Николай Гуданец

Ничейный ангел

* * *
Я говорил с чужими о чужом,
обиды и досады не тая,
как будто в жизни, вспоротой ножом,
барахтался, нащупывал края,

и был напрасен шепот или крик,
и неродная речь гортань прожгла,
а жижа подступала под кадык,
а вдалеке сияли купола.

* * *
Брат волк и ласточка сестра
зачем сердиться на людей
пусть их постылая игра
все несуразней и лютей

любовь остра как гвоздь креста
и длится мука на весу
покуда брат или сестра
зверьем скитаются в лесу

клубится жирный дым костра
и в ноздри бьет слащавый чад
брат волк и ласточка сестра
обескураженно молчат —

* * *
Теперь надоела окольная речь,
хотя поначалу привык.
Зачем проволочки, приказывай лечь,
подставить кадык,

чтоб кровь перед взмахом кривым, ножевым,
застыла узлом на весу.
Прикажешь опять притвориться живым —
и это снесу.

Кондак
Странен и пришелец на земли сей,
за себя не смеющий молиться,
только лишь тоскующий по дому,
где все так же, только по-другому,
и откуда нам сияют лица
беспощадной нежности к живому.

* * *
Если еще не чужой тебе
если могу выбирать судьбу
дай затеряться в твоей тайге
словно в пушистом густом гробу —

Ты не заметишь как я войду
с вырванной речью в пустой руке
чем головешкой в чужом аду
проще песчинкой в родном песке —

Был и остался никто ничей
шарил и падал и брел во мгле
дай безымянному как ручей
лечь и растаять в твоей земле —

* * *
Безумье и лед нищета и зима
лиловая хрупкая рань
молчанье из тридцать восьмого псалма
как лезвие входит в гортань.

А Боженьке зябко на тихих руках
в широком еловом краю
где белыми искрами сыплется прах
на черствую почву ничью.

Пустая как бубен земля или плоть
рожает корявые сны
и смотрит в упор босоногий Господь
из ласковой пышной страны.

Ничейный ангел
Когда земля и небосвод
друг в друга смещены,
нас ангел переходит вброд,
и мы ему нужны.

Слова молчания влажны,
а рано поутру
громоздкий воздух тишины
спекается во рту.

Наверно, эта тишина,
поддетая ножом,
как ангел раненый, страшна,
в пыли и нагишом.

Так слепо — жить,
так странно — спать
и знать, что наяву
ничейный ангел канет вспять,
в лучистую траву.