодня, мол, она народу не нужна. Однако не будем забывать, эти подобные возражения впервые возникли тогда же, когда появилась сама литература — возможно, еще в каменном веке. В связи с этим на память приходит одна притча.

В те далекие времена, когда люди жили племенами, один из вождей имел обыкновение, уходя с мужчинами племени на охоту, сажать возле костра певца. Вечером, когда усталые охотники возвращались с добычей, певец, сидя возле кипящего котла, заводил песню, сочиненную им днем: воспевал храбрость одних и высмеивал трусость других. Однажды один из тех, кого высмеял певец, крикнул: “Эй, вождь! Пока мы целый день мучаемся на охоте, этот человек сидит у костра, а добычу мы вынуждены, делить и с ним. Пусть он тоже идет с нами, посмотрим тогда, как он запоет!”. Другие охотники поддержали его. На следующий день певец вместе со всеми пошел на охоту. И оказался не хуже других! Вечером вождь сказал: “Ну, певец! Спой свою песню, развлеки нас”. Но певец ответил: “Нет, я устал и не в состоянии что-либо сочинить”.

Действительно, поэты и писатели всегда играли существенную рель в жизни татарского общества. Они были подлинными “властителями дум”. Достаточно назвать имена представителей старшего поколения: М.Джалиль, Х.Такташ, Х.Туфан, А.Еники, Г.Баширов, С.Хаким и другие. В 60-е годы им на смену пришли А.Гилязов, Г.Ахунов, М.Магдеев, И.Юзеев, Ш.Галиев, Т.Миннуллин, Р.Ахметзянов, М.Хабибуллин, М.Юнус, Р.Файзуллин, Р.Харис, Р.Мингалим, Г.Рахим, Р.Гатташ, М.Галиев, Л.Шакирзян, А.Рашит, Р.Батулла, Р.Миннуллин, Р.Валеев, М.Аглямов, Зульфат и другие.

Не менее замечательна разноцветная палитра литературной жизни Татарстана и сегодня. Мы с гордостью называем имена Х.Аюпова, З.Мансурова, Р.Зайдуллы, Г.Мурата, К.Каримова, Ф.Байрамовой, Н.Гиматдиновой, И.Иксановой, З.Хуснияра, В.Имамова, Н.Ахмадиева и других.

Литература — это одна из высочайших вершин, которых достигло человечество. Эту истину в Татарстане понимают: татарская поэзия не только любима народом, ее роль в обществе подкрепляется и действиями руководства республики. То, что в последние годы наряду с поэтами старшего поколения на поэтическую арену выходят двадцатилетние поэты, ясно показывает, что татарская поэзия не отступает ни на шаг даже в наше непростое время. Литература современного Татарстана живет и активно развивается.

 

 

 

Вячеслав Ар-Серги

 

Подарок, которым можно

поделиться со всеми

 

По-моему, само жизненное существование художественной литературы невозможно без перевода. И это — аксиома, одна из редких в нашем деле. Перевод — это прежде всего спасение для автора, когда своё — ну, не пишется и всё... Более того, перевод просто необходим для поддержания должной творческой формы, определяющей готовность автора к рождению и своего произведения. Прагматично? Да, но не более чем констатация факта. Ведь если исходить из того, что даже и мысль — материальна, не говоря уже о Слове произнесенном, напечатанном, переведенном, то в этой прагматичности видится и своя доля совершенно необходимой правды о том, “что минералы сами во двор не придут”, по М.В.Ломоносову, и когда переводчик, который и сам является созидателем, открывает у переводимого им автора новые неординарные художественные формы и идеи, то это обогащает и его собственную творческую оснастку. Как же убого выглядела бы писательская жизнь в современном мире, коль была бы запертой по национальным домам. Поэзии маетно за замками, там она хиреет и теряет свои крылья. И потому мне кажется, что перевод произведений иноязычных коллег на свой язык — это прежде всего полет в неведомое, струя свежего, незнаемого доныне ветра в лицо, трепетное осязание ранее неведомого, расширение горизонтов и чувство упругости шага по нехоженым ранее землям. Согласитесь, ведь это — чудесно!.. И, конечно, это — праздник. А как прийти на праздник встречи Новизны с пустыми руками? Ни-ни... А подарок — вот он, переведенные тобою стихи, рассказы, согретые дыханием твоим. Это такой подарок, с которым можно поделиться со всеми людьми, твоими читателями — сотнями, тысячами... И от этого подарок нисколько не убудет, а наоборот — его станет больше. И самое доброе для переводчика — дружеское пожатие твоей руки переведенным коллегой или неизвестным читателем. Это — ни с чем не сравнимо! Чувство биения в едином ритме сердец творца и переводчика, в лейтмотиве которого — осязание своей неразрывной связи с Литературой.

Я перевожу стихи и прозу друзей (не важно, в каком веке они живут), близких моему сердцу людей, близких моему духу творцов — и убеждаюсь, насколько от этого я и сам становлюсь шире, добрей и богаче. Нет, конечно же не деньгами. Переводами я занимаюсь отнюдь не для денег, уж и сам не знаю, платят за них сейчас или нет. Вряд ли... О достойной оплате за эту труднейшую работу я уже и не заикаюсь. Ведь я работаю (и живу) в так называемой некоммерческой литературе в самом крайнем ее проявлении — литературе немногочисленного народа, в той, в которой, наверное, скоро и слова-то “гонорар” не станет, но останется главное — веление души.

Когда я перевожу поэтов и писателей разных литератур и меня, в свою очередь, переводят и печатают на разных языках — я явственно чувствую то, что литературная наша жизнь, вопреки всем “доброжелателям”, продолжается. Течение реки этой жизни вряд ли удастся загородить плотинами безденежья и нищеты, загнать в безжизненные берега чистогана... Нет, столкнувшись с плотинами, мы превратимся в пар, поднимемся на небо и прольёмся дождями над новыми землями, где нас тоже будут понимать — благодаря нашим переводчикам и нашим переводам... Будь благословенен этот дождь...

Сегодня мы собрались в славном городе Казани — поэты, писатели, критики и литературоведы из разных областей и республик нашего региона и Москвы. Идет заинтересованная профессиональная беседа о проблемах актуального звучания художественных переводов. И все мы понимаем друг друга — и татары, и чуваши, и марийцы, и удмурты, и русские. Одно перечисление национальностей наших коллег потребует определенного усилия. Но главное в том, что мы ведем совершенно взаимопонятный и взаимоинтересный разговор. И как же за это не поклониться русскому языку, определяющему незримое присутствие за нашим столом выдающихся мастеров русского художественного слова — всех времен и эпох. И это накладывает на каждого из нас радующую душу ответственность за наше слово.

Художественный перевод — это дело государственной важности для всей нашей многонациональной России, как внутри ее, так и извне. Это — вторая аксиома... Но как всегда у нас получается — на нужное денег не найдется, а на другое — пожалуйста. Мы смело наступаем на новые грабли, оставленные строителями Вавилонской башни. Видно, что для нас история — не лучший учитель. Грустно...

 

 

 

Валерий Тургай

 

Мы гордимся, что “Фауста” читаем

на родном языке

 

У нас, чувашей, есть странная пословица. На русский ее можно перевести словами “Чувашскую книгу корова съела”. Вы спросите: “При чем тут корова?” Да мы и сами удивляемся. Но при этом понимаем, что корова здесь — всего лишь образ, всего лишь символ. Ведь на своем длинном-предлинном историческом пути чувашский народ видел и победы, и поражения, и горящие в пламени древние книги…

Я не буду касаться здесь древней чувашской рунической письменности, текстов древних чувашско-булгарских эпитафий…Упомяну лишь, что первые записи образцов богатейшего чувашского фольклора относятся к XVIII веку, а первым текстом, переведенным на чувашский язык, была молитва “Отче наш” (1733 год).

Огромную роль в развитии чувашской культуры, становлении чувашской литературы сыграло создание нашим великим просветителем И.Я.Яковлевым и его учениками новой, “яковлевской”, чувашской письменности. Это дало мощный импульс переводам произведений как религиозной, так и мировой литературы.

Одним из лучших переводчиков на чувашский в дореволюционный период, безусловно, является классик чувашской литературы Константин Иванов (1890—1915), автор знаменитой поэмы “Нарспи”. К.В.Иванов великолепно перевел “Песню про купца Калашникова” М.Лермонтова, стихотворения А.Кольцова и Н.Некрасова.

Кстати, о поэме “Нарспи”. В 2008 году исполняется сто лет со дня издания этой жемчужины многонациональной российской литературы. “Нарспи”, в которой “масштабно осмыслены основные философские проблемы: человеческая личность и общество, добро и зло, соотношение материальных ценностей, гуманизм, противоборство жизни и смерти” (Ю. Артемьев) и которой восхищались и А.Твардовский, и А.Жаров (один из переводчиков поэмы на русский язык)... Из известных нам семи переводов “Нарспи” на русский язык лучшей является работа Бориса Иринина, перевести которому произведение К.В.Иванова на русский посоветовал А.Твардовский. В целом же “Нарспи” переведена на десятки языков мира.

Празднование столетия со дня издания “Нарспи” (по этому поводу издан Указ Президента Чувашии Н.В.Федорова, создан авторитетный оргкомитет) станет еще одним важным и ярким событием в жизни чувашского народа и поможет расширить наши культурные и духовные связи с народами России и мира.

После 1917 года переводческое дело в Чувашии становится делом особой важности. Для чувашского театра переводятся драматические произведения Мольера, Бомарше, Шиллера, Гюго, Метерлинка… Отдельными книгами печатаются в переводе на чувашский произведения многих классиков мировой и советской литературы.

Выдающимся переводчиком как с чувашского на русский, так и с русского, болгарского, татарского и грузинского на чувашский является Народный поэт Чувашии Педер Хузангай (1908—1970). Петр Петрович создал свою, хузангаевскую, школу художественного перевода и многие годы успешно ею руководил. Лучшими переводами П.Хузангая на чувашский, на мой взгляд, являются “Евгений Онегин” и “Витязь в тигровой шкуре”.

Мы, чуваши, можем гордиться и тем, что “Фауста” можем читать на родном языке. Эту гениальную трагедию великолепно перевел с немецкого на чувашский Наум Урхи (1891—1984).

Одним из лучших учеников П.Хузангая и активным продолжателем его дела является наш всемирно известный Геннадий Айги. Это — уникальное явление в современной мировой литературе. Во-первых, он — поэт, чьи стихотворения переведены на языки пятидесяти четырех народов мира. Во-вторых, — прекрасный переводчик с русского на чувашский (чего стоит лишь “Василий Теркин”!), с французского на чувашский (за антологию “Поэты Франции” ему в 1972 году присуждена премия Французской академии). В-третьих, благодаря именно Г.Айги стало возможным издание под эгидой ЮНЕСКО “Антологии чувашской поэзии” на венгерском, итальянском, английском, французском и шведском языках. Это — уже подвиг! А ведь кроме “Поэтов Франции” Г.Айги еще издал на чувашском антологии “Поэты Венгрии” и “Поэты Польши”.

Не могу не упомянуть еще об одном, как нынче говорят и пишут, проекте. Я имею в виду уникальный сборник под названием “Пашня Нового Дня” (Чебоксары: “Руссика”, 1999), в котором одноименное стихотворение нашего гениального поэта Михаила Сеспеля (1899—1922) опубликовано на пятидесяти пяти языках народов мира. Это стало возможным и потому, что благодаря титаническим усилиям того же Педера Хузангая в Чебоксарах в 1969 году был издан сборник М.Сеспеля, в котором стихотворение “Пашня Нового Дня” было опубликовано на пятидесяти языках…

Итак, несмотря ни на что, чувашская национальная культура и чувашская литература развиваются. Есть конечно же и серьезные проблемы. Но есть и реальные достижения. Меня, например, радует то, что наконец-то мы начали переводить на русский язык свой эпос “Улып”. Переводом упорно и успешно занимается наш известный поэт Аристарх Дмитриев. Работа, как нас заверяет переводчик, должна завершиться осенью текущего года.

Чувашский народ никогда не стремился к самоизоляции. Наоборот, мы всегда отличались свой открытостью, дружелюбием и отсутствием какой бы то ни было агрессивности. Нашу культуру, наш духовный мир обогащает мировая культура. Но и мы сами, думается, не сидим сложа руки. Есть чему и у нас поучиться.

 

 

Василий Крылов

 

О переводах и переводчиках

 

Перефразируя известное изречение “Восток — дело тонкое”, мы можем сказать то же самое о переводе. Это прежде всего выход за областные границы национальной литературы, приобщение к российскому, мировому литературному процессу. Я хотел бы остановиться на двух моментах: качестве переводимых произведений национальных авторов и нынешнем состоянии дел в нашей республике.

Говорят, писатели, поэты воспринимают свои произведения как своих детей. А когда эти произведения — переводные? Очень осторожно. Есть более удавшиеся, есть — менее. Все зависит от опыта, мастерства переводчика. Не секрет: хороший художественный перевод с одного языка на другой получает новую, вторую жизнь в иноязычной сфере обитания. Поэтому произведения таких марийских поэтов, как Миклай Казаков, Валентин Колумб, Семен Николаев, Василий Регеж-Горохов, и других хорошо знакомы русским читателям, а также финно-угорскому миру.

В переводческом процессе есть свои нюансы, и это сразу сказывается на содержании. Ни для кого не секрет, что переводы осуществляются обычно через подстрочник. Поэтому иногда неловко становится самому автору, когда образы переводного произведения вовсе не свойственны мировидению пишущего. Такие факты и в наши дни встречаются. Конечно, было бы идеально, чтобы перевод осуществляется прямо с языка оригинала. Но об этом остается только мечтать.

Развитие национальной литературы немыслимо без переводческой деятельности. К большому сожалению, серьезные произведения марийских писателей и поэтов редко доходят до русскоязычного читателя. На то есть и объективная причина: в последнее время центральные издательства мало обращают внимания на национальных авторов, исчезли региональные литературно-художественные периодические издания. Помнится, как в старые добрые времена в издательствах автономных республик Поволжья выпускали ежегодно поочередно альманах “Между Волгой и Уралом”, где публиковались, в основном, переводные произведения национальных авторов…

Надо сказать, что последние годы переводческая деятельность оживилась в финно-угорской литературной среде. Этому способствуют традиционные Международные встречи финно-угорских писателей, проводимые поочередно в национальных республиках раз в два года. Один из таких конгрессов был посвящен переводу художественных произведений и назывался “Мосты”. Правы организаторы встреч: перевод не только средство международного, межнационального общения, — это единственно возможный путь культурного, духовного сближения народов, наций, стран.

Нельзя не упоминать добрые начинания Финского общества им. М.Кастрена, оказывающего поддержку уральским языкам в России и ежегодно выделяюшего стипендии для перевода на финно-угорские языки произведений русских классиков и финно-угорских писателей.

Перевод — просветительство в самом высоком смысле слова. Суть нашей литературной деятельности — поиск “переправ” и “мостов” на просторах России. И я рад, что журнал “Дружба народов” помогает нам находить новых друзей по перу.

 

 

Сергей Малышев

 

Литература всегда национальна

 

Мы живем в многонациональной стране, соседи — люди и народы — не обязаны любить друг друга, но уважение, а лучше бы еще и понимание, необходимо. Скажем, для понимания татар скачки или автогонки мало что дают, англичане тоже скачут и на машинах гоняют. А вот талантливое описание тех же скачек или автогонок, сделанное татарином, дает уже доступ во внутренний мир народа. Музыку, науку, изобразительное искусство только с большой натяжкой можно назвать национальными, язык у них в основном интернациональный. И только литература всегда национальна, другой попросту не может быть, ведь в языке запечатлена вся история, культура народа.

Если мы хотим, чтобы народ уважали и понимали, его литературу надо переводить.

И переводить в первую очередь на русский. До сих пор произведения национальных авторов России выходили на международную литературную арену через посредничество русского языка, переводов на русский язык.

В советское время этому уделялось большое внимание. Лицемерие, конечно, имело место. В словах “Расцвет каждого народа в братской семье народов и слияние их в новую общность — советский народ” главным было все-таки слияние. Но ведь переводили, переводили много и хорошо.

Множество советских литераторов жили на заработки от переводов, что давало возможность заниматься и собственным творчеством. Переводы делались почти всегда с подстрочников. В Казани дела обстояли так же, как и во всем Советском Союзе. На гонорары за переводы я прожил семь лет, самых продуктивных для моих собственных стихов. Достаточно было переводить по четыре строчки в день, чтобы жить заведомо не хуже среднего инженера.

Распад СССР и последующие события воспринимаю как личную трагедию: я остался без любимой работы. И не только я. К лету 2005 года хватило бы пальцев на одной руке, чтобы пересчитать тех, кто умеет грамотно перевести художественный текст с татарского языка на русский. Зачастую эти драгоценные единицы работали хорошо, хотя какой спрос при полном отсутствии конкуренции? Жаль одного талантливого переводчика, который вконец исхалтурился настолько, что мог за пару-другую суток перевести повесть, в которой и сам автор с трудом опознавал оригинал.

Ситуация начала меняться с приходом в Союз писателей Татарстана нового председателя. Конечно, и время ему благоприятствовало, и в кабинетах власти его поддержали (практически одновременно министром культуры стала Зиля Рахимьяновна Валеева), но от усилий немногих многое зависит.

Русская секция, которой руководит поэт и переводчик поэзии Лилия Газизова, не просто сменила свое название на более длинное “Секция русской литературы и художественного перевода”, но и реально ему соответствует. Ведется постоянный поиск людей, способных к каторжному труду переводчика, индивидуальная работа с каждым — и есть некоторые результаты. Можно уже говорить о переводчиках нового поколения, это — Наиль Ишмухаметов, Михаил Тузов, Айгель Гайсина, Талия Шарафиева, Дина Садыкова,Тимур Алдошин. Появилась в аппарате Союза молодая и энергичная Алена Каримова, которая занимается переводами и переводчиками.

Трудно представить насыщенность времени, стоящего за этими словами. При нормальном ходе событий потребовалось бы лет пять, а было всего полтора.

Кстати, о требовании времени. Появился спрос, появилось и предложение. Хорошо переводит татарскую прозу Наиля Краева, которую ничему учить было не надо, научилась сама. Из вынужденной многолетней “спячки” вышел один из немногих оставшихся в Казани переводчиков советского времени Борис Вайнер. В частности, он как редактор и переводчик поучаствовал в издании юбилейных книг Габдуллы Тукая. А остальные начинали с “нуля”.

Установка была такая: если владеешь литературным татарским, открывай книгу и переводи с оригинала. Параллельно сделай подстрочник, чтобы тебя проще было контролировать. Заодно научишься и грамотно делать подстрочники.

Плавать учили, сразу столкнув новичка в воду. Ему назывался конкретный автор и примерные сроки, в которые он должен уложиться. Плоды усилий новичка обсуждались, возвращались на доработку, снова обсуждались и т.д. Одновременно в литобъединении при музее Горького проводились занятия по изготовлению грамотных подстрочников — наивно было бы думать, что в обозримое время удастся от них отказаться. Практически все начинающие татарским владеют, однако объем работы, которую необходимо проделать в ближайшие годы, таков, что не обойтись и без привлечения литераторов, не владеющих татарским языком.

Если учесть, что планомерная работа ведется всего полтора года, то результаты хотя и выглядят скромно, но обнадеживают. Вышло несколько подборок в городской и республиканской прессе; две переводные поэтические книги — Сажиды Сулеймановой “Наедине со звездами”, в которой казанские переводчики проделали немалую часть работы, и Мухаммата Мирзы “Дорога к тебе”, которую казанцы сделали фактически своими силами при участии московских переводчиков. Вышли сборники прозы Гаухар Хасановой и Наили Краевой, переведенные в Казани. Борис Вайнер издал книгу своих переводов татарской детской поэзии. В переводе Сергея Малышева (при участии питерца Сергея Махотина) вышла книга детских стихов Рафиса Курбана.

Подготовлены к изданию две антологии — “Татарская современная проза” и “Современная татарская поэзия”. Некоторые огрехи их очевидны и для составителей. Но выбирать пока что особо не из чего, местные переводчики сделали все, что могли. А книги эти нужны уже сейчас. К тому же начата работа над вторым выпуском “Современной татарской прозы”.

Вместе с тем возможность профессиональной переводческой деятельности упирается в центральную проблему — оплату труда, гонорарные ставки. И в первую очередь это относится к переводу прозы. Перевести небольшой рассказ может практически любой переводчик поэзии, что, собственно, и делается. Большую же повесть или роман возьмется делать только недобросовестный человек, для которого скорость перевода важнее качества. Наша переводчица Гаухар Хасанова разрешила мне воспользоваться ее высказыванием: “Небольшой роман в десять листов — это для меня минимум десять месяцев напряженной работы. Пообещают мне за него шестнадцать тысяч. Год моей жизни стоит шестнадцать тысяч”.

Я разговаривал с нашими переводчиками и хорошими переводчиками из других городов. Все они единодушно утверждают: охотно бы переводили, если гонорарная ставка вырастет в три раза. Хотя и в этом случае прожить на заработки от переводческой работы невозможно, но они отказались бы от других приработков в пользу переводов.

Сейчас перед нами стоит задача перевода татарской литературы и на другие языки, помимо русского, в первую очередь — на турецкий и английский. Это вполне реально. Надеюсь, к будущему году можно будет показать первые результаты.

Убежден, что, если курс на поддержку переводческой деятельности будет продолжен — а он должен быть продолжен, — татарская литература займет наконец подобающее место в многонациональном сообществе литератур. Существующие переводы не дают достаточного представления, насколько она многообразна, значительна и интересна. Переводы татарской литературы способны обогатить не только русскую, но, скорее всего, любую литературу мира.

Отчет подготовил Владимир МЕДВЕДЕВ

Версия для печати