Анатолий Поляков

 

Сквозь немоту и страх

восходит Слово...

 

Москва, 5 октября 1993 года

Бабье лето разлито на кронах, на окнах —

только память черна.

Я иду, как слепой. И ничто не напомнит

то, что было — вчера.

Словно это кино — и статистам убитым

наливают вино в кабачках.

Словно солнце с небес беспощадным софитом

ослепляет — до рези в зрачках.

По оберткам конфет, по банановым шкуркам,

чуть покачиваясь на ходу,

я иду по плевкам — по плевкам, по окуркам;

по растоптанной крови — иду.

 

* * *

Июнь. Что может быть на свете

такого неба голубей!

Играл черемуховый ветер

нечеткой стайкой голубей.

И воздух тек, струился змейкой

от одуванчиков в пыли,

и поцелуи-на-скамейках

за ним струились и текли.

А я смотрел, как вечер млеет,

не помня о добре и зле.

Как небо медленно темнеет

и приближается к земле.

 

* * *

Озираешь привычные виды

на развалинах бывшей страны? —

Как случилось, что чувство обиды

вдруг сменилось на чувство вины?

Посмотри: среди вони и хлама

полумертвый гниет инвалид.

Зной, навязчив как телереклама,

целый день — в камуфляже — стоит.

И палит огнестрельное лето.

И мы дорого платим войне.

Тяжко — тяжко без бронежилета.

Тяжко в бронежилете — вдвойне.

— О продажные, подлые твари! —

Я вздохнуть не могу — оттого,

что опять мой народ обокрали

незлобивые слуги его.

Что же я после этого стою

в той стране, где все катится вниз...

И, придавлен стыдом, как плитою,

говорю я себе: — Оглянись!

Посмотри — да на что же ты годен,

если землю тебе не поднять!..

Для того мы сюда и приходим,

чтобы что-то на свете понять.

 

Болезнь

Вот так... давно мертвы слова.

Боль отошла, а плакать — нечем...

Во мне душа — еще жива,

как настоящее в прошедшем.

А в небе, от погибших лет,

такое странное свеченье:

изжелта-сизый полусвет.

Как покаянье — без прощенья.

И ветви голые одни

куда-то тянутся, некстати...

И только дальние огни —

как обещанье благодати.

 

* * *

Ну как не думать о деньгах!

Ведь что ни дело — торг и сделка...

С утра у черта на рогах

(и колесо вращает белка).

Я понимаю — на беду:

что наша жизнь? — не мы ли сами?

Но снова завтра побегу,

чтобы свести концы с концами.

(Берёт за горло нищета —

и добивается уступок...

А я всегда привык считать

себя способным на поступок.)

И снова ночью не уснуть:

опять вопросы — кто ты? с кем ты?

(А в голове такая муть:

счета, платежки и проценты...)

Но если жизнь твоя — не та,

тогда зачем ее ты прожил?

...И подступает пустота,

и смотрит — пристально,

до дрожи.

 

* * *

Нет слов. Есть только я и ты.

Сырые, ржавые кусты

туман качает.

Есть запах моря и хвои,

и плечи легкие твои,

и крики чаек.

Пока не кончился песок,

легки шаги, полет высок.

Как в танце...

Течет мелодия в груди:

«Уйди! — Останься! — Нет, уйди!..

Уйди! — Останься!»

 

Молчание

Мы вечно здесь не можем оставаться.

И эта боль настолько коротка,

что мера зла, готовая сорваться, —

нет, все же не сорвется с языка.

Тем более, что легче мне не станет,

когда спущу я рой безумных пчел.

Меня сказать — под пыткой! — не заставят,

что мир погряз в грехе — и обречен.

Ведь даже чувством правит неизбежность:

ты, кажется, готов убить! —

И вот...

Поверх всего накатывает нежность

к тому, что рядом дышит и — живет.

И я молчу.

Не в страхе наказанья

или ошибки —

нет, не потому.

Но если изреку я предсказанье –

то сбудется по слову моему.

 

Сонет

Когда забота жизнь твою сосет

или заденет страх неосторожно, —

случается, рифмуешь ты небрежно:

тут не до эстетических красот,

когда тебя глухая темнота

перетрактует и перекопытит, —

бывает скучно подбирать эпитет.

И на уста нисходит немота.

И все же — как ни стыдно и ни больно! —

мычи, рычи, чтобы прочистить горло.

Пусть голос не доходит до высот,

и веры нет, и жизнь к тебе сурова...

Сквозь немоту и страх восходит Слово,

которое поднимет — и спасет.

 

Поляков Анатолий Матвеевич родился в 1955 году в Москве. Окончил Московский авиационный институт (МАИ) в 1978 году. Первая публикация вышла в журнале «Студенческий меридиан» в 1981 году. Печатался в альманахе «Истоки» — три публикации в разные годы, в альманахе «Поэзия». Издано два сборника стихов: «Графика» и «Отсчет» (М., «Молодая гвардия», «Рой», 1993).