Опубликовано в журнале:
«Дружба Народов» 2005, №1

«Не до любви теперь людям»

Публикация Жоржа Шерона; вступительная заметка Олега Коростелева; подготовка текста Александра Тюрина и Ричарда Дэвиса; комментарии Олега Коростелева и Магнуса Юнггрена

Публикация рукописного и эпистолярного наследия Бунина началась вскоре после его кончины — сперва знакомыми литераторами-эмигрантами (Г.П.Струве, Л.Ф.Зуров, Г.В.Адамович), затем зарубежными славистами (М.Э.Грин, А.Звеерс) и отечественными исследователями (А.К.Бабореко, А.А.Нинов, Л.Н.Афонин, Р.М.Янгиров). За полвека сделано немало. Вышло два представительных собрания сочинений, а также ряд ценных отдельных изданий. О Бунине написаны десятки книг, а число напечатанных работ о нем исчисляется тысячами. Как в периодике, так и отдельными изданиями появлялись публикации архивных материалов.

Однако несделанного гораздо больше. Публикуемые работы чаще носят локальный характер, не претендуя на серьезные обобщения и выводы. До сих пор нет библиографии Бунина, не лучшим образом обстоят дела с текстологией. Дневники и письма Бунина опубликованы едва на треть. Не собраны воспоминания о нем и хотя бы основные прижизненные отзывы критики о его произведениях. Нет научной хроники жизни (соответственно, и имеющиеся биографии носят преимущественно популярный характер).

Напечатанная недавно библиография публикаций только переписки Бунина насчитывает без малого две сотни позиций. Однако в каталоге одного лишь бунинского фонда в Русском архиве Лидса содержится несопоставимо большее количество не опубликованных доныне материалов. А ведь рукописи Бунина хранятся и во многих других архивах, как отечественных, так и зарубежных.

Сборник «И.А.Бунин: Новые материалы», который мы представляем читателям «Дружбы народов», продолжает эту работу. На его страницах планируется впервые вводить в научный оборот архивные материалы, печатать обзоры архивных фондов, оригинальные статьи и исследования, библиографические материалы.

Публикации, вошедшие в первый выпуск, раскрывают новые или недостаточно освещенные стороны биографии и творчества Бунина. Основу тома составили материалы отечественных и зарубежных хранилищ (Leeds Russian Archive, Hoover Institution Archives, Bakhmeteff Archive, отделы рукописей Британской библиотеки, а также библиотек Йельского, Редингского, Сассекского, Эдинбургского университетов). Впервые публикуются в полном объеме значительные корпусы переписки И.А. и В.Н.Буниных с Г.В.Адамовичем (публикация Олега Коростелева и Ричарда Дэвиса), В.Ф.Ходасевичем (публикация Джона Малмстада), Л.Ф.Зуровым (публикация Ирины Белобровцевой и Ричарда Дэвиса). Печатаются письма И.Ф.Наживина И.А.Бунину 1919—1920 гг. (публикация Вима Кудениса и Ричарда Дэвиса) и Бунина к С.А.Циону (публикация Жоржа Шерона и Магнуса Юнггрена). Подробно, на архивном материале рассматривается история взаимоотношений И.А.Бунина с лондонским издательством Hogarth Press (Андрей Рогачевский). Кроме того, печатаются переписка В.Н.Буниной и Т.М.Ландау (публикация Екатерины Рогачевской) и посвященные Бунину письма Г.В.Адамовича, Т.А.Осоргиной-Бакуниной и Н.Б.Зайцевой-Соллогуб к Т.Н.Николеску (публикация Татьяны Николеску).

 

Олег Коростелев

 

Письма И.А.Бунина к С.А.Циону

(1940—1947) 

 

Военные годы Бунин провел безвыездно на юге Франции, в Грассе. В это трудное для него время Бунину приходила материальная помощь из нейтральной Швеции. С 1940 по
1947 год ряд шведских организаций и частных лиц поддерживали Бунина деньгами и продовольственными посылками. Организовывал и координировал помощь политический деятель, журналист и переводчик Сергей Анатольевич Цион (1874—1947).

До революции Цион был членом РСДРП, участником свеаборгского восстания
1906 года. После подавления восстания уехал в Англию и стал журналистом. Вернулся в Россию в 1917 году, был сотрудником Керенского, но после прихода к власти большевиков вновь эмигрировал, на этот раз в Швецию. Ярым антибольшевиком он оставался до конца своих дней. Был секретарем Шведско-русского общества друзей русской культуры имени Бунина.

1940-е годы были для Бунина очень важным временем в творческом плане: он заканчивал писать сборник рассказов под названием «Темные аллеи». В письмах Циону Бунин рассказывал о своей книге и интересовался возможностями ее издания в Швеции. Однако надежды Бунина оказались нереальными. Издательство Gebers, сделавшее так много для подкрепления его репутации в Швеции в начале 1930-х гг., находилось в тяжелом финансовом положении. Умер самый способный переводчик Бунина на шведский язык, профессор Лундского университета Сигурд Агрелл (1881—1937), а переводчица Рут Ведин Ротштейн (1898—1962) ушла в преподавательскую деятельность. При всем желании помогать Бунину у Циона не было подобного опыта литературного перевода, притом с родного русского на неродной шведский, а также не было необходимого общественного положения и связей. Тем не менее, как свидетельствуют благодарственные письма Бунина, в чисто благотворительном плане усилия Циона время от времени имели некоторый, пусть и скромный, успех.

 

Письма Бунина сохранились в бумагах Б.И.Николаевского — Hoover Institution Archives. Nicolaevsky Collection. Box 13 (S.A.Tsion). Приносим свою благодарность Гуверовскому институту за содействие настоящей публикации. Все письма печатаются с любезного разрешения The Ivan and Vera Bunin Estate.

Письма публикуются впервые по ксерокопиям с оригиналов. Орфография современная, однако сохранены авторские индивидуальные особенности. Мелкие неправильности французского написания устранены. Восстановленные конъектуры, пропущенные слова и прочие редакторские вмешательства в текст даются в угловых скобках.

 

1.

17 ноября 1940 г., Грасс

 

Villa Jeannette

Route Napolйon

Grasse, A<lpes> M<aritimes>1.

 

Дорогой мой соотечественник, у меня к Вам просьба. Как Вы знаете, я получил Нобелевскую премию уже давно, которая полностью развеялась на чужбине. При обстоятельствах настоящей жизни у меня нет никакого дохода. Короче говоря, я очень, очень беден — почти голодаю.

Помогите мне — будьте добры, попросите Ваших хороших и богатых друзей прислать мне какие-то суммы2.

Я очень сердечно жму Вашу руку.

Иван Бунин

17.XI.<19>40

 

1 В оригинале по-французски.

2 Обращаясь с просьбой, Бунин был настроен скептически и 20 ноября 1940 г. записал в дневнике: «Послал заказн<ой> expres Геберу и expres Сиону. Прошу устроить мне денежн<ую> помощь у богатых шведов. Ничего, конечно, из этого не выйдет» (Русский архив в Лидсе — далее именуемый РАЛ — MS. 1066/532). Н и л ь с Г е б е р (1878—1937) — шведский издатель, выпустивший в начале 1930-х годов шесть книг Бунина.

 

2.

27 декабря 1940 г., Грасс

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

<27 декабря 1940>1

 

Дорогой господин, я не получил Вашу открытку от 3/XII, но у меня есть открытка, которая датирована 12/XII, и я очень признателен за все Ваши хлопоты в мою пользу.

Я также получил очень милое письмо от госпожи Stiernstedt2. Деньги, которые она мне послала, еще не пришли3 (непременно не забудьте, что по французскому паспорту меня зовут Jean de Bounine). Во французских банках у меня нет
счета. — Через несколько дней я Вам направлю несколько неопубликованных маленьких рассказов4.

Я сердечно жму Вашу руку и посылаю Вам мои лучшие пожелания к Новому году.

Искренне Ваш,

Иван Бунин

 

1 Датируется по почтовому штемпелю. В оригинале по-французски.

2 M a r i k a S t i e r n s t e d t (1875—1954) — шведскаяписательница. В 1935 году опубликовала в Стокгольме книгу «Ryskt. En resa pее egen hand hцsten 1934» («Русское. Самостоятельное осеннее путешествие 1934 года») с резкой критикой большевизма и сталинизма.

3 2 января 1941 года Бунин записал в дневнике: «Ходил с Г<алиной> в город за покупками и в банк (1000 фр<анков> из Швеции). Послал благодарств<енную> открытку (заказную) M-me Marika Stiernstedt, приславшей эти деньги» (РАЛ MS.1066/532).

4 Спустя два месяца, 28 февраля 1941 года, Бунин записал в дневнике (абзац отмечен на полях красным карандашом): «Послал Циону для перевода: Кавказ, Степу, В Париже, Три рубля, Про обезьяну» (РАЛ MS. 1066/533).

 

3.

31 января 1941 г., Грасс

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

En russe1

31.I.41

 

Cher Monsieur Cyon,

Я получил из Стокг<ольма> (не знаю откуда — A.B.Radiotjдnst2 — что это такое? Радио?) 889 фр<анков>. Это, конечно, благодаря Вашим добрым заботам, и я благодарю Вас от всей души. Положение наше ухудшается с каждым днем (холод, голод и страшная дороговизна) — тем более тронут я Вами. Крепко жму Вашу руку.

Преданный Вам

Ив. Бунин

 

P.S. Я написал целую книгу новых рассказов3. Но они все о любви, т.е. совсем несовременны — не до любви теперь людям. Я обещал Вам послать что-нибудь из них для перевода, но, подумав, решил не беспокоить Вас напрасно — никому не интересно это теперь, повторяю.

 

1 На русском (франц.). Помета рукой Бунина здесь и в нескольких посланиях далее, предписывавшаяся цензурой по условиям военного времени.

2 Шведское радио (швед.).

3 Речь идет о книге «Темные аллеи», которая впервые была напечатана в Америке (Нью-Йорк: Новая земля, 1943), а в полном виде вышла лишь после войны (Париж: La Presse franзaise et йtrangиre — O.Zeluck, 1946).

4.

22 апреля 1941 г., Грасс

 

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

22.IV.41

 

Воистину Воскресе, дорогой Сергей Анатольевич! Получил Ваше письмо и опять благодарю Вас и прошу передать мою благодарность Госпоже Stiernstedt за Ваши переводы. Удивлен чрезвычайно — даже «Степа» не подходит к шведской скромности!1 Ужели шведы никогда не читают, напр<имер>, Мопассана?

От Кюнтцеля2 я не получил еще ни копейки — думаю, что он и не посылал ничего. Не получено ничего и за Ваши переводы. Рукописи не годившихся рассказов оставьте у себя. Что до нашего материального положения, то оно, конечно, еще ухудшилось — такая нищета и голод, что, когда думаешь, что дальше будет, хочется повеситься. И все и всюду форменно сошли с ума в смысле скупости. Сердечно обнимаю Вас.

Ваш Ив. Бунин

 

P.S. А в России меня издают в сотнях тысяч экз<емпляров> — и все бесплатно3.

 

1 В рассказе «Степа» из «Темных аллей» молодой купец обесчестил молодую девушку и бросил ее.

2 Х а н с К ю н т ц е л ь (1894—1992) — директор издательства Gebers после смерти Нильса Гебера (1937—1959).

3 Последнее к тому времени советское издание Бунина было в 1928 году. Книги Бунина стали вновь выходить в СССР только после его смерти. Лишь перевод «Песни о Гайавате» пять раз перепечатывался еще при жизни Бунина, и сохранился экземпляр издания 1935 г. Лендетгиза с надписью Бунина на обложке: «Напечатано без моего ведома и спроса и без копейки гонорара. Ив. Бунин» (РАЛ MS. 1066/10 280).

 

5.

31 мая 1941 г., Грасс

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

En russe

31.V.41

 

Дорогой Сергей Анатольевич, получил письма от Вас и г-жи Marika Stiernstedt, равно как и подарок. Еще раз сердечно благодарю Вас и ее. Пересмотрю свой запас рассказов и, м<ожет> б<ыть>, выберу еще что-нибудь для перевода, по Вашему и ее указанию. Доверенность Вам вышлю на днях. Писатель Зуров жил у меня с конца 1929 г. в Грассе и в Париже целых 7 лет, теперь живет опять у меня.

Будьте добры, сообщите мне, где теперь находится (и ее адрес) Марта Людвиговна Нобель-Олейникова1 и отошло ли ее финляндское имение к России или нет. Наша жизнь стала еще более нищей и голодной, мы с женой худы до безобразия. Крепко жму Вашу дружескую руку.

Ваш Ив. Бунин

 

1 М а р т а Л ю д в и г о в н а Н о б е л ь-О л е й н и к о в а (1881—1973) — дочь Людвига Эммануиловича Нобеля (1831—1888), предпринимателя, создателя Механического завода в Санкт-Петербурге (1862), основателя в Баку самой крупной нефтяной компании дореволюционной России. Вышла замуж за врача, специалиста по инфекционным болезням приват-доцента Г.П.Олейникова (1864—1937). Окончила Женский медицинский институт в Санкт-Петербурге. С 1914-го — старший врач лазарета при Народном доме Эммануила Нобеля. После революции жила с мужем в Финляндии, затем в Швеции. Адрес ее Бунину удалось получить.

6.

25 ноября 1941 г., Грасс

 

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

<25 ноября 1941>1

 

Дорогой Сергей Анатольевич, я в совершенной нищете — голод, холод, на жену прямо страшно смотреть — так жутко худа — и налоги, налоги! Пожалуйста, помогите — обратитесь, сделайте милость, к наследнику моего издателя2: неужели у него нет ни гроша для меня за мои книги? Если есть — а не может же не быть, вот Осоргин постоянно печатается в Швеции3 и зарабатывает — пусть немедля пришлет, я совершенно погибаю. Простите за беспокойство и примите мой сердечный привет.

Ив. Бунин

 

1 Датируется по почтовому штемпелю.

2 Судя по всему, Бунин получил известие о том, что Нильс Гебер в 1937 г. скончался, потому и просил обратиться к его наследнику.

3 До Второй мировой войны пять книг М.Осоргина были опубликованы шведским издательством «Tiden» («Время»): «Сивцев Вражек» (1932, 1936), «Свидетель истории» (1935), «Книга о концах» (1936), «Вольный каменщик» (1938), «Происшествия зеленого мира» (1940).

 

7.

2 января 1942 г., Грасс

 

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

<2 января 1942>1

 

Дорогой Сергей Анатольевич, поздравляю Вас с Новым годом и очень благодарю за неизменную заботу обо мне. Издатель прислал мне 1800 фр<анков> — гроши по нашей теперешней дороговизне, но и на том спасибо. По адресам, указанным Вами, напишу (прося, конечно, в долг, до окончания войны), но не надеюсь, что из этого выйдет что-нибудь: слишком бессердечны стали все!

Крепко жму Вашу руку.

Ваш Ив. Б.

 

1 Датируется по почтовому штемпелю.

 

8.

19 января 1942 г., Грасс

 

En russe

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

France

19 янв. 1942 г.

 

Дорогой Сергей Анатольевич, я обратился по Вашему совету к г-же Vera Wicander1, и она прислала мне телеграмму, что выслала мне по телеграфу же некоторую сумму. Но с тех пор прошло уже десять дней и до сих пор телеграф не доставил мне ничего.

Вы называли еще г-жу Vera Sager2, Stomigatan3 18 — кто она? русская? и есть ли надежда, что она поможет мне? Напишите, следует ли и ей написать? Дороговизна у нас страшная, голод и холод растет — будь деньги, купил бы хоть дров, но купить не на что, а холод в доме такой, что, повторяю, нет сил держать пера в распухшей и потрескавшейся руке.

Сердечно приветствую Вас.

Ваш Ив. Бунин

 

P.S. Было бы, например, большим спасением есть лук и чеснок. Но фунт чесноку стоит 100 фр<анков>, лук тоже!

 

1 V e r a W i c a n d e r (1885—1977) — жена Карла-Августа Викандера (1887—1952), крупного промышленника, владельца Harpsund'a, до революции жившего в России («Пробки Викандера»).

2 V e r a S a g e r (урожд. Бриннер; 1895—1988) — дочь русского дипломата в Стокгольме (родственница кинозвезды Юла Бриннера), жена шведского дипломата Leo Sager'a.

3 Бунин неверно указал адрес, надо: Sturegatan.

 

9.

21 февраля 1942 г., Грасс

 

En russe

21 февр. 1942 г.

Villa Jeannette, Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

 

Дорогой Сергей Анатольевич, получил за последнее время три Ваших письма — от 24 янв<аря>, 30 янв<аря> и 5 февр<аля>. Простите, что отвечаю не сразу — трудно было (и есть) взяться за перо: во-первых, без топки в доме так дьявольски холодно (особенно последний месяц, когда у нас даже при солнце не тает снег, очень нередкий гость в нынешнем году), что весь день сидишь в меховых (еще из России привезенных) перчатках, а у меня и без того стала леденеть, мертветь и кипеть мурашками правая рука (от задержки кровообращения, по причине такой гнусной и нищей пищи, которой даже и сам св. Антоний1 не знал), во-вторых, от этой же пищи, начинаю терять всякую волю и решимость сесть за письменный
стол, — все больше лежу, как лежат теперь у нас очень, очень многие — и слабею зрением, — в России эта голодная болезнь называется «куриной слепотой», а
в-третьих — новая беда: уже совсем на нет сошла моя несчастная Вера Николаевна от жесточайшего малокровия да вдобавок еще тяжело заболела с месяц тому назад спазмами в желудке, и вот пошли врачи, всякие исследования, просвечивания — и мои новые горести, страхи, хлопоты... Что у нее, еще неизвестно, сейчас она в Ницце (куда и я поеду послезавтра), я отвез ее на новые врачебные испытания, пока же врачи предполагают язву в желудке: вероятно, отравилась теми истинно страшными даже на вид ржавыми и закостеневшими в морской соли рыбками, что мы иногда покупаем как некоторое острое дополнение к гнилым «земляным грушам»2, коими мы почти исключительно питаемся за последнее время, иногда просто вареными в голой воде, иногда же поджаренными на какой-то сальной мерзости, называемой вежеталином, каковой вежеталин и эти «груши» добываются у нас теперь уже по записям, по карточкам и в бесконечном стоянии в очередях с пяти, с шести часов утра: Ривьера теперь — унылая пустыня, оживляемая только оазисами отелей, кафе и ресторанов для богатых людей, которые тайком и мясо, и макароны едят, и папиросы курят, платя за 20 штук «Caporal ordinaire»3 60 и 70 франков, ибо законно выдается нам на 10 дней всего 40 штук этого черного горлодера, прежде продававшегося в табачных лавках за
2 франка пакет — в эти 20 штук, — вот еще одно тяжкое мучение для меня: не могу писать без куренья, всю жизнь писал с папиросой в руках, а вот теперь даже «Капораля» нет, ибо ведь это издевательство над курильщиком — 4 папиросы в сутки, — равно как и над пьющими вино, — а кто во Франции не пил вина буквально с колыбели? — получающими теперь один литр ординера4 на неделю (хотя еще имеющими возможность, — если угодно, — находить кое-где, иногда, как редкость, вино с ярлыком, — например, бордо или бургонское, прежде продававшееся за 5 франков бутылка, а теперь 60, 80, 100). Повторяю: Вы вообще не можете себе представить нашу жизнь, да и я сам испытываю в первый раз за все свое земное существование (и еще до сих пор с великим удивлением), как же это так случилось, что стали чем-то сказочным для нас чай, кофе, варенье, настоящий сахар, белый хлеб, сыр, масло коровье, масло прованское, яйца, мясо, рыба, — даже рыба, хотя перед нами целое Средиземное море, — что мы (и мы сами и наши знакомые) со смехом и стыдом рассказываем друг другу, что вот нынче нам снилась во сне ветчина, а вчера колбаса!* Представьте же себе при всем этом, каково жить теперь у нас всякому больному человеку, а с язвой в желудке особенно. И что было бы, если бы у меня не было возможности добывать для В<еры> Н<иколаевны> великими правдами и неправдами то кусочек масла, то горсть рису, то пучок макарон, то пакетик бисквитов? А ведь возможность эта (так же, как возможность купить дров для кухни, заплатить часть налогов и квартирной платы и т.д.) явилась у меня благодаря Вам: ведь это Вы указали мне Викандера и говорили с ним, Вы хлопотали в Ноб<елевском> Комитете и в Шведск<ой> Академии... Никогда не забуду, дорогой Сергей Анатольевич, всего этого, как и всех Ваших хлопот в прошлом году, признателен Вам до глубины души. От Викандера я получил около 10 тысяч франков, от шведского консула в Марселе 3 тысячи (он известил меня, что для меня у него имеется 6 тысяч, но прислал пока 3, написав, что остальное будет высылать мне «по мере моих нужд», ставя меня таким образом в очень грустное и постыдное положение — сообщать ему о моих «нуждах»). Эти получки прямо спасли меня, и прежде всего по отношению к В<ере> Н<иколаевне>, — спасли во всяком случае до поры до времени: половина полученного уже ушла из моих рук, — одно леченье чего стоит по нынешним временам! — но все же я, как говорится, «воспрянул духом». Страшно, чту будет месяца через два, ну, да что ж о том думать!

То, что Вы пишете о Зурове и о художнике Толстом5, для меня никак не подходит, — как я могу через Зурова просить что-нибудь у какого-то Толстого! Не приходится говорить и о парижских издателях. С ними — и самыми лучшими — у меня были хорошие дела, они издали в свое время чуть не десять моих книг6, но мало ли что было! Теперь мы имеем право посылать в Париж только одни открытки о своем здоровье или нездоровье, больше ровно ничего7. Посылать книгу для перевода через Швейцарию тоже дело неподходящее, да и кому нужны сейчас во Франции какие-то русские рассказы, не говоря уже о том, что скоро у нас не будет бумаги даже для газет? Не до издания русских рассказов теперь и Америке, из которой вообще всякая помощь мне теперь кончена8. Пишу в немецкую Швейцарию, прося знакомых поискать мне там издателя9, — это единственная моя надежда, но очень слабая: и Швейцарии не до чтения теперь! Напишу и во французскую, Екатерине Дмитриевне10, но она что-то давно, давно молчит, — месяца два тому назад сообщила мне о своих тяжелых болезнях, а с тех пор вестей от нее нет (что меня очень беспокоит), — это во-первых, а во-вторых, и Женеве я сейчас нужен, как собаке пятая нога. Что до г-жи Загер, то писать ей не буду, не могу — уж слишком тяжко и стыдно обивать еще один порог, да она, верно, уже слышала, что мне помогли, и может даже возмутиться: вот, мол, бесстыжий и ненасытный человек, получил уже целую «уйму» денег и опять лезет!

Обнимаю Вас сердечно.

Преданный вам Ив. Бунин

 

P.S. Все-таки я никак не могу понять, почему ни наследник моего прежнего шведского издателя, ни какой-либо другой издатель не находит никакого интереса издать какую-нибудь мою новую книгу, — ведь все-таки я шведский «лауреат» и пишу довольно занятно, — например, мою книгу о Толстом, с большим успехом изданную три года тому назад в Париже и по-русски, и по-французски («La Delivrance de Tolstoї», Йdit<ions> Nouvelle Revue Franзaise11), или мои новые рассказы (часть которых Вы знаете и которые ничуть не менее «приличны» для шведской публики, чем все мои прежние, изданные в Швеции, и легко могут быть «смягчены» мною). Вот уже два доктора сказали мне, что и В<ера> Н<иколаевна>, — все равно, чту бы у нее ни обнаружилось, — и я с моей мертвеющей рукой и все усиливающейся «куриной слепотою» должны бы были поехать на поправление в Савойю или в Овернь хоть на месяц, — во Франции еще есть места, где еще всего вволю — и масла, и сыров, и баранины, и молока... И мы бы непременно поехали, если бы нашелся такой издатель. На всякий случай посылаю Вам книгу о Толстом, дайте ее, пожалуйста, какому-нибудь издателю, — просмотрите и, если найдете хоть сколько-нибудь полезным, дайте — на всякий случай. Если угодно, можно и сократить ее немного. В ней, помимо всего прочего, много просто новых сведений о Толстом, много черт его, еще никому не известных. Кое-что — 2—3 главы,
думаю — можно напечатать и в журналах.

Ив. Б.

 

1 Ср. выражение: «Cидеть на пище cвятого Антония».

2 З е м л я н а я г р у ш а, или т о п и н а м б у р — кормовая культура.

3 C a p o r a l o r d i n a i r e — дешевыефранцузскиесигареты.

4 (V i n) o r d i n a i r e (франц.) — немарочное столовое вино.

5 Старый друг Зурова по Риге Александр Толстой с конца 1938 г. оказался в Норвегии. Вероятно, речь шла о связи с нейтральной Швецией через оккупированную Норвегию. Сохранившиеся письма Толстого к Зурову не проливают света на этот вопрос.

6В 1920—1930-егг. вПарижевышликнигиБунина «Le Monsieur de San Francisco» (1922), «Le Village» (1922/1934), «Le Calice de la vie» (1923), «Le Sacrement de l'amour» (1925), «La Nuit» (1929), «L'Affaire du cornette Elaguine» (1934), «A la Source des jours» (1935), «Elle» (1938), «La Dйlivrance de Tolstoї» (1939).

7 По законам военного времени из свободной зоны в оккупированный Париж разрешено было отправлять только открытки с напечатанным текстом в виде маленькой анкеты.

8 После вступления США в войну в декабре 1941 г. связь через Португалию и Испанию была прервана.

9 Речь идет об обращении Бунина к часто бывавшему в Швейцарии Я.Я.Гандшину: «...чтобы он поискал мне издателя в немецкой Швейцарии» (дневниковая запись за
17 февраля 1942 г. — РАЛ MS. 1066/534). 20 февраля 1942 г. проживающая в Каннах
А.Н.Гандшина написала Буниной о получении открытки от Бунина и о том, что «Яша напишет в Германию <так!>» (РАЛ MS. 1067/2294). Попытки найти швейцарского издателя не имели результатов. О более ранних надеждах издаваться в Швейцарии по-французски Бунин писал в дневнике 8 октября 1941 г.: «Какой-то швейцар<ский> издатель <...> хочет издать на франц<узском> языке мою новую книгу. Вот было бы счастье!» (РАЛ MS. 1066/534).

10 Е к а т е р и н а Д м и т р и е в н а К у с к о в а (1870—1958) — журналист, общественно-политический деятель. После высылки из России в июне 1922 г. жила в Праге, с 1939 г. — в Женеве.

11 Главы из книги Бунина «Освобождение Толстого» были впервые напечатаны в «Современных записках» (1937, N№ 63. С. 246—263) и «Русских записках» (1937, N№ 1.
С. 93—129), в том же году вышло отдельное издание (Париж: YMCA-Press, 1937). Французский перевод М.Л.Слонима вышел в 1939 году.

 

10.

30 апреля 1942 г., Грасс

 

En russe

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

Le 30 avril 1942

 

Дорогой Сергей Анатольевич, получил Ваше (как всегда, сердечное) письмо от 16 апр<еля>. Я Вам тотчас же ответил открыткой-avion на Ваше предыдущее письмо, прося Вас известить меня, в какой форме я должен дать Вам доверенность; Вы этой открытки, значит, не получили. Теперь посылаю Вам доверенность, составленную в меру моего умения. Думаю, что она годится. Совсем не надеюсь, что кто-нибудь возьмет мою книгу, но «попытка не пытка», — мне все равно нечего терять. Очень благодарю Вас за лестный отзыв о книге1 — и немножко дивлюсь: где же Вы нашли ее русский текст? Что до французского текста, то пишу г-же Mahler2 в Швейцарию, спрашиваю ее, послала ли она Вам книгу по-французски? Если послала, то, очевидно, тоже не дошла — и пошлю Вам от себя. Французских рецензий3 у меня нет — все осталось в Париже. А как мы живем, не хочется и говорить. Вера Ник<олаевна> все лечится, ей как будто немного лучше, но питать ее, увы, не на что, и она все худеет и слабеет. Сердечный привет Вам от нее.
Я горячо жму Вашу руку.

Ваш Ив. Бунин

 

Господину Циону

Кунгсклиппан, 22

Стокгольм

Швеция

 

Со стороны господина Ивана Бунина

Вилла «Жаннет»

Грасс, А.М.

 

Разрешите мне уполномочить Вас вести со шведскими издателями переговоры, касающиеся устроения Вами публикации моих книг в шведском переводе. Я также уполномочиваю Вас расписываться за меня, давать советы, заключать договоры с издателями и защищать все мои интересы.

Я Вас прошу, дорогой господин Цион, принять мои самые лучшие пожелания.

 

Заверяю подпись господина Ивана Бунина (лауреат Нобелевской премии)

Здесь

Грасс

30 апреля 1942

Мэрия

Подпись уполномоченного заместителя мэра

Riktighetan av avskripten fran orijinalet vidimeras4

Печать: город Грасс, Приморские Альпы5.

 

1 Речь, видимо, идет о книге «Освобождение Толстого», которую Бунин сам послал Циону (см. предыдущее письмо).

2 В военные годы и после войны В.Бунина переписывалась с преподающей славянскую филологию в Базельском университете Эльзой (Елизаветой) Эдуардовной Малер (1882—1970).

3 Видимо, Цион просил Бунина прислать французские рецензии на его книги для переговоров с издателями.

4 Подлинность копии с оригинала подтверждается (швед.).

5 В оригинале по-французски.

 

11.

2 мая 1942 г., Грасс

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

En russe

2.V.42

 

Дорогой Сергей Анатольевич, вчера послал Вам заказным avion’ом письмо с доверенностью моей на Ваше имя, засвидетельствованной в мэрии. Нынче получил Ваш avion и рад, что французский текст дошел до Вас. Повторяю, что французских рецензий у меня нет здесь — все осталось в Париже. Скажу только, что в них говорилось, что в моей книге «превосходно» дано о Толстом все: его жизнь, учение, живой образ... А вот из письма поистине знаменитого писателя Andre Gide от 11 сент<ября> прошлого года из Ниццы: «Mon cher Ivan Bounine, j’ai lu votre livre sur Tolstoї avec une attention soutenue et trиs vive: vous entrez dans l’кtre mкme de Tolstoї plus avant qu’aucun autre...»1 Если нужно, сократите кое-что в моей книге при переводе.

Сердечно Ваш

Ив. Бунин

1 «Мой дорогой Иван Бунин! Я прочитал вашу книгу о Толстом с большим вниманием и интересом: Вы глубже, чем кто-либо другой, уловили самую суть мировоззрения Толстого…» (франц.). Бунин достаточно произвольно сочетает и меняет фразы из письма Жида от 11 сентября 1941 г. (РАЛ MS. 1066/2775). Ср. также запись Андре Жида в дневнике от 10 сентября 1941: «С большим интересом читаю книгу Бунина о Толстом. Он его прекрасно объясняет». Цит. по: Литературное наследство. Т. 84: Иван Бунин. Кн. 2. М. 1973. С. 384).

 

12.

10 июня 1942 г., Грасс

10.VI.42

 

Дорогой Сергей Анатольевич, мне все более и более стыдно, что Вы хлопочете обо мне и к тому же даром. Я Кюнцеля понимаю, кому сейчас нужен Толстой! (Не понимаю только того, почему он не хочет взять книгу моих новых рассказов. Что шведы были бы ими шокированы, это, конечно, вздор.) Во всяком случае, паки и паки благодарю Вас, что переводите. Написать Марике не могу решиться. Какое же может она дать предисловие? Представлять шведской публике меня, нобелевского лауреата, — ужели есть смысл? Если же она просто поможет устроить книгу, буду очень ей признателен.

Обнимаю Вас, дорогой друг.

Ив. Б.

 

13.

20 января 1943 г., Грасс

 

20.I.431

 

Дорогой друг,

Уже довольно давно я не имею от Вас никаких новостей. Где Вы и как Вы? Прошу Вас, напишите мне два слова. Что касается нас, то Вы можете представить наше положение! У меня сейчас нет никакой возможности переписываться с моими американскими издателями!

Искренне Ваш,

Иван Бунин

 

1 В оригинале по-французски.

 

14.

5 августа 1943 г., Грасс

En russe

5.8.1943

 

Дорогой друг, где Вы? Писал Вам зимой два раза — видно, письма не дошли1. Пишу опять — наудачу. Надеюсь, что Вы благополучны. А мы гибнем и гибнем. Нищета предельная, голод полный. Есть Шведское консульство во Франции — Consulat Royal de Suиde, Cahor (Lot), France. Узнал, что оно кое-кому из шведов помогает посылками. И так как я в некотором роде тоже швед — ибо Prix Nobel — то нельзя ли и мне получать такие посылки (продовольственные) — за плату, разумеется? Мысль безумная — знаю — но «утопающий»... и т.д.

Обнимаю Вас сердечно и все еще не теряю надежды, что вдруг получу от Вас два-три слова.

ВашИв. Бунин

Villa «Jeannette»

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

 

1 Хлопоты Циона, между тем, приносили результаты. 3 июля 1943 г., производя расчеты в дневнике, Бунин записал: «13. XI. 42 получил из Швеции 8600 с чем-то» (РАЛ MS. 1066/535).

 

15.

14 декабря 1943 г., Грасс

 

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

En russe

14.XII.43

 

Mon cher traducteur et ami1, на этих днях я получил 16 коробок рыбных консервов — из Португалии. Думаю, что это по приказу из Швеции и благодаря Вашим добрым заботам обо мне. Паки и паки сердечно благодарю Вас — и поздравляю с наступающими праздниками, к чему присоединяется и жена моя.

 

Преданный Вам

Ivan Bounine,

Ив. Бунин

1 Мой дорогой переводчик и друг (франц.).

 

16.

10 января 1944 г., Грасс

 

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

En russe

10.I.1944

 

Cher ami, получил Вашу открытку от 12 декабря. Писал Вам уже давно, что получил, благодаря Вам, 1500 фр<анков> и 1900 фр<анков>. То, что мне отправлено, как Вы пишете, 15 дек<абря> (приблиз<ительно> 3800 фр<анков>), еще не получил. То, что Вы ничего не берете себе за перевод, меня очень мучит — я не могу допустить, чтобы Вы работали для меня даром. Вы спрашиваете: посылки или деньги? Отвечаю: то, что Вам удобнее и надежнее. Из посылок получил (как уже писал Вам) 16 коробочек рыбок (из Португалии — очевидно, от Вас). Затем на днях: три коробочки томатного соуса, тоже из Португалии (от кого? от Вас тоже?) и, наконец, довольно большую посылку от Шведск<ого> Кр<асного> Креста1 из Марселя (тоже не знаю, благодаря кому? очевидно, Вам). Что послал Wicander, не знаю.

Обнимаю и поздравляю с Новым годом.

Ваш Ив. Бунин

Холодно! Очень страдаю от болей в руках — ревматизм.

 

1 4 января 1944 г. Бунин записал в дневнике: «Ездил на вокзал P<aris->L<yons-> M<arseilles> — Посылка от Шведск<ого> Кр<асного> Креста» (РАЛ MS. 1066/535).
В следующие недели Бунин еще несколько раз получал посылки, фиксируя это в дневнике — 27 января 1944 г.: «Получил 2 шведск<ие> посылки — 50 кило картошек и посылку от какого-то Beskow'а из Швеции»; 11 февраля 1944 г.: «Получил посылку Шведск<ого> Кр<асного Креста>» (РАЛ MS. 1066/535).

 

17.

27 июля 1944 г., Грасс

Villa Jeannette

Grasse, A<lpes> M<aritimes>.

27.7.19441

Дорогой друг,

Сегодня я получил Вашу открытку от 5 июля. Я расстроен — после 5 февраля я Вам послал две открытки и письмо2. Я получил все — три посылки от Красного Креста, 3000 франков и пр. Я Вам напишу сегодня же подробнее и дружески обнимаю Вас.

Преданный Вам

Иван Бунин

 

1 В оригинале по-французски.

2 Эти послания не сохранились.

 

18.

31 августа 1945 г., Париж

 

1, Rue Jacques Offenbach

En russe

31.VIII.1945

 

Дорогой Сергей Анатольевич, уже давно получил Вашу carte postale1 и тотчас ответил. Но с тех пор от Вас ни слова — верно, Вы не получили моей открытки? М<ожет> б<ыть>, Вас нет в городе — где-нибудь отдыхаете? Пишу на этот раз заказным и повторяю то, что писал уже Вам. Рад был очень вести от Вас; спрашивал, как Ваше здоровье и вообще как Вы живете и что делаете; от Gebers никаких денег не получал; давняя посылка пропала; получил извещение из Стокгольма (от Nisse Johannison Citypalatset2) от 30 июня, что мне послана еще посылка, но это извещение переслали мне из Грасса, куда, конечно, пошла и посылка — и где, очевидно, она и осталась, несмотря на мое письмо в Марсель в Croix Rouge Suиdoise3, что я теперь в Париже4; помогите, дорогой, получить деньги от Gebers’а; у меня целых две книги новых рассказов5, еще не изданных; рад был бы переводу их в Швеции.

Обнимаю Вас

Ваш Ив. Бунин

 

1 Почтовую открытку (франц.).

2 C i t y p a l a t s e t (Дворец города. — швед.) — торговый центр в Стокгольме, в котором находилась контора лесоторговца Н.Йоханнисона.

3 Шведский Красный Крест (франц.).

4 Бунин вернулся из Грасса в Париж 3 мая 1945 г.

5 В то время «Темные аллеи» еще не были напечатаны в полном виде. Под второй книгой рассказов Бунин, вероятно, имел в виду рассказы, не вошедшие в сокращенное издание (Нью-Йорк: Новая земля, 1943).

 

19.

12 сентября 1945 г., Париж

 

12.IX.1945

1, Rue Jacques Offenbach

Paris 16-e

 

Дорогой Сергей Анатольевич, получил Ваше письмо от 7/IX.45 со всеми отчетами и квитанциями, снова и снова горячо благодарю Вас за все заботы обо мне! Позавчера послал Вам новую доверенность заказным авионом.

Чрезвычайно огорчен Вашими болезнями, дай Бог, чтобы грудная жаба не беспокоила Вас и операция, если она будет, прошла благополучно! Очень грустно и то, что Вы нуждаетесь. Мои дела тоже очень плохи. В июне я устроил в Париже вечер1 чтения моих новых рассказов, затем продал одному новому франц<узскому> издательству четыре моих книги (три старых, для переиздания, и одну новую, ту, о которой я Вам писал, — общее заглавие ее, т.е. рассказов, ее составляющих, — «Темные аллеи»2): и то, и другое дало мне заработок, который мог бы считаться неплохим в прежнее время, но не теперь, когда жизнь здесь очень дорога и не может обойтись, кроме того, без черной биржи, а на черной бирже пакет самых скверных папирос, стоивших прежде 1 фр<анк> 75 сантимов, стоит 100 фр<анков>, кило масла 600 фр<анков>, селедка — 120 фр<анков>, кило мяса — 400 фр<анков> и т.д., прибавьте к этому, что я начал выплачивать свои долги, а у меня их
91 тысяча франков! (За одну виллу в Грассе, на которой я жил и хозяйка которой, англичанка3, жила в годы войны в Англии, 61 тысяча!) Как видите, я буду страшно рад, если Вы мне устроите новые издания моих книг на шведском языке
(с отчислением, конечно, некоторого процента в Вашу пользу за Ваши хлопоты). Вы мне прислали отчет Gebers’а от 27 мая 1944 г., по которому мне причитается
286
крон*; я этих денег не получал, да думаю, что сейчас, при таком низком официальном курсе на кроны, мне и не нужно их посылать — лучше подождать, не правда ли? Пусть эти кроны пока полежат в Швеции. (Напишите мне, разделяете ли Вы мое мнение насчет этого.) Напишите еще, пожалуйста, можете ли Вы устроить перевод4 моей новой книги («Темные аллеи»)? Я сам ни Gebers’у, ни другому издателю не буду предлагать ни переизданий, ни издания новой книги. Прошу Вас (как сказано выше) войти в сношение по этому делу, если это Вас не затруднит. А насчет издания меня в Швеции на русском языке — я этого что-то не понял: для кого эти издания — для Швеции или для посылки в Россию? И на каких условиях? И т.д.

Сердечно Ваш

Ив. Бунин

 

P.S. Вы пишете, что рукопись можно послать с пароходом из Sete’а. Но Густав Нобель5, кажется, в Париже — м<ожет> б<ыть>, лучше через него? (Как и все прочее?)

 

1 Закрытый вечер Бунина, на котором он прочел свои последние произведения, состоялся 19 июня 1945 г. в Salle Chopin-Pleyel.

2 Сохранился заключенный в 1945 договор с Пьером Кайе (Caille), владельцем парижского изд-ва «Editions du Pavois», об издании книг «La Calice de la vie», «La<так!> Cornette Elaguine», «Le Monsieur de San Francisco» и «Les Allйes sombres» (РАЛ MS.1066/2093). Эти издания не состоялись, и «Темные аллеи» так и не появились на французском языке при жизни Бунина.

3 С конца сентября 1939 г. до своего возвращения в Париж в конце апреля 1945 г. Бунины жили на вилле Жанетт, принадлежавшей англичанке, уехавшей в начале войны на родину. Вернувшись после войны из Англии, она «потребовала заплатить все в один месяц, между 20 ноября и 15 дек<абря>!» (письмо Бунина к Алданову от 14 ноября 1945 г. — Новый журнал. 1983, N№ 150. С. 187).

4 После 1933 г. до смерти Бунина по-шведски вышла лишь одна его книга — «Митина любовь. Чаша жизни», второе издание перевода Сигурда Агрелла (Sigurd Agrell). Осуществил это издание в 1950 г. не «Gebers», a «Tiden».

5 Г у с т а в Л ю д в и г о в и ч Н о б е л ь (1886—1955) — купец, младший (восемнадцатый) сын Людвига Нобеля (брата Альфреда), последнего директора Нобелевских заводов в СПб.

 

20.

5 октября 1945 г., Париж

 

1, Rue Jacques Offenbach

Paris 16-e

En russe

5.X.45

 

Дорогой Сергей Анатольевич, уже очень давно послал Вам заказными авионами два письма, в одном из которых была доверенность на Ваше имя1; получили ли Вы письма? И есть ли надежда на переиздание моих книг по-шведски?

23 октября, т.е. через 18 дней, мне исполнится 75 лет: может быть, следует дать в шведские газеты заметки об этом2 — для оживления интереса ко мне (и для некоторой материальной помощи мне)? — Недели 3 тому назад получил от Gebers’а около 200 крон, за кои мне выдали — страшно и стыдно сказать! — всего
2400 фр<анков>! Не надо было посылать, надо было подождать более благоприятного случая!

Как Ваше здоровье? Жду известий от Вас и сердечно приветствую.

 

Bien а Vous

J.Bounine

 

1 См. начало письма N№ 19.

2 Цион исполнил просьбу и 24 октября 1945 г. к юбилею Бунина опубликовал статью о нем в газете, которая выходила под разными названиями в двух городах — «Harnosands Posten» и «Solleftea Bladet». Текст статьи ниже приводится целиком (перевод со шведского М.Линдстром):

«Ивану Бунину 75 лет, он празднует в нищете

23 октября Ивану Бунину исполнилось 75 лет. Он единственный из уцелевших великих русских писателей после смерти Дмитрия Мережковского, который скончался во время войны. К сожалению, имя Ивана Бунина не стало в Швеции популярным, несмотря на то что его собрание сочинений, вышедшее после присуждения Нобелевской премии, распродано. Как человек Бунин застенчив и скромен. К тем, кому удается войти в его доверие и стать его другом, он навсегда сохраняет дружеское отношение. Во время войны Бунин после бегства из Парижа потерял все свои сбережения, а также все свои рукописи, нуждался и терпел лишения.

На Ривьере, где ему удалось снять дом у одной англичанки, уехавшей в Англию, часто случались дни, когда у Бунина не было даже хлеба и дров, чтобы отапливать комнату, в которой он жил с женой. Бунин, имевший ранее большой доход от своих книг и своего состояния, стоически перенес все испытания. Единственный раз он обратился к миру с жалобой, когда заболела его жена — у нее открылась язва из-за очень плохого питания, какого не знал даже святой Антоний. Тогда, как известно, Шведская Академия с помощью Шведского Красного Креста заступилась и спасла Бунина и его семью от гибели.

Сейчас он снова живет в Париже и написал новую книгу «Темные аллеи», вышедшую во французском издательстве, готовится и новая книга. Но материально Бунину еще очень трудно. Несмотря на все потери и трудности, Бунин философски относится к человечеству и происходящим событиям и не допускает ненависти в своем сердце к тем, кто его всего лишил».

 

21.

8 октября 1945 г., Париж

1, Rue Jacques Offenbach

Paris 16-e

8 окт. 45

 

Дорогой Сергей Анатольевич, получил Ваше письмо от 26 сент<ября>. Опять и опять благодарю Вас за все Ваши заботы обо мне. Простите, что послал Вам доверенность для новых переговоров насчет переиздания моих книг по-шведски, хотя я тут не виноват: ведь Вы сами просили меня прислать Вам ее. То, что Кюнцель не желает переиздавать сейчас <меня>, как писателя-эмигранта, очень странно — вот в Москве продолжают издавать меня и сейчас, — я только на днях прочел в московской «Литературн<ой> газете» об еще одном новом издании моих избранных произведений1 (что делается, как и прежде, без всякой платы мне). Но Бог с ним, с Кюнцелем; сделайте одолжение, пришлите адрес другого шведского издателя, — есть какой-то крупный и старинный шведский издатель2, который когда-то ко мне сам обращался и которого я забыл фамилию; я сам ему напишу, раз Кюнцель отказался.

Ваш Ив. Б.

Напишу и Кюнцелю, чтобы он официально отказался.

 

1 См.: План Гослитиздата. Беседа с директором издательства Ф.Головенченко // Литературная газета. 7 июля 1945 г., N№ 29 (1140): «Кроме собраний сочинений план этого года предусматривает выпуск 14 однотомников <...>; а также сборники избранных произведений Боратынского, Брюсова, Бунина, Кольцова, Маяковского, Рылеева, Тютчева, Фонвизина». 11 октября 1945 г. Бунин писал то же самое Алданову, добавляя: «Было в «советских» газетах (весной) еще известие, что выходит академическое издание моих сочинений» (Новый журнал. 1983, N№ 150).

2 Имеется в виду шведский издатель К а р л О т т о Б о н ь е р (1856—1941), директор издательства Bonniers, отец Тора Боньера (1883—1976), унаследовавшего издательство.

 

22.

15 октября 1945 г., Париж.

1, Rue Jacques Offenbach

Paris 16-e

15.X.45

 

Дорогой Сергей Анатольевич, получил Вашу открытку от 10 окт<ября>. Недавно ответил Вам на Ваше письмо о Кюнцеле1: не хочет переиздавать — ну, и не надо. В некоторой связи с этим мне кажутся и заметки о моем 75-летии, о которых я Вас просил2: м<ожет> б<ыть>, шведские газеты смотрят теперь на меня так же, как Кюнцель, и потому не беспокойтесь и о заметках: не стоит их давать. Повторяю только просьбу сообщить мне как-нибудь, когда будет свободная минута, название и адрес самого крупного шведского издательства, название которого я забыл3. Цsterling’у4 я написал.

Сердечно жму Вашу руку.

Ваш Ив Бунин

 

1 См. N№ 21.

2 См. примеч. 2 к N№ 20.

3 См. примеч. 2 к N№ 21.

4 A n d e r s Ц s t e r l i n g (1884—1981) — шведский поэт, долголетний член Нобелевского комитета Шведской Академии, активно поддержавший кандидатуру Бунина при присуждении Нобелевской премии. 10 ноября 1933 г. он представил нового лауреата шведским читателям, опубликовав большую статью о Бунине в газете «Svenska Dagbladet».

 

23.

5 ноября 1945 г., Париж

5.XI.45. Париж

 

Дорогой, добрый друг Сергей Анатольевич, получил Ваши письма от 20 и
29 окт<ября> и вырезки1 — за все горячо, от всей души благодарю. Вера Ник<олаевна> шлет Вам тоже свою благодарность и сердечный привет. Недели три тому назад получил посылку Шведск<ого> Кр<асного> Креста, которая шла несколько месяцев, — застревала в Барселоне. Если, благодаря Вам, получу еще, буду, конечно, очень рад. Что до денег, о которых Вы пишете, что Вам, может быть, удастся собрать, то лучше всего поберегите их пока у себя, — скоро курсы улучшатся. Beskow’у2 посылаю заказной авион. Наведу справки, можно ли послать что-нибудь из моих рукописей при помощи Густава Нобеля. Только что пришло письмо от Кюнцеля:

«Monsieur Bunin, voici notre sanction que vous avez toutes les libertes de disposer en Suиde des droits de vos оеuvres. Fцr Hugo Gebers Fцrlag A.B. Gцran Z. Haeggstrцm»3 (иещечья-тонеразборчиваяподписьрукой). Насчет издательства Bonniers подумаю — неловко самому навязываться, но, м<ожет> б<ыть>, напишу.

Как мы провели день моего рождения? Да очень буднично, — в Париже, слава Богу, о нем не знали. Теперь узнали — из американских газет — и в
N№ «Рус<ских> нов<остей>», который выйдет в четверг 8 ноября, будет об этом напечатано4. Вышлю Вам этот N№ и постараюсь достать N№ 15.

Дружески обнимаю Вас, дорогой мой.

Ваш Ив. Бунин

1 Цион послал вырезки своих статей из шведских газет о 75-летии Бунина, сохранившиеся в архиве (РАЛ MS. 1066/9558—9561).

2 N a t a n a e l B e s k o w (1865—1953) — шведский писатель и педагог, автор эссе на религиозные темы, игравший важную роль в экуменическом движении.

3 «Господин Бунин, вот подтверждение, что Вы совершенно свободны распоряжаться в Швеции всеми правами относительно Ваших произведений. От А<кционерного> О<бщества> издательства Хьюго Геберса — Йоран Хэггстрем» (франц.). Gцran Z. Haeggstrцm (род. в 1914 г.) был директором издательства «Almqvist & Wiksell/Gebers» в 1944—1974 гг. Оригинал письма сохранился (РАЛ MS. 1066/2746).

4 См. газетное сообщение об этом: И.А.Бунин: К его 75-летию // Русские новости. 1945. 9 ноября. N№ 26.

5 Первый номер газеты «Русские новости» вышел 18 мая 1945 г. и был посвящен памяти П.Н.Милюкова. Трудно сказать, что именно в нем заинтересовало Циона, возможно, он просто хотел иметь полный комплект газеты, выходившей под тем же названием, под каким он выпускал газету в Швеции пятнадцатью годами раньше.

 

24.

14 февраля 1946 г., Париж

 

1, Rue Jacques Offenbach

Paris 16-e

14.2.46

 

Дорогой Сергей Анатольевич, я почти полтора месяца пролежал в постели, начиналось воспаление легких1 — и ничего не помню: не помню, извещал ли Вас, что получил «cadeau»2 от г-жи Olga Lindbom3 — пять тысяч шестьсот шестьдесят шесть франков. На всякий случай — извещаю. Что это? Откуда эти деньги и за что? Напишите. Это, конечно, Вы устроили? Обнимаю, благодарю. Больше не могу писать, еще очень слаб!

Ваш Ivan Bounine

Как Вы поживаете?

 

1 20 декабря 1945 г. Бунин писал Алданову: «<...> в первый раз после трех недель в постели (очень порядочный грипп, чуть не воспаление легких) собрался с силами сесть в кресло»; а 26 декабря сообщил: «Я все еще болен, редко и с большим трудом выхожу, — все еще бронхит и ужасная одышка, слабость». Судя по письму к Алданову от 26 февраля 1946 г., Бунин начал поправляться только в конце февраля.

2 Подарок (франц.).

3 O l g a L i n d b o m (1890—1972) — гражданская жена и сотрудница Циона, работала в службе Социальной помощи церкви, помогая бездомным и нуждающимся.

 

25.

21 апреля 1946 г., Париж

 

1, Rue Jacques Offenbach

Paris 16

21.IV.46

 

Дорогой Сергей Анатольевич, с Праздником1! Сердечно обнимаю Вас, В<ера> Н<иколаевна> шлет Вам свой привет.

Как поживаете? Здоровы ли Вы? Не помню, писал ли я Вам о себе: я месяца три был тяжело болен, начиналось воспаление легких2; я сейчас еще слаб ужасно. Не по мне парижский климат!

Ваш всегда

Ив. Бунин

 

1 Бунин пишет в день Пасхи.

2 См. N№ 24.

 

26.

5 августа 1946 г., Париж

 

5 авг. 1946 г.

 

Дорогой Сергей Анатольевич, получил Вашу открытку от 22 июля, получил Вашу открытку и от 11 июня и тотчас на нее ответил — тоже открыткой, которая, значит, до Вас не дошла1. Я был очень рад, что болезнь Ваша прошла благополучно, и очень тронут Вашими новыми заботами обо мне. Не беспокойте себя, дорогой друг, — я кое-как верчусь. У меня расширение легких и затяжной бронхит, отчего я очень задыхаюсь при ходьбе, должен был бы, конечно, поехать хоть на месяц на какой-нибудь курорт, где эти болезни облегчаются, если не вылечиваются, но средств у меня на это нет, да что ж делать, все-таки, повторяю, мы кое-как живем. Можно было бы стать даже богатым, — мне уже твердо предлагали возвратиться в Россию, издаваться там2, — но я на это не решился — слишком стар для того, чтобы столь резко ломать жизнь!

Книга моя по-французски еще не вышла, по-русски — тоже3. Посылаю Вам несколько рассказов в корректурных листах — если подойдет какой-нибудь из них для перевода*, буду доволен, но, раз Вы еще очень слабы после болезни и нуждаетесь, сделайте одолжение не торопиться с высылкой мне гонорара, если таковой будет (равно как и с переводом тех 50 крон, о которых Вы пишете): сосчитаемся, когда Вам будет материально легче.

Сердечно обнимаю Вас и передаю привет моей жены.

Ваш Ив. Бунин

 

1 Открытка не сохранилась.

2 Предложения эти, по-видимому, исходили от сотрудников советского посольства, с которыми Бунин вступал в контакт после возвращения из Грасса в Париж в апреле 1945 года. Вопреки предположениям Н.Н.Берберовой, Г.П.Струве и некоторых современных исследователей, Бунин не мог принять участие в нашумевшем визите группы видных эмигрантов во главе с В.А.Маклаковым к советскому послу А.Е.Богомолову 12 февраля 1945 года, поскольку в то время находился в Грассе. Однако осенью 1945 г. Бунин все же посетил посольство и имел беседу с А.Е.Богомоловым, ни к чему, в сущности, не приведшую. Но слухи об остром желании Бунина вернуться на родину еще года два широко бытовали в эмиграции и породили целую литературу как противников, так и сторонников этой версии.

3 Речь идет о книге «Темные аллеи», которая вышла в конце ноября 1946 г.

 

27.

8 ноября 1946 г., Париж

 

8.XI.46

 

Дорогой Сергей Анатольевич,

Очень Вас благодарю — получил и поздравление1, и 5000. Концы «Дубков» и «Красавицы»2 я Вам, очевидно, не дослал. Но «Дурочка» другое дело: она именно так и кончается — насчет улыбки ребенка3. На днях моя книга «Темные аллеи», в которую входят все эти рассказы, выйдет и по-русски, и по-французски (а вскоре и по-английски4) — тогда немедля пошлю ее Вам. Кроме того, поищу что-нибудь рождественское.

Желаю Вам, дорогой друг, здоровья — все-таки это самое главное, испытываю это на себе: мое дело совсем плохо — бронхит мой не проходит, задыхаюсь при ходьбе ужасно, доктора говорят, что мне необходимо уехать на юг месяца на 3,
на 4, но об этом я и думать не могу: чтобы прожить в условиях приличных на юге такой срок, надобно истратить при теперешнем франке не меньше ста тысяч! (Один проезд туда и назад — от Парижа до Cannes и обратно — в спальном вагоне
2-го класса стоит теперь почти 10 тысяч.)

А меж тем дом наш опять не топят, началась поистине ужасная парижская зима, гриппы...

Сердечно обнимаю Вас, жена Вам шлет привет.

Ваш Ив. Бунин

 

1 По-видимому, Цион поздравил Бунина с днем рождения 10/22 октября.

2 «Дубки» (1943), «Красавица» (1940) — рассказы из книги «Темные аллеи», посланные Буниным Циону для перевода.

3 Рассказ «Дурочка» (1940) из книги «Темные аллеи» заканчивался абзацем: «Он был урод. У него было большое, плоское темя в кабаньей шерстке, носик расплющенный, с широкими ноздрями, глазки ореховые и очень блестящие. Но когда он улыбался, он был очень мил».

4 В английском переводе книга вышла лишь через три года.

 

28.

12 ноября 1946 г., Париж

 

12 ноября <19461>

 

Дорогой Сергей Анатольевич,

Saxon & Lindstrцms Fцrlag издало книжку2, о которой Вы пишете, самовольно, но мы тогда были в Стокгольме и подняли маленький скандал, и издательство что-то заплатило мне. Вы говорите: не предложить ли ему мою новую книгу (которую Вы по ошибке называете «Осенние вечера», а она называется «Темные аллеи»). Не знаю, дорогой друг, Вам виднее, чтo это за издательство. Мне казалось — оно плохое. Не обратиться ли к Бонье?

Сердечно обнимаю Вас.

Ваш Ив. Б.

Концы «Дубков» и «Красавицы» еще не нашел.

 

1 Год установлен по содержанию.

2 В 1933 г. издательство «Saxon & Lindstrцms» выпустило книгу Бунина под названием «Зеркало и другие рассказы» («Spegeln och andra noveller») в переводе на шведский Давида Белина (David Belin).

 

29.

18 октября 1946 г., Париж

 

1, Rue Jacques Offenbach

Paris 16-е

18.X.46

 

Дорогой Сергей Анатольевич, благодарю за приятное известие насчет моего рассказа1. Уезжать мы никуда не собирались и не собираемся. Здоровье мое все хуже, я все больше задыхаюсь от расширения легких, очень боюсь парижской зимы без топки и с гриппами, должен был бы непременно уехать на юг или в горы, но я так беден, что и думать об этом не смею. И все-таки «домой» я не поеду ни за какие деньги. Как Ваше здоровье? Судя по Вашей открытке, Вы, слава Богу, сейчас благополучны как будто. Сердечно обнимаю Вас, В<ера> Н<иколаевна> Вам кланяется.

Ваш Ив. Бунин

 

1 См. начало письма N№ 34 и примеч. 2 к нему.

 

30.

10 января 1947 г., Париж

 

1, Rue Jacques Offenbach

Paris 16-е

10.I.47

 

Дорогой Сергей Анатольевич, простите поздний ответ, я опять пролежал недели две в постели и сейчас еще страшно слаб. Очень благодарю — посылку получил. Что до «Темных аллей», то текст их и по-франц<узски>, и по-англ<ийски> такой же, как по-русски. Не подходит для Швеции? Ну и не надо. Хотя ведь можно было бы выбрать много рассказов вполне «приличных», а в некоторых сделать купюры...

Шлю Вам сердечный привет от себя и В<еры> Н<иколаевны>.

Ваш Ив. Бунин

 

31.

7 февраля 1947 г., Париж

7.2.1947

 

Дорогой Сергей Анатольевич, я второй месяц в постели, очень простужен, гибну от кашля и т.д., поэтому простите, что так поздно отвечаю на Ваше письмо от 14 дек<абря>. Благодарю Вас за все Ваши заботы и переводы. Посылку давно получил — будьте добры передать мою сердечную благодарность тем двум дамам1, которые ее послали. «Темн<ые> аллеи» по-французски набраны, но еще не вышли из-за отсутствия бумаги, по-английски еще только переводятся. Но все равно — тексты и по-франц<узски>, и по-англ<ийски> вполне те же, что и в русском
издании — и Франция, и Англия смелее Швеции! «Молодая любовь» — хорошее заглавие2. Сделайте сборник как хотите, но если он все же не годится для Швеции, что ж делать! Не хотят, не надо.

Сердечно Ваш

Ив. Бунин

 

1 Не удалось установить, о ком идет речь.

2 См. также письмо N№ 34.

 

32.

3 мая 1947 г., Жуан-ле-Пэн

 

Villa Le Fournel

Chemin du Fournel

Juan-les-Pins, A<lpes> M<aritimes>.

France

3.V.47

 

Дорогой Сергей Анатольевич, я больше трех месяцев лежал в постели в Париже — было острое малокровие. Теперь я (до начала июня) на юге1, поправляюсь, но очень медленно, слаб еще настолько, что вот едва пишу эти строки. Как Вы? Как здоровье? Напишите.

Сердечно Ваш

Ив. Бунин

 

P.S. «Темные аллеи» давно набраны и во Франции, и в Англии, но еще не вышли — нет бумаги2. На днях продал эту книгу в Америку3.

 

1 Весной 1947 г. Бунины провели два с половиной месяца (с 23 марта до начала июня) в Русском доме в Жуан-ле-Пэн на Лазурном берегу.

2 Об английском издании см. примеч. 4 к N№ 27. О несостоявшемся издании на французском языке см. N№ 19 и 27.

3 23 февраля 1947 г. Бунин сообщил Алданову: «<...> какой-то америк<анский> издатель «Б.Г.Танко» или «Танько» желает издать «Темн<ые> аллеи» с авансом в 200 долларов» (Новый журнал. 1983. N№ 152. С.171—172). Предполагаемое издание не состоялось.

 

33.

14 мая 1947 г., Жуан-ле-Пэн

 

Villa Le Fournel

Juan-les-Pins, A<lpes> M<aritimes>.

14.V.1947

 

Дорогой друг, очень, очень благодарю Вас за известие о деньгах, за Ваши неизменные заботы обо мне и очень прошу Вас передать мою глубокую благодарность Нобелевскому фонду1. Ваше известие — большое утешение для
меня — я совершенно разорен своей болезнью и дикой дороговизной жизни во Франции. Подержите деньги пока у себя — я скоро напишу Вам, как с ними поступить. Я еще очень слаб, но к концу мая возвращаюсь в Париж: жить здесь дольше мне уже не по средствам (почти прожил все, что получил авансом от американского издателя, купившего мои «Темные аллеи»2). Сердечно обнимаю Вас, дай Бог Вам здоровья!

Ваш Ив. Бунин

 

1 Нобелевский фонд (Nobelstiftelsen) — независимая от Шведской Академии организация, распределяющая нобелевские деньги и организовывающая церемонии вручения премий.

2 См. примеч. 3 к N№ 32.

 

34.

23 июня 1947 г., Париж

 

23 июня 1947 г.

 

Дорогой Сергей Анатольевич, получил Вашу открытку от 20 июня. Как же эта госпожа не поняла, в чем дело?1 Впрочем, и Вы, может быть, не поняли? Если примет, возьмите с нее расписку в получении и пришлите мне заказным, пожалуйста.

Очень благодарю, что Вы пристроили «Ворона»2 и послали «Пароход Саратов» в Осло3. Вы пишете, что в начале июля увидитесь «с одним издателем». Это насчет издания книгой «Темных аллей»? Определить, за какую сумму можно отдать их, не могу — не знаю теперешних условий шведских. Конечно, нужно, чтобы издатель платил с каждого проданного экземпляра, с его обложечной цены, не менее 10% и чтобы он дал приличный аванс — какой именно, не могу сказать, повторяю. Чем больше — тем лучше — торгуйтесь!

По-французски «Темн<ые> аллеи» все еще не вышли — набраны, исправлены, но задерживаются из-за недостатка бумаги. Все же обещает издательство вот-вот выпустить.

Вы мне когда-то — уже давно — прислали предполагаемое содержание «Темных аллей» для шведского издания и предполагаемое название этого сборника: «Молодая любовь»4, или «Чистый понедельник»5, или «Трактир на воде»6. По-моему, «Чистый понедельник» будет непонятно или скучно шведам, «Трактир на воде» тоже не заманчиво. «Молодая любовь» — ничего себе; но почему не назвать, как русское издание и как будет озаглавлен сборник и во Франции, и в Англии, и в Америке (я туда тоже продал «Темные аллеи» недавно), и в Германии (там желает издать мюнхенский издатель Franz Ehrenwirth) — т.е. именно: «Темн<ые> аллеи»? Это и красиво, и поэтично. Очень стою за это именно название сборника.

Что до предполагаемого Вами содержания сборника, то, по-моему, характер его нарушает «Обезьяна»7 — ведь весь сборник о любви, а «Обезьяна» совсем не кстати в нем. Непременно надо выкинуть и те 3 рассказа, что Вы называете «Нормандскими легендами»: эти легенды тоже совсем «из другой оперы», кроме того, они не «нормандские», а «провансальские», а главное — они не мои: это только моя передача народных провансальских легенд, вольный перевод их8. Затем: годится ли для благочестивой Швеции «Антигона»? Сомневаюсь. «Неприлична» и неинтересна и «Кума»9. Взамен всего этого возьмите из «Темных аллей» какие-нибудь другие рассказы.

Как всегда, горячо желаю Вам здоровья, дорогой друг.

Ваш Ив. Бунин

 

P.S. Да, вот еще что: что это за рассказ «Молодая любовь»? Откуда он? Не вижу такого в «Темных аллеях».

Как я отношусь «к текущим событиям»10? Это трудно сказать в письме!

 

1 Не удалось установить, о ком идет речь.

2 Шведским библиографам известна лишь одна публикация бунинского рассказа в переводе Циона — в 1947 г. рассказ «Чистый понедельник» был напечатан в журнале под названием «Den vita mдndagen» (All Varldens Berдttare. 1947. N№ 2). Возможно, Циону удалось опубликовать свой перевод «Ворона» (а может быть, и еще каких-то упоминаемых в письмах Бунина рассказов) в провинциальной печати.

3 Обстоятельства обращения Циона в Норвегию не установлены.

4 Судя по всему, придуманное Ционом «тематическое» заглавие для предполагаемого сборника. См. об этом ниже, в постскриптуме Бунина к письму.

5 «Чистый понедельник» (1944) — рассказ из сборника «Темные аллеи».

6 Т.е. «Речной трактир» (1943) — рассказ из сборника «Темные аллеи».

7 Рассказ «Про обезьяну»/«Молодость и старость» (1936).

8 Речь идет о трех из шести основанных на произведениях Фредерика Мистраля (1830—1914) «Провансальских пересказов», напечатанных в 1931 г. в газете «Последние новости» (N№ 3577. 7 января; N№ 3749. 28 июня; N№ 3929. 25 декабря): «Звезды», «Мэтр всех мэтров», «Тараскон», «Юный пилигрим», «Волхвы», «Святочный вечер».

9 «Антигона» (1940), «Кума» (1943) — рассказы из сборника «Темные аллеи».

10 Из контекста неясно, какие именно события имел в виду Цион. Возможно, речь шла о расколе в парижском Союзе русских писателей и журналистов.

 

Публикация Жоржа Шерона

Подготовка текста Александра Тюрина и Ричарда Дэвиса

Комментарии Олега Коростелева и Магнуса Юнггрена

 



© 1996 - 2017 Журнальный зал в РЖ, "Русский журнал" | Адрес для писем: zhz@russ.ru
По всем вопросам обращаться к Сергею Костырко | О проекте