Опубликовано в журнале:
«Дружба Народов» 2006, №3

...И уходи ты, ради Бога!

Стихи. Перевод Ниджата Мамедова

Салим Бабуллаоглу родился в 1972 г. — поэт, эссеист. Автор сборника стихотворений и рассказов. Переводил турецких, русских и английских поэтов. Лауреат ряда национальных и международных литературных премий. Главный редактор журнала “Мировая литература”.

 

* * *

Наливай, дружок,
суетиться не надо, просто наливай,
и не смотри на меня словно истукан,
знал бы ты сколько граней у бренности,
вот тебе граненый стакан,
наливай сюда,
я выпью
выпью залпом и мигом,
ибо миг есть вечность.
за вечность я и мигом выпью,
только так смогу бренность сбить с колеи,
запивать жизнью судьбу не буду,
чашу свою выпью до дна,
со дна проснувшегося подсознания
посмотрю на мир,
на те6я,
какой ты молодой,
на себя посмотрю взглядом усталым,
только так,
только взгляд усталый
скажет
и покажет как когда-то человек
большими глотками бренность глотал,
глотает,
кается,
каяться не надо вслух,
хватайте за горло пьяного таксиста,
который везет нас в никуда.

 

* * *

Эй, вы, забытые люди! Куда спешите?
Я только что начал вспоминать вас…

 

* * *

Пока не ворвались нетопыри в погонах,
не потребовали документ размером с ладонь, якобы подтверждающий личность,
не вцепились в волосы и не поволокли
в энное отделение для избиения,
к больному брату, одинокой матери и к миру всему вызывая отвращение.

Пока ты не встретила покачивающегося ночного героя
и объясняющегося тебе в любви очередного идиота,
пока не объявился режиссер “Красотки” или “Золушки”,
не пригласил тебя на пробы фильма под названием “Надежда”,
соберись и уходи ты, ради Бога!

Ты, девушка с томными глазами в углу прокуренного ночного бара!
Не теряй времени даром,
этот странный коктейль, выдуманный беспечным барменом,
не сломает лед бренности, конечно,
и не устыдит глаза
уставившегося на твои ноги того краснощекого быка;
и, право, так нельзя!
Соберись и уходи ты, ради Бога!

Эй, ты!
Не последняя Мария Магдалина наша,
самого прекрасного младенца, который родится, мать!
ради Бога, соберись и уходи!

Ты же,
с осанкою вопросительного знака,
хмельной, обкуренный и вялый,
с тупым взглядом диск-жокей!
Внимай шагам невозвращения-ухода!

 

Беседа с сыном

— Ты кто?
— Твой отец.
— А кто отец Фарида?
— Его нет.
— Почему?
— …
— Что ты делаешь?
— Стихи пишу.
— А что такое стихи?
— Это отчасти похоже на колыбельную, что поет тебе мать.
— Мама тоже пишет?
— Нет.
— А почему ты пишешь — пой!
— …

— Куда ты идешь?
— На работу.
— Что такое работа?
— Твоя обувь, хлеб и вода, и тому подобные вещи.
— Останься еще немного.
— …

— Расскажи о себе.
— Ну, что сказать, сынок. На тебя был похож. Такого же роста. И улыбка была такая. Как и ты, везде задавал вопросы: дома, во дворе, в поезде, в объятиях матери, на коленях у отца.
— А что такое поезд?
— Похоже на твою машину. Вон на ту. Только очень большая. И ходит по железным дорогам. А внутри много-много детей.
— Я подарю свою машину Фариду.
— …

— Отец, кто такой Бог?
— Он создал тебя, мать, бабушку и дедушку, всех.
— И тебя…
— …

— Что они делают?
— Собирают камни, сынок.
— Почему?
— Будут бросать друг в друга.
— Почему?
— Потому что враги.
— Почему?
— Не любят друг друга.
— Почему?
— …

— Отец, когда вернешься, купи пять штук мороженого.
— Постой-ка, а почему пять? Тебе, матери, Фариду, мне... а пятое?
— А пятое... пусть достанется птицам.
— ...

 


© 1996 - 2017 Журнальный зал в РЖ, "Русский журнал" | Адрес для писем: zhz@russ.ru
По всем вопросам обращаться к Сергею Костырко | О проекте