Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дружба Народов 2002, 12

Ход времени — он обратим

Стихи


         * * *

Под брезгливый восторг 
Иностранных гостей
Потрясали то ракой священных костей, 
То постельным бельем, то исподним. 
На торги из икон уводили кобыл 
И узнали, что гнев Божий милостью был 
По сравненью с презреньем господним.

         * * *

Меня пугает эра Водолея
И женщины наездницы страшат.
Вся в кружевах,
		стыдясь, алея, млея 
В твоих руках.
		И чуть блестит аллея, 
С которой,
	как рубин,
			скользнул закат,

Старинная, во тьме веков цепочка 
С осенней позолотой...
			Внучка, дочка, 
Возлюбленная...
		Как-нибудь найду 
Ее седая, юная в саду 
Совсем одна...
		Стыдясь, алея, млея 
В твоих руках...
		Одна! Совсем одна. 
Как все старухи русские, бедна. 
...Бесценный мой! Бесценная аллея!


         * * *

Ах, карты в день, когда идет призыв, 
Ложатся, словно пальцы на гашетки. 
Последние деньки, быть может, жив 
Единственный сынок моей соседки,
Игрушечное воинство души:
Дешевенькие ладанки-иконки
В пропащей, нищей, родненькой глуши
Винятся перед нами в похоронке.

Забеременей, девчонка, забеременей! 
Для ухаживаний долгих нет уж времени 
У того,
	   лишь обернется 
Кто в строю и не вернется 
Страшной Родиной забытый заодно 
С тем,
	   кто все-таки родится, 
Кто ему посмертно сниться 
Будет — это крутит Бог свое кино.

         * * *

Я и в пасхальной церковке убога 
Настолько без тебя,
			    Что есть у Бога 
Счастливый случай для моей судьбы:
И вот уже во сне ты наготове 
Хранить меня, и семечки с губы 
Сцеловывать, и приучать к обнове 
И древним перстням с искрой голубой. 
Мы друг о друге молимся с тобой.

.........................................................

В синем небе
Виноградная лоза — 
Это мы с тобой и врозь глаза в глаза! 

         * * *

Ход времени — он обратим. 
И в коридорах Зазеркалья 
С тобой,
	   обнявшись, мы стоим. 
И только лишь твою печаль я, 
Когда луна с той стороны 
К нам светит,
		 не могу утешить 
И шаль приходится мне вешать 
На стекла, полные луны.
Во мне любовь.
		    И надо мной, 
Любовь со мной, любовь за мной, 
И впереди любовь, и справа 
Любовь, и слева нежный стыд 
Любви…
	    И тыщи лет блестит 
Зеркал заброшенных оправа. 



Родительская суббота

Нечаянно нагнулась над столом 
И... запах яблок.
			Бабушкино блюдо 
Оранжевое. Это ли не чудо?! — 
Целехонько!
		   У Бога в горле ком, 
И я в ночной рубахе, босиком.

...иже везде сый...

Как дурная обувь ноги, 
Так мне душу мир дурной 
Натирает.
		Неродной, 
С ручкой сломанной дверной, 
Но не с двух сторон — с одной,
И не дай бог дверь захлопнуть 
За собою в мир иной.

В щели розовый вьюнок 
Проползет и возле ног
Ляжет верный, как борзая. 
Господи!
	     Подай ключи 
В мир, где плакала босая. 
Боже правый, не молчи!


         * * *

Ангел-Хранитель, сжалься! 
... Мама склонилась к банту. 
Милый продрог и сжался, 
Когда под утро в сонных 
Цветах сползло одеяло.

Вспомнил? — 
Два перышка с крыльев упало.

Ты лишь один и знаешь мою 
Жизнь и то,
		как стою в раю 
Молитвы, словно слепой на краю 
Пропасти,
		где под кобыльими 
Гривами злато и брызги шелка...

Вот моя с черной буханкой кошелка.
Ангел мой!
		Ты же с крыльями.

         * * *
Эта осень моя,
Для меня, обо мне
За струею струя
Ворожит на окне
Ни портьер и ни тюля, только осень и дом,
И надежда со мною в пространстве одном,
Как счастливая карта в колоде.
					 И вновь 
Эта осень сквозь время сияет, как кровь 
На просвет в моих мочках,
				  и в прошлом, 
Как и в будущем,
			   видят ее — 
Эту осень, пальтишко мое.
Зори с изморозью, как брошь
Антикварную в пепле газет, 
Осень ты мою подберешь 
И не будешь знать,
			 что тебя в ней нет.


Счастье

Как будто фары в снегопад, 
На подоконнике сквозь тюль 
Забытые мной мандарины.

Мир вечен. Образа старинны.

Глазами загнанных косуль 
Святые люди на оклад 
Косятся,
	     потому что чад 
От свеч, и роза. — Именины.

И брошь прабабкина, и вальс… 
И на тебе! Среди величия 
Вдруг, сразу и до неприличия 
Влюбиться. — Вы в меня. Я в вас.

Версия для печати