Кира Езерская (Кира Семеновна Белорусец) родилась в Ясной Поляне. Окончила музыкальное училище по классу фортепиано и Литературный институт. Также имеет высшее психологическое образование (МПГУ).

Первая публикация стихов в журнале “Студенческий меридиан”. Стихи печатала в “Антологии русского верлибра”, журналах “Литературная учеба”, “Кольцо А”, “Студенческий меридиан”, “ВОУМ!”.

Как критик и литературовед публиковалась в “Книжном обозрении”, “Литературной газете”, газете “Цирк “Олимп””.

В настоящее время работает психологом, живет в Москве.

о Тарковском в книгах и журналах.

	        * * *

...Тогда  попробуйте
Поиграть  Рахманинова
Или  Баха
При  ветреной,  переменной  погоде,
Когда  солнце  то  вспыхнет,
То  уйдет  в  тень,  —  
Но  так,
Чтобы  окно
Непременно
Находилось  за  вашей  спиною,
И  лучше,
Если  в  рисунок  обоев
Включены  золотые  элементы.

            * * *

Меня  проводят  до  могилы  
Младенческие  «почему».  
Судьба  не  учит  ничему,  
А  лишь  испытывает  силы...


       Ночной  поезд

Как  ночью  яблоня  цветет  
в  пустом  саду  пристанционном!  
Вплотную  к  окнам  отчужденным,  
дрожа,  созвездье  поднесет...

Деревьям  жутко  в  темноте  
следить,  как  мимо  мчится  поезд.  
В  уютной,  душной  тесноте  —  
стыдится  их  больная  совесть,

как  будто  бы  вагон  храним  
не  электрическим  лишь  светом,  
а  покровительством  иным,  
где  сны  дурные  под  запретом.

            * * *

Для  чего
Все-таки
Нужна
Эта  свобода?..

—  Да  только  для  одного:
Чтобы  каждый  нашел  несвободу  
По  душе  и  по  росту...


       Под  дождем

Фигурка  чья-то,  от  воды  седая,  
с  трудом  пересекает  окоем,  
то  в  странностях  дороги  пропадая,  
то  появляясь  в  зеркале  моем.

А  там,  за  много  сотен  километров  
невнятной  прозы  и  сырой  земли,  
тайком  ты  бродишь  под  балтийским  ветром — 
и  помнишь  розовые  корабли...

Опоены  небесною  водицей,  
допущены  до  боли
				несказанной  —  
молчим...  
Как  две  забытые  столицы  
несбывшейся  земли  обетованной.


     В  детстве

Кузнечиков  сплошное  верещанье  
дрожит  в  столпах  небесного  огня,  
а  дом  сиренью  ледяной  охвачен...  
Трава,  еще  живая,  пахнет  сеном,  
и  тленом  —  деревянные  перила.  

А  мне  знакома  здесь  любая  тропка,  
я  даже  среди  роз  —  персона  грата,  
я  всем  сочувствую,  всем  помогаю...  
Я  здесь  живу  недавно.  Мной  судьба  
пока  еще  не  занялась  вплотную.

            * * *

Не  уводи  меня  с  собою  
Туда,  откуда  нет  пути,  
А  это  значит  —  сам  тропою  
Единственной  не  уходи.

Дай  поберечь  земное  имя,  
Не  вырывай  руки,  постой  —  
Не  оставляй  меня  с  другими!  
Не  уводи  меня  с  собой...


            * * *

О  Господи,  когда  ж  я  доучу
Те  правила,  что  заданы  с  пеленок!
От  боли  замираю  и  молчу,
От  радости  дурею,  как  ребенок,

И  не  владею  правильным  ответом  
Ни  в  коей  мере,  никогда.  Я  вас  
Без  слез  целую,  коль  неровен  час,  
А  часом  легче  —  праздным  силуэтом

Темнею  на  родимом  берегу  
И  ничего  поделать  не  могу...


            * * *

Ты,  дышавший  сам  по  себе,  
Ты,  не  веривший  ни  себе,  
Ни  чужим  глазам,  
Ни  своим  словам,  
Ты,  растянутый  пополам  
Волей  мысли  и  болью  дня,  —  
Получил  странный  дар:  меня.


            * * *

Промолчу  обо  всем,  с  чем  спорю,  
С  чем  веду  неравные  счеты  
На  кривом  болоте  души.

Протащу  свою  доблесть  дальше  —  
Грубым  волоком,  как  придется,  
Но  ни  слова  злу  не  скажу.  

Светомузыка  знает  много  —  
Потому  что  везде  бывает,  
Даже  в  самых  нижних  котлах.

Потому  и  редки  моменты,  
Для  которых  не  жалко  строчки,  
Слова,  буквы,  
Значка,  штриха...

            * * *

Возникновение  рифмы:
Слово,
Брошенное  в  тишину,
Тает,
Обнаруживая  другие
Очертания
Себя...

            * * *

Бабье  лето:  блеск  и  нищета,  
Отданы  плоды  на  растерзанье  
Букве  летописного  сказанья,  
Духу  погорелого  листа.

В  золотой  пыли,  лепясь  к  пролетам,  
Будущее  серебро  сквозит,  
Длится  под  открытым  переплетом  
Бытия  несовершенный  вид...



            * * *

Не  плачь,  
Все  хуже,  чем  кажется...


            * * *

В  чужих  да  казенных  домах  
Так  странно-легко  приживаться:
И  шорохи  там  не  пугают,  
И  память  в  углах  не  стоит.

Больница,  метро,  магазин...  
Священное  гостеприимство,  
Где  лица  так  странно  мелькают,  
Что  —  страшно  успеть  полюбить...


            * * *

О,  золотые  купола,
О,  неба  ясное  дыханье!
Играет  солнечная  мгла
На  терпеливом  белом  камне.

О,  золотые  купола...  
Слепящий  свет  родного  неба,  
Где  высота  надежней  хлеба  
И  бесполезна  кабала:

Плывут  по  небу  купола,  
Качая  птиц  над  головами,  
А  под  рукой  —  белы  поля,  
Полны  озимыми  словами...