Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Континент 2009, 141

Коричневая стрелка

Предлагая вниманию наших читателей статью, предложенную нам известным немецким ученым Андреасом Умландом, уже выступавшим на страницах “Континента”, мы полагаем, что она будет особенно интересна им тем, что выраженный в ней взгляд на некоторые русские наши проблемы, все более, к сожалению, актуальные, принадлежит человеку из страны, где явления, о которых он пишет, получили в свое время особенно яркое свое воплощение.

 

Андреас УМЛАНД — родился в 1967 г. в Йене (Тюрингия). Магистр политических и кандидат исторических наук, работал в Стэнфордском, Гарвардском, Уральском, Оксфордском, Киевском университетах, Уральской юридической и Киево-Могилянской академиях. Научный сотрудник Института исследований Центральной и Восточной Европы в г. Айхштетте (Бавария), главный редактор книжной серии “Советская и постсоветская политика и общество”, соредактор журнала “Форум новейшей восточноевропейской истории и культуры”, администратор веб-архива “Русский национализм”. Живет в Германии.

Андреас УМЛАНД

 

Коричневая стрелка

Взлет Международного “Евразийского движения”

За последние десть лет различные формы национализма превратились в неотъемлемую часть повседневной политической и общественной жизни России. Расистская субкультура, заразившая часть российской молодежи, становится все более агрессивной, и это находит свое отражение в целом ряде исследований, предпринятых российскими и международными обозревателями. Деятельность новых праворадикальных организаций, таких как Движение против нелегальной иммиграции (ДПНИ), сегодня освещается прессой, комментируется учеными и журналистами.

Однако гораздо меньшим вниманием в России и вне ее пользуются аналогичные тенденции в российской интеллектуальной среде, — и это несмотря на то, что их последствия все ощутимей в мышлении и действиях российских элитных кругов, политических и общественных лидеров РФ. Сегодня, что совершенно очевидно, радикальным антиамериканизмом и другими фобиями того же рода характеризуются не только маргинальные группы: заражен всем этим и российский мейнстрим. Тем не менее в большинстве описаний этого феномена источники и каналы подобных тенденций недостаточно освещены.

Среди множества крайне антизападных публицистов и теоретиков, презентующих свои идеи на сегодняшнем российском медийном и книжном рынке, особой предприимчивостью как политические идеологи и активисты выделяются Александр Дугин и его сторонники. Кружку Дугина удалось проникнуть в российские государственные органы, СМИ, гражданское общество и академические круги более глубоко, чем его многочисленным конкурентам. Как следствие, дугинские идеи стали предметом десятков научных и публицистических текстов, опубликованных в России и на Западе. В то же время Дугин и его последователи в таких разборах часто представляются “случайными” персонажами. Вместо того чтобы рассматривать их в качестве полноценного политического феномена, дугинцев зачастую трактуют как специфический постсоветский курьез. Иногда их идеи служат скорее иллюстрацией степени российской фрустрации после падения советской империи, нежели всерьез воспринимаются как выражение и двигатель более широких трендов в современном российском дискурсе. В других случаях Дугин и его последователи анализируются с должной серьезностью, но изображаются всего лишь анахронизмом — тоскующими по прошлому империалистами или же просто особо радикальной формой российского антиглобализма. Но в любом случае современные и постмодернистские аспекты, а также очевидный неофашизм воинственной дугинской идеологии по большей части остаются недооцененными. Впечатляющий общественный успех и политические последствия распространения “дугинизма” в постсоветском обществе сегодня не осознаны до конца ни в России, ни на Западе.

Рассмотрим связи Дугина в политических и академических кругах нескольких постсоветских стран, а также Турции. Это представляется особенно важным, поскольку в журналистской и научной литературе, несмотря на относительно большое внимание к дугинскому феномену, связи эти отражены далеко не полностью.

 

Члены Высшего Совета Международного “Евразийского движения”

Дугин, в начале и середине 1990-х годов бывший не более чем одним из десятков постсоветских маргинальных конспирологов, за последние десять лет стал уважаемым комментатором и цитируемым аналитиком в области современной мировой политики — и, в частности, российской внешней политики. Это произошло несмотря на его откровенный интерес к институту СС “Аненэрбэ” (“Наследие предков”), на восхищенный прогноз наступления в России “фашистского фашизма” и на целый ряд подобных заявлений в начале и середине 90-х.

Подъем Дугина начался в 1998 году, когда он стал официальным советником спикера Госдумы Геннадия Селезнева, одного из тогдашних лидеров становящейся все более националистической КПРФ. Неожиданное назначение Селезневым Дугина официальным чиновником президиума нижней палаты российского парламента стало началом прорыва правого экстремиста в политический истеблишмент РФ. С тех пор присутствие и вес Дугина в российской политической и интеллектуальной жизни с каждым годом росли.

Со времени основания в 2001 году Общественно-политического движения “Евразия” главная организация Дугина Международное “Евразийское движение” (МЕД) включала ряд высокопоставленных государственных деятелей, среди которых были бывший министр культуры РФ Александр Соколов, председатель Комитета по международным делам Совета Федерации РФ Михаил Маргелов, бывший советник президента Ельцина и посол РФ в Дании Дмитрий Рюриков, тогдашний начальник отдела политических партий и общественных организаций Министерства юстиции РФ Алексей Жафяров и другие.

Эти деятели больше не упоминаются на интернет-сайте МЕД и, возможно, порвали свои связи с Дугиным. Но МЕД и сегодня имеет поддержку некоторых высокопоставленных особ в качестве членов своего Высшего Совета. В начале апреля 2009 года этот список включал следующих государственных и общественных деятелей:

— вице-спикер Совета Федерации РФ Александр Торшин,

— советник президента РФ Асламбек Аслаханов,

— президент Республики Южная Осетия Эдуард Кокойты,

— ведущий авторской программы телеканала ОРТ “Однако” и шеф-редактор еженедельного политического журнала “Профиль” Михаил Леонтьев,

— бывший заместитель министра иностранных дел и сегодняшний посол РФ в Латвии Виктор Калюжный,

— министр культуры Республики Якутия (Саха) и ректор Арктического государственного института культуры и искусств Андрей Борисов,

— руководитель территориального управления Госкомимущества РФ “Московский государственный университет” профессор Зейдула Юзбеков,

— верховный муфтий Центрального Духовного Управления мусульман России и европейских стран СНГ Талгат Таджуддин,

— президент Национальной ассоциации телерадиовещателей, член правления Академии российского телевидения Эдуард Сагалаев,

— председатель Совета Послов России и президент Общества российско-турецкой дружбы “Рутам” Альберт Чернышев,

— главный редактор газеты “Красная звезда” Николай Ефимов,

— президент компании экспертного консультирования “Неокон” и основатель веб-сайта Worldcrisis.ru Михаил Хазин,

— академик РАН, вице-президент Общества грузин в России Северян Цагаришвили,

— председатель Конгресса народов Горного Алтая, секретарь по вопросам национальностей Союза писателей России Бронтой Бедюров.

Кроме того, Высший Совет МЕД включает в себя ряд должностных лиц из стран СНГ. Среди них в апреле 2009 года были:

— ректор Евразийского Национального университета им. Льва Гумилева в Астане Сарсынгали Абдыманапов,

— посол Республики Кыргызстан в России и председатель совета директоров компании “Postnoff” Апас Джумагулов,

— ректор Академии управления при администрации президента Беларуси, директор НИИ теории и практики государственного управления республики Беларусь Евгений Матусевич,

— ректор Кыргызско-российского Славянского университета в Бишкеке Владимир Нифадьев,

— директор Института истории, археологии и этнографии им. Ахмада Дониша при Академии наук Таджикистана Рахим Масов,

— ректор Западно-Казахстанского государственного университета им. Махамбета Утемисова в Уральске Туякбай Рысбеков,

— лидер Прогрессивной социалистической партии Украины Наталья Витренко.

Наконец, следует отметить, что в состав Высшего Совета дугинского движения согласились войти, судя по интернет-сайту МЕД, и некоторые публичные фигуры “дальнего зарубежья”. Среди них:

— председатель Рабочей Партии Турции Догу Перинчек (осужденный в Швейцарии за непризнание турецкого геноцида армян в 1915–1917 годах, в данный момент под арестом в Турции из-за своего участия в подпольной группе “Эргенекон”),

— французский генерал ВВС в отставке и руководитель форума “За Францию” Пьер-Мари Галлуа,

— директор Центра центральноазиатских и кавказских исследований Лулеа (Швеция) и редактор журнала “Центральная Азия и Кавказ” Мурад Есенов,

— доцент факультета политических исследований Университета префектуры Ивате (Япония) Юкико Куроива,

— конспиролог, автор книги “Путин и Евразийская империя” Жан Парвулеско1,

— издатель миланского журнала “Евразия: геополитические исследования” (в редколлегию которого входит также Дугин) Тиберио Грациани,

— председатель Конгресса сербов Евразии (KSEA) Мила Алечкович-Николич и генерал сербской армии в отставке, один из лидеров Радикальной партии Сербии Божидар Делич.

 

Дугин и фашизм

В то время как причины близости к Дугину некоторых из перечисленных выше политических и общественных деятелей очевидны, основания вступления в МЕД других остаются загадкой. Как упомянуто, в течение 1990-х Дугин неоднократно превозносил в скрытой или явной форме межвоенный европейский и современный русский фашизм. Например, в одной из своих первых книг “Гиперборейская теория”, написанной в 1990 и опубликованной в 1993 году, он пишет: “Там, где есть хотя бы капля арийской крови (которая, кстати, может прийти и не через славян, а через тюркские, кавказские и, естественно, европейские народы), есть шанс расового пробуждения, “воскрешение арийского примордиального сознания””. Противопоставленный арийцу “человек-зверь — это не только не-человек (как обычные звери), это анти-человек”2.

Самые откровенные оправдания фашизма можно найти в программных статьях “Левый национализм” (1992 год), где Дугин хвалит “русский фашизм” как “сочетание естественного национального консерватизма и страстного желания истинных перемен”3, или “Фашизм — безграничный и красный” (1997 год)4, где он предвидит, что “в полной мере родится и окрепнет в России фашизм подлинный, настоящий, радикально революционный и последовательный, фашистский фашизм”. Эти статьи открыто выставлены на официальных сайтах лидера МЕД www.arctogaia.com и www.my.arcto.ru. Более того, некоторые из этих статей 1990-х годов переведены на иностранные языки. Они цитировались в российских и зарубежных научных и публицистических разборах Дугина и его движения.

Правда, Дугин, по очевидным причинам, дистанцировался от немецкого нацизма, временами решительно порицает гитлеровские преступления и сегодня часто позиционирует себя как “антифашиста”. Тем не менее в некоторых случаях он, по-видимому, не мог не признать важность, среди прочих режимов, Третьего Рейха как модели для своих собственных идеологических конструкций. Например, в статье “Консервативная революция: Третий Путь” (1991) Дугин пишет: “Наиболее полным и тотальным воплощением (хотя надо признать, что и не самым ортодоксальным) Третьего Пути был германский национал-социализм”, и таким образом, “поражение Германии во Второй мировой войне было сокрушительном поражением всей идеологии Третьего Пути”, — т. е. именно той идеологии, представителем которой Дугин себя видит в сегодняшней России5.

В своей программной статье “Метафизика национал-большевизма” (1997) Дугин рисует будущее России так: “По сторону “правых” и “левых”, единая и неделимая Революция, в диалектической триаде — “Третий Рим — Третий Райх — Третий Интернационал”... Эта Последняя Революция — дело ацефала, безголового носителя креста, серпа и молота, коронованного вечной свастикой солнца”6.

Под псевдонимом “Александр Штернберг” поэт Александр Дугин в 1994 году рифмует: “И немые солдаты, что так бесполезно погибли, установят на троне из льда двухголовый скелет... Из замшелой могилы восстанет сияющий Гиммлер и туманом глазниц обоймет Абсолютный Рассвет”7.

Не далее чем в марте 2006 года, когда Дугин уже был полноправным членом московского политического истеблишмента, он в онлайн-конференции KM.ru публично признал, что его идеология близка сложившейся в межвоенной Германии идеологии братьев Отто и Грегора Штрассеров8. В этом интервью, текст которого был выставлен и на интернет-сайте МЕД9, Дугин представил братьев Штрассеров как принадлежащих к антигитлеровскому крылу немецкого левого национализма. При этом он “забыл” упомянуть, что Штрассеры в свое время сами были ведущими национал-социалистами и играли важную роль в подъеме НСДАП во второй половине 1920-х. Впоследствии они действительно выступали против Гитлера, но делали это изначально как члены руководства нацистской партии. Йозеф Геббельс начинал свою карьеру в НСДАП личным секретарем Грегора Штрассера и, несмотря на свой “левый” уклон, впоследствии, как известно, стал одним из ближайших соратников Гитлера. Сегодня “штрассеризм” является важным подразделением мирового неонацизма — международного политического движения, членом которого, по-видимому, приходится считать и Александра Дугина, на фоне его недавно заявленной близости к Штрассерам.

 

Михаил Леонтьев и Иван Демидов как сподвижники Дугина

Приведенных деталей как будто достаточно, чтобы подобная личность и ее организация не воспринимались серьезными исследователями в качестве объектов, достойных глубокого политологического анализа. Дугин и Ко, как кажется на первый взгляд, являют собой феномен, изучение которого лучше предоставить культурологам, психопатологам, социологам или, в лучшем случае, историкам современности. Однако дело обстоит иначе, и приведенный выше список бывших и настоящих членов Высшего Совета МЕД — наглядная иллюстрация того, что Дугин нашел себе сегодня место в мейнстриме российской политической и интеллектуальной жизни. Он публикуется в ведущих печатных изданиях РФ и принимает участие в политических и академических круглых столах и конференциях на территории СНГ, а иногда и за пределами бывшего Советского Союза.

Одним из наиболее значимых соратников Дугина является уже упомянутый политический комментатор российских электронных и печатных СМИ Михаил Леонтьев. Однажды названный “любимым журналистом Путина”, Леонтьев только недавно стал официальным членом Высшего Совета МЕД, хотя он принимал участие в учредительном собрании дугинского движения в 2001 году и был тогда коротко упомянут в списке членов руководства этой организации на интернет-сайте движения “Евразия”. С тех пор Леонтьев несколько раз предоставлял Дугину возможность высказать свои взгляды массовой аудитории в прайм-тайм-шоу на Первом телеканале. Регулярные тирады Леонтьева, одного из наиболее известных российских пропагандистов антиамериканизма, против Запада в целом и США, в частности, очевидно, вдохновлены дугинскими манихейскими схемами. Лично Дугин предпочитает привлекать только ограниченный круг политических активистов и молодых интеллектуалов СНГ. Но с помощью таких телевизионных программ, как “Однако” Леонтьева, закодированная форма “дугинизма” почти ежедневно достигает большинства российского населения, а также телезрителей за пределами РФ.

Еще одна достойная упоминания фигура с неофициальными, но, судя по всему, такими же тесными связями с Дугиным — это небезызвестный телепродюсер и пиарщик Иван Демидов. В конце 1980-х и начале 1990-х Демидов получил известность, участвуя в таких популярных телевизионных проектах, как “Взгляд” или “Музобоз”. В те годы он, как в начале своей карьеры и Леонтьев, был представителем нового поколения медиа-фигур западного образца, которые помогали эмансипировать российский общественный дискурс от советских традиций. Но в новом столетии имидж Демидова изменился: он стал ведущим одного из наиболее откровенных националистических ТВ-шоу России “Русский взгляд”, транслировавшегося еженедельно на канале “Московия”. В 2005 году Демидов стал одним из основателей нового националистического кабельного телеканала “Спас”, где Дугин получил свою собственную еженедельную программу под названием “Вехи”. Примерно в это же время Демидов становится политиком: якобы по предложению Путина он был назначен главой “Молодой гвардии”, молодежной организации “Единой России”. Некоторое время Демидов руководил так называемым Русским проектом партии “Единая Россия”, целью которого было привлечение этноцентристски ориентированных русских интеллектуалов к партии власти.

В 2008 году Демидов был назначен начальником идеологического управления политического департамента ЦИКа “Единой России”, т. е. главным идеологом путинской партии. За несколько месяцев до этого в интервью сайту Evrazia.org Демидов признался в том, что появление Дугина было “безусловно, решающим фактором, некоей переломной точкой” в его жизни и что он намерен использовать свои таланты для воплощения идей Дугина. Демидов назвал себя, со ссылкой на эти идеи, “убежденным евразийцем”10 .

По странному совпадению, этой же фразой пятнадцатью годами ранее Дугин в изначальной версии своей основополагающей статьи “Великая война континентов” (1991–1992) охарактеризовал обергруппенфюрера СС Рейнхарда Гейдриха — главного организатора Холокоста (до июня 1942 года, когда он был убит чешскими партизанами).

1 апреля 2009 года Демидов был назначен главой департамента гуманитарной политики и общественных связей управления внутренней политики администрации президента РФ. В этой должности Демидов будет нести ответственность за отношения президента с религиозными организациями, т. е. прежде всего с РПЦ. В мае 2009 года Демидов назначен ответственным секретарем учрежденной Д. Медведевым Комиссии по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России.

 

Тактика мимикрии

Самому Дугину также недавно удалось глубже внедрится в общественную жизнь России. В 2008 году он был назначен профессором социологического факультета Московского государственного университета им. Ломоносова, где теперь возглавляет т. н. Центр консервативных исследований (несмотря на то, что москвич Дугин приобрел свои академические дипломы в малоизвестных вузах юга России). Это назначение не только дает Дугину дополнительную возможность дальнейшего проникновения в российский мейнстрим путем использования авторитетного титула “профессор МГУ”, а также престижного места для проведения своих пресс-конференций и различных встреч. Активное употребление Дугиным термина “консерватизм” продолжает его раннюю стратегию камуфлирования своей доктрины терминологией, соответствующей сегодняшней российской и международной политкорректности.

Будучи на краю российской политической жизни, в начале-середине 1990-х Дугин публично описывал свою идеологию как программу “консервативной революции”; эту конструкцию он употреблял для определения фашизма — или же доктрины “национал-большевизма”, российской версии национал-социализма, как на это намекают цвета флага Национал-большевистской партии, сооснователем которой Дугин был в 1994 году. Начав свое вхождение в истеблишмент, он сместил акцент, и в ход для самоопределения пошли такие термины, как “евразийство” и “традиционализм”, хотя “неоевразийская” идеология Дугина в своих основных положениях отличается как от классического евразийства Петра Савицкого и Николая Трубецкого, так и от интегрального традиционализма Рене Генона и Фритьофа Шуона.

Сегодня Дугин публично позиционирует себя как поборник “консерватизма”, хотя его закулисная долгосрочная программа остается, в аспекте как ее внутри- так и внешнеполитических целей, яро революционной.

Успех подобной тактики был проиллюстрирован недавно, когда один из активистов дугинской молодежной организации Евразийский Союз молодежи художник Алексей Беляев-Гинтовт был награжден премией Кандинского, учрежденной Deutsche Bank (заметим в скобках: решение спорное в любом случае, ввиду различий в характере произведений Кандинского и картин Беляева-Гинтовта). Тот факт, что один из сторонников Дугина получил престижную немецкую премию, был гордо представлен дугинскими организациями как доказательство состоятельности и серьезности их интеллектуального и политического проекта.

Ввиду глубины и разнообразия связей Дугина с российскими высшими политическими и культурными эшелонами сложно представить, как его сегодняшнее влияние может быть ограничено или, по крайней мере, как приостановить его будущий рост. В то же время недавние политические тексты и действия Дугина указывают на то, что по сравнению с откровенно фашистской фазой начала-середины 1990-х сегодня изменились скорее терминология и поведение, нежели идеология и цели этого человека.

Если Дугину и его последователям удастся и далее увеличивать свое влияние в высших российских политических и общественных кругах, новая “холодная война” будет, видимо, наименьшей из неприятностей, которые стоит ожидать миру в следующем десятилетии.

Сноски:

 

1 Parvulesco J. Vladimir Poutine et l’Eurasie. Charmes, 2005.

2 Дугин A. Гиперборейская теория. Опыт ариософского исследования. М., 1993. С. 5, 74–75, 100.

3 URL (последний просмотр 4 апреля 2009): http://arcto.ru/modules.php?name= News&file=article&sid=1225.

4 URL (последний просмотр 4 апреля 2009): http://my.arcto.ru/public/templars/arbeiter.htm#fash.

5 URL (последний просмотр 4 апреля 2009): http://my.arcto.ru/public/konsrev/3way.htm.

6 URL (последний просмотр 4 апреля 2009): http://my.arcto.ru/public/templars/teor.htm.

7 URL (последний просмотр 4 апреля 2009): http://imperium.lenin.ru/LENIN/27/avatara.html.

8 URL (последний просмотр 4 апреля 2009): http://www.km.ru/conference/index. asp?data=01.03.2006%2011:00:00.

9 URL (последний просмотр 4 апреля 2009): http://evrazia.info/modules. php?name=News&file=article&sid=2948.

10 URL (последний просмотр 4 апреля 2009): http://evrazia.org/print.php?id=164.

Версия для печати