Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Континент 2003, 118

Автопортрет

Стихи

Елена АКСЕЛЬРОД - родилась в Москве. Окончила Московский государственный пединститут им. В.Потемкина. Автор семи поэтических сборников. Постоянный автор "Континента". Последние годы живет в Израиле.



          * * *
Вчера ты посвятил мне день -
День расточительного снега.
Тянулся к нам через плетень
Ветвисторогий куст-олень -
Свидетель твоего побега
От ненадежной белизны
В преддверье кутерьмы апрельской,
Когда посулы неверны
И жест навстречу, слишком резкий.

Поспешно скрылся ты из глаз,
Вдогонку тихий куст качался,
Ты не видал, как день погас,
Какой он ясностью венчался.
Слоился, истончался свет,
Сиренью вдруг пахнуло ранней,
И солнца алый длинный след
Так бережно, небольно ранил.

            * * *
Мне радостно, когда читаю
Стихи Марии Петровых.
Их в немоту свою вплетаю,
И вновь живу меж строк живых.
Как чист и ясен звук негромкий,
Которым мучусь и лечусь,
Когда скольжу по ломкой кромке,
Когда в отчаянье мечусь.
Так слышно долгое молчанье,
Так безответно дышит страсть,
Так душу бередит звучанье
Другой души, что снова власть
И мне мерещится над словом,
Над недосказанной судьбой,
И удочка с уловом новым
Дрожит и тянет за собой.

          Автопортрет

Я на газоне в кресле,
		как на страницах романа
Давно позабытого Гарди
		иль Томаса Манна,
Но только не в роли влюбленной
			или любимой,
А тетушкой старой, 
		вздорной и нетерпимой.
Довольно начитанной тетушкой, 
		помнящей Кафку и Пруста,
Довольно подвижной - 
		хоть путешествий не густо,
Довольно терпимой к фикусу и герани,
Краснеющим, зеленеющим 
		вопреки знаменитой брани.
Сонная тетушка
		с утречка свежего, раннего
Книг не читает, 
		включает русское радио.
Сидя меж двух безымянных, 
			нерусских кустов,
Завтракает похлебкой 
		из недоваренных слов,
Мается предчувствиями,
		мнительная, обидчивая.
Еле знакомые птицы
		ее утешают сбивчиво.
Что там написано в сини 
		мелкой вязью акаций?
Тетушке не разобрать,
		тетушке не добраться.

            * * *
Стук топора по дереву,
Звон молотка по железу…
Какое мне дело доверено?
Куда я, срываясь, лезу?
Стремянка дрожит, качается,
Ей не хватает ступенек.
Тянется, не кончается
Мое беззвучное пенье.

Воздух буравят строители,
Камни вбивают в небо.
Строители - небожители,
Раскаты Господнего гнева.

Чьи-то пальцы по клавишам
Снуют, находя и теряя -
Тоже томятся над кадишем* 
По недостигшим рая.

            * * *
Небо совсем домашнее,
Близкое, как потолок -
Не московское, не вчерашнее -
Иудейское - что же Бог
Не приблизится, не откликнется?
Ночь нацепит белесый манок,
И надвинется, и накинется,
Обнажив с головы до ног.
Кто позволил ей в жизнь мою
				вклиниться?..
Близко небо, Господь далек.

            * * *
Земля, откуда пока не изгнаны,
Где жизнь, как в дырявом кармане грош,
Земля, куда, говорят, мы призваны -
К чему и надолго ли, не разберешь -
Где звуки торжественные утеряны
Для полуграмотных, для новичков,
Где счет на минуты, столетья не меряны,
Где сплошь декорации, а не кров,
Где в завтрашнем дне лишь верблюды уверены…
Так что ж? За билетом - и был таков?
Каков? И куда? И зачем - не знаешь.
Опять спасаться? Опять пасовать?
Судьба - она все равно земная -
Что ж географией рисковать?
Кто и когда тебя сбережет?
Прикинула - и как старательный крот
Норку свою рою глубже и глубже,
А в ней фиолетовый куст растет
Под зимним дождем без единой лужи.


        Грешна
1
Как просто нам дается грех,
Как трудно покаянье!
Давным-давно замолкший смех
Смутит и, вспыхнув, канет
В провал безмолвный - в забытье,
И я почти забыла
Тот светлый чад - добро свое,
Которое сгубила.
А вспомнишь - сладко защемит,
Винишься ты и плачешь.
Забившись в свой пустынный скит,
Воспоминанья прячешь.

2
Потому-то, наверно, бессонницей маюсь,
Что во сне просыпается совесть,
Колобродит, бесчинствует… Я подымаюсь,
Разлепляю глаза, чтоб незваную
					в слове
Запереть, но она, бестелесная, тает,
Забивается молча за черные шторы.
Вроде, сплю…Тут как тут она, память листает.
За тяжелыми шторами - шепот и шорох.

            * * *
Дети и птицы щебечут
Не на моем языке.
Гнутся к земле мои плечи -
Ветви гнутся к реке.
Что ни денек - все ближе -
С Летой накоротке -
Ветви теченье лижут,
Льнут к ледяной щеке.


            * * *
Я в детстве не была ребенком,
Я в зрелости не стала взрослой,
Не заливалась смехом звонким,
Страшилась лишнего вопроса,
Сама не спрашивать старалась.
Недоумения, сомненья
В тяжелый ком сплелись под старость,
Но не прибавилось уменья
Ни друга спрашивать, ни Бога,
За кем бежать, играя в салки,
Как не судить о ближних строго,
Не замечать в колесах палки,
А, не оглядываясь - мимо -
В качалку - с музыкой и книжкой,
Пока заждавшаяся мина
Не разорвется черной вспышкой.


            * * *
                             Ф. Я.
Откуда берется так много ветра?
Почему он не устает?
Между мной и тобой сорок три километра,
Но он и тысячу вмиг сметет.

Сор взовьет, но не застит зренья.
Ясен взгляд молчаливый твой.
Разве умел добиться смиренья
Шашкой машущий городовой?
Что нам с тобой километры и ветры,
Что нам до горных немытых седин,
Если поверить, что есть у нас светлый,
Машущий жизнями Господин?

----------------------------
* Еврейская поминальная молитва

Версия для печати