Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дружба Народов 1998, 6

Все, как есть, без утайки

Стихи


Владимир Лапин

 

Все как есть, без утайки...

 

Проводы

Обогнули какой-то угол,

Вошли под арку, во тьму,

Во мрак;

Отчего-то она рассказала ему,

Как именно тут на нее напал однажды маньяк,

Но сам оказался и перепуган —

Был да исчез,

А все же страшно с тех пор...

Из-под арки вышли в лишенный живых существ

И почти настолько же темный двор

[Вот только жимолость угадывалась как будто

И, как сердце (куда ж тут без этого атрибута),

То ли ширилась, то ли сжималась —

А в целом ни то, ни другое: томилась]...

“Здесь живу я, — сказала она у подъезда; — Боюсь

и припомнить, что снова измучит зима нас,

Но пока еще — лето, чудесная милость!”

 

* * *

Парадоксальность августа

Во все влилась густо-нагусто —

И разве же мы расскажем,

Какие силы и недуги

В самих нас, таких-разэтаких,

И в августовском пейзаже?

Поминки идут или празднества —

Не так велика уж разница:

И то и другое вместе;

И кончено все, и начато —

А это одно не значит ли:

Конец не вполне известен?

 

* * *

Пишу вам коротенько.

Где ни ступи — везде

Переводной картинкой

Изморщишься в воде.

Какое, после астмы,

Сплошное баловство!

И лес вздохнул прелестно –

Поди сдержи его,

Втолкуй ему, попробуй,

То, что снега близки

И замирать пора бы,

А не питать ростки.

 

* * *

Сама не своя у своих,

За двери среди ночи

Выбежит — и стоит,

Вымолчится — и бормочет.

Вязать ли ее? везти

Туда, где какой пригляд есть?

Обратно ль домой вести

В проклятость и проклятость?

Или гадать во тьме

И как бы на стыке суток:

Кто еще при уме —

А кто утратил рассудок?..

 

* * *

Травы, цепляйте ее за платье,

Не дайте ей скрыться по-колдовски:

Пусть она раньше сполна заплатит

За черную сырость вашей тоски!

Это последняя ночь перед снегом,

Это последний туман в году,

Это на Север нисходит нега,

Чтобы погибнуть в завтрашнем льду.

Не отпускайте же ночь, держите,

Уткнитесь в живот ей, между грудей,

Грейтесь и грезьте! Ваш расторжитель —

Да не застанет он вас в беде!

Да не застигнет он вас в уныньи!

Сам не растает — но, вопреки

Воле своей, он сменит отныне

На теплую толщу свои тиски.

 

* * *

Все как есть, без утайки:

Что погибнет, а что спасено.

Воробьиные стайки —

Точно сеятель по ветру бросил зерно.

Срок выходит сезонке

(Да еще захотят — сократят);

Но какие ж глазенки

Из пернатой поземки глядят!

 

 

* * *

Над домами и между ними

Ты — сама бездомность, а имя

Тебе — метель;

И выманиванье, и остуг:

Что ж за призрачный перекресток!

И что ж за цель:

Быть единой — а влечь к разладу?

Проходи, пропади, не надо!

Я так хотел

Призабыться — да ты мешаешь:

Душу вытянешь — в сердце шаришь.

Глухоманью выглядит город.

За холмами-домами — горы

Тоже дома:

Так по сути, но суть — легенда;

Люди в ней припутаны кем-то,

Причем весьма

Безответственно, без участья

К ним самим; — Ох, метель, кончайся! —

Да нет, эх-ма,

Давит, давит без передыха,

Даром что без ножа и тихо.

Ненастный дух

Необъятен и ненасытен;

Уж не с ним ли вместе изыдем

Мы и сами, чтоб голосить им

Так же молча, хоть раз в году

Возникая как бы в тумане

Над своими, в прошлом, домами,

У нас в саду...

 

* * *

Чего не бывает! бывает и чудо:

Весне подпевает живая пичуга

И друга находит (куда ж друг без друга);

Таскают былинки (нельзя ж без гнезда);

И сам встрепенешься: — А ну полечу-ка,

Окликни-ка.

Трава на суглинке вовсю молода,

Как будто под нею ничуть не суглинок,

А если и он — то на чуде смогли, ах

Смогли же его настоять холода

За долгое-долгое время, когда

Чудес не бывало!..

 





Версия для печати