Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: День и ночь 2018, 1

Потайная жизнь поэта

День и ночь, № 1 2018

 

Казус Иртеньева

Да, я ношу футболки потные
И
сплю бывает что в пальто.
Не все ж поэты чистоплотные,
Так нас и любят не за то.
       
Игорь Иртеньев

Поэты — люди беззаботные,
На шмоток наплевать фасон.
В футболках летом ходим потные,
Зимою — даже без кальсон.
Нам сочинять стихи не терпится,
Писать не бросим ни за что.
А то, что пишется нелепица,
Так нас и любят не за то.

Шоковое

Хочу я написать стишок
Т
акой, чтобы страну
Вдруг поразил культурный шок
Во всю её длину.
       
Игорь Иртеньев

Ах, где мне строчку взять одну,
А лучше — пару строк,
Чтоб поразить свою страну
И
вдоль, и поперёк.
Чтоб в мавзолее встал Ильич,
Оставив свой альков.
И чтоб культурный паралич
Р
азбил моих врагов.

Непозволительное

А возраст мой такой опасный —
Не пожелаешь и врагу! —
Я в сорок лет себе несчастной
Любви позволить не могу.
       
Елена Исаева

Я не могу любви позволить
Себе несчастной в сорок лет
Себя мужчиною неволить —
Потом храни в шкафу скелет.

А я по молодости сдуру,
Свой юный возраст погубя
В
любилась вдруг в литературу,
Чем обнесчастила себя.

Кинолюбовь

Мне сорок уже, а не двадцать,
Но радует очень одно:
Я не разучилась влюбляться,
Сходив в воскресенье в кино!
       
Елена Исаева

Постигла я только под сорок,
Что все мужики — как бревно.
А тот, кто и люб мне, и дорог,
Находится только в кино.

Не думайте, что это странно,
Что близости нет у меня,
И знайте, что киноэкрана
О
дна на двоих простыня.

Песня о поперечном

памяти Бориса Корнилова

Кудрявая, что ж ты не рада
Весёлому звону гудка?
       
Мария Ватутина

Нас утро встречает, как надо,
И вот он — последний парад.
Кудрявая, что ж ты не рада?
Кудрявый, чего ж ты не рад?
Такая строка золотая,
Очищена вся от трухи,
И люди балдеют, читая
Кудрявые эти стихи!

Распинатое

Я столько украла чужих мужей!
Живи я встарь — меня б распяли бабы.
       
Мария Ватутина

Никто не верит, говорят — прикол,
Не верят в потайную жизнь вторую.
Меня, возможно, ищет Интерпол,
За то, что мужиков чужих ворую.
Чужой мужик — такая благодать,
Я не стесняюсь перед белым светом.
Как встарь меня не будут распинать,
Но распинаться хочется об этом.

Версия для печати