Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: День и ночь 2009, 5-6

Выдох на слове Love

Сергей СУТУЛОВ-КАТЕРИНИЧ

 
ВЫДОХ НА СЛОВЕ LOVE
 


ВЫДОХ НА СЛОВЕ LOVE

Из моего сна до твоего – влёт! –
Речка, гора, страна, если встречать восход.

Из твоего сна до моего – вспять! –
Облако, вдох, волна, выдох на букве ять.
Аура мрачного сна: дьявол, полярная ночь,
Северная война, Западная, Восточ...

Боже, по чьей вине делят чужую роль
Горькая нота не, сладкая нота соль?!
Из моего сна до твоего – в ряд! –
Море, янтарь, сосна, если простить закат.

Из твоего сна до моего – вплавь! –
Озеро, вдох, весна, выдох на слове Love.
Азбука белого сна: жив тополиный пух...
Чёрной тоске хана, если махнуть на юг.

Господи, сохрани треснувшую свирель,
Синюю ноту ни, красную ноту ре.

От моего сна до твоего – сон,
Солнце, ковыль, Луна, смех, сигарета, стон.

Сонная, сбереги дробную русскую речь –
Ижицей не солги, рифмами не калечь!

Снова лечу, плыву – Вечность от сих до сих...
Встретимся наяву, если запомнишь стих.

 
ПУШКИН И АПОЛЛОН

Пушкин – это наше всё.
Лучше скажет только Пушкин...
Наши души на прослушке –
Кот учёный у “Горбушки”
Крутит жизни колесо.

Пушкин – наше всё. Ура!
Каждому понятна эта
Формула добра и света,
Строчка Третьего Завета,
Фраза умного пера.

Пушкин – наше всё... Увы:
Бесы кровью оросили
Сказки пушкинской России –
Страшен выбор: али?! – или?!
Витязя без головы.

Пушкин – дар богам и вам,
Предки, пастыри, потомки...
Двести лет – секрет в котомке,
Тыща лет вперёд по кромке
Вечности – хвала волхвам!

Пушкин – имя вне времён.
Гимн весёлый, лёгкий, дерзкий! –
Блок... Иванов... Достоевский...
Вот и я смеюсь по-детски:
...плюс Григорьев Аполлон.

 
БАЛЛАДА О НЕВЗОРВАННЫХ ВАГОНАХ

Молчали жёлтые и синие;
В зелёных плакали и пели...
Александр Блок
Заскрипели, закряхтели, загудели,
Запечалились, заохали, заспорили,
Заглушая предрассветные свирели
Привидения почтовые и скорые.

Заартачились на стыках, заорали,
Разгоняя загогулины гитарные, –
Пощадите полустанки, бога ради,
Пассажирские, курьерские, товарные!

В запакованных пространствах задурили,
Закурили, промышляя преферансами...
Познакомились Серёги и Марии.
Перессорились хохлушки с иностранцами.

Ах, вагончики с путанами, бомжами,
Краснобаями, торговками, разинями,
Помяните сокровенные скрижали –
И зелёные, и жёлтые, и синие.

Анекдоты, перебранки, пересуды,
Полупьяный проводник, тоска железная,
Ресторанные придуманные судьбы,
Одиозная интрига, бесполезная...

Замерцали, задрожали, засверкали,
Запорхали светляками-бедолагами
Города, перекрещённые веками,
Деревеньки, оскоплённые гулагами.

...Хорошо бы, кабы так... Тогда ещё бы –
Хоть до Зуево, которое Орехово...
Без тротила в небоскрёбах и хрущобах!
Без чеченца, отрицающего Чехова!

 
ЛЮБОВЬ – ЭПИГРАФ? ЭПИЛОГ?

романс сто лет спустя...

Пора признаться, не покаявшись,
В любви, которой след простыл...
Покурим, милая, на камушках:
Нева ворчит – шалят мосты.

Река ночными машет крыльями,
Как чудо-юдо-птица-кит...
Сто лет назад недооткрыли мы
Ни антарктид, ни атлантид.

Недосмеялись, недоплакали:
Тебе – Парнас, а мне – Кавказ...
Судьба, запугивая плахами,
Дворцы творила напоказ.

Фантомы песен изувеченных,
Прозрачных чувств и фраз простых...
Прикурим, милая, у Вечности:
Нева вот-вот простит мосты.

...Из-под обложки ветхой Библии –
Листок... – эпиграф? эпилог?
“Ах, как друг друга не любили мы...
Ах, как любили мы, мой Бог!”
 
ЭПОХА ВОЗРОЖДЕНИЯ

Перестань печалится ни о чём –
За тебя кручинится Кабы-сдох...
Листопад имён – за твоим плечом,
За моим плечом – хоровод эпох.

Мы любили так, что рыдал Бальзак...
Перископ креста: красный поп!
Освистал судьбу анархист-казак.
Перескок секунд: Перекоп...

Уплывал в Стамбул петербургский дед –
Промахнулся внук-комиссар...
Сочиню роман, чтобы чувству вслед
Адмирал Колчак воскресал.

Нарисую нас молодыми вдрызг –
Клоунада лиц, изумруд зеркал...
На планете Икс Принц танцует твист:
“Василису псих разыскал!”

За твоим плечом – парафраз берёз.
За моим плечом – караван стихов.
Сатана-суфлёр транспарант вознёс:
“Кровью кров поправ – вариант веков!”

Кабы-сдох живёт, хвостик – калачом.
Отскулил щенок, отдрожал...
За моим, ещё не чужим плечом,
Ты – одна и пара держав.

 
СТРАШНАЯ СКАЗКА О ДЕМОНЕ, ИЛИ ЧЁРНО-БЕЛЫЙ РОЛИК ОБ АНГЕЛЕ

Демон, причисленный к лику святых,
Пьяно храпит на Покровском бульваре –
Понтий Присяжных, Пилат Понятых –
Два предынфаркта астральных аварий,
Два артефакта, два профиля, два
Паспорта, почерка, два псевдонима...
Демону снится пустая Москва,
А на Поклонной – чертог Херувима.
Крылья чужие сжигает заря.
Два капитана мусолят бумажки:
– Понтий Присяжных?! Понтуешься зря.
– Пунято, Понтий! Понятно – по ряшке!
– Врёт, присягая, что он – Понятых.
– Пилит: паскудно перечить Пилату...
Демон ударит в кадык и под дых –
Два кандидата в Шестую палату.

Два документа плюс сотня ещё –
Подлинных, подлых, нахальных, нелепых –
Служат Пилату мечом и плащом,
Понтий бумажками храмы облепит...
Маски, фамилии, пляски личин,
Драма комедии, фарс пасторали.
Ангел и Демон – почти ильичи?! –
Две половинки скандальной медали.

Страшная сказка рассказана для
Глупых тинейджеров, вредных старушек?!
Спит сатана в офицере Кремля,
Дремлет в чинуше, петруше, марфуше...
Чёрными крыльями стёрта спина.
Белые флаги для светских прогулок.
Демону снится пустая страна,
А над Уралом – дворец Вельзевула...

Версия для печати