Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Континент 2003, 115

Перекличка введения и эпилога

Стихи


     Введение

Пастух никогда не опаздывал.
Не зная о Гринвиче и даже не глядя на ходики,
Он выходил и звал за собою лобастого
Пса, не годящегося в охотники.

С этого начиналось многое,
Во всяком случае - внешне с этого:
Село как будто бы с места трогалось,
Чему-то смеялось, на что-то сетовало.

Звуки прикладывались к оконницам
И мигом упархивали с прохладных,
Просящих угомониться, опомниться,
Подумать о планах.

Строить расчеты? Но если плещется,
Если пляшется без пособия,
Если вольничается, лепечется,
То ведь и чувства - особые!

Пастух, собирающий стадо, стадо,
Любая собака - и пес лобастый
Едино угадывали, что надо
Тоже избавиться от балласта.

Они забывались, они разбрасывались
Свободной свободой собственных звуков,
Не только жили, но были вибрациями
Всей улицы - мало! - всех закоулков.

Какая ловушка для собирателя!
Я сам вовлекся, я сам забылся,
Меня самого подмывало, тратило -
И я соглашался на это быстро.

Не заводилам и не историкам -
Здесь только созвучьям давались дали
Чистым, вечным, чудесным дольником
С его играющими пластами.

                       1973 

         * * *

Ты все о проигрыше? Не жалей!
Переиграем партию. С какого ж это хода
Пошла сплошная чушь? Эх горе-игроки -
Уже забыли все!
Давай-ка сдвинем шахматы с доски -
И колесом
Покатимся на улицу: там - робкая погода,
Ей не хватает нас, ей надо стать живей.

Прекрасно, что игра уже забыта!
Идем! За нашей дверью март почти уснул -
Скорей растормошим!
Необходимо приподнять весну
Хоть на аршин,
Хоть как-то вывести из этого тромбофлебита!

Как матерьяльно ощущение: вот мы
И вот он - наш кусок асфальта в мирозданьи!
На нас возложен труд:
Хотя бы тут
Мир должен быть отмыт!
Нелегкий труд. И мед - не нашими устами.

Что прошлое тащить из-под песка!
Теперешний порыв - не для созданья мемуаров,
Не в назидание кому-нибудь,
Чья грудь
Ничуть не сопричастна голоду бульваров 
И узка.

Мы влюблены, и мы с любви не тянем
Каких-то благ. Нет, мы - любви подстать,
Любовь - сама ценна!
И - только успевай ловить, запоминать -
Наполнена она
Такими самозначимыми новостями!

                                1972 

         * * *

В прошлом все просто, все по этапам
И очевидно - по чьим стопам.
Птичьим наскоком, конским нахрапом
Мы добываем его чистоган.

С детства героям прошлых трагедий
И победителям прошлой чумы -
Скользко нам, скользко на нашем паркете!
Вот оно - прошлое. Вот они - мы.

                                1972 

         * * *

Коверный в запое. К тому же у нас
И солнце уже далеко не гимнаст:
Не то, что крутиться, искриться, пластаться -
В невидных огарках и то бы остаться:
А вдруг и на это судьба не подаст! 

Весь купол обвис! - что ли время такое:
Гимнаст - не гимнаст, и коверный - в запое,
И даже ковер отсырел и истлел;
Лишь серое что-то на город и поле
Сползает лениво на белой метле.

Еще не зима, но предзимье - изжито;
Кому разминуться бы так, но уж им-то,
Уж им-то никак невозможно - и все ж:
Коверные расползся, гимнаст занедужил,
Октябрь замочило в безвылазной луже,
А если минутами белое кружит -
То это не больше, чем светлая ложь.

                                   1973 

         * * *

Зачастили автобусы -
Да не те номера:
Те - не ходят из робости,
Не хотят на ура;

Или смотрятся в зеркальца
В настроеньи другом:
Окончательно смеркнется -
И тогда уж бегом;

Или, может, заранее
Им возьми да приснись:
Маята ожидания
Конденсирует смысл.

Хоть садись прямо на землю
И себя сочини
Не кончавшим гимназию
Городской толчеи!

Но игрой не утешиться -
Слишком ясно: игра !..
Что-то стаями держатся
Не мои номера;

Бередя ожидание,
Мостовая впотьмах
Гонит дальнее в дальнее,
Зодиак в зодиак;

Пролетают созвездия…
Мой парад бестолков:
Никакого известия
От моих светляков!

Ни намека (я понял бы),
Даже ни миража:
Ни землею, ни по небу
Вести из гаража!

Но неправда, не попусту
И не то, чтоб спроста
Я стою перед пропастью
В ожиданьи моста.

                      1973 

      Такая вот баллада
	  
Любил за двоих, за двоих надеялся, верил за них обоих -
А вышло так, что и не было их, двоих-единых, что на слабо их
Рознь подстрекала, притворщицки-слепо давала
	подсказки - и, преумилившись лукаво (ей всё 
		нипочем-таки), чуть ли не в верность кидалась-
			кидалась-кидалась и вновь принималась кидаться,
Чтоб напоследок по-хамски, 
			подчеркнуто-дьявольски расхохотаться.
			
Да, вот такая баллада… и каждое новое завтра
			в дыму измочаленной были двоится :
Вдруг обнаружится, что покривлялась неправда,
					а правда еще состоится?

                                             2000  

         * * *

Остановись!
Впереди еще много пути:
Помедли,
Чтоб основательно обрести
Все то, что иначе станет пустой болтовней про намедни,
Или даже бесследней:
Как бы заблудится -
Да и забудется.

Просто на высь
Посмотри никак не униженно - снизу :
Мы для нее в таких тайниках 
	попрятаны! ей и самой томительно хочется
		чувствовать: "Вижу"! - но скорость мешает
			разглядывать всякую птичку - что белу, что сизу.

                                                         2001 

         Закат 
		 
Скоро - быстрей, чем
С города стянет последний, покуда всего лишь 
				тончающий солнечный пласт,
Свора бездомных собак в ожиданьи кого-то 
	собьется у самого входа в метро, поджимая хвосты -
		а сухими костями надеясь на чудо; спасительным встречам 						               
Как тут не быть! - да не сбыться:
			природа их требует - но и не даст.
			
                                                 2001 

           Недосказанный сказ

Голавли там ловились под мостиком:
И никто там не именовал
То, что где-то зовут колоритом (а в гости там
И художник бывал:
Не привыклось.

Привозили туда на подкорм и на выкрас
Дочь художника (в городе творог - 
				не творог, а вовсе творог, 
Да и воздуха нет:
Съездишь, если приспичит составить какой документ,
Потолчешься, услышав куплет
О стране необъятных просторов и зове
				ее бесконечных дорог, - 
И домой, к голавлям).

Дочь художника выросла; где-то, с грехом пополам,
Помнит даже про творог:
Чем-то он ей и дорог
В Риме или на Корсике,
Где едят только финики-персики.

                                 2001 

        Автобиография
		
1 

Сказано, назвалось,
Обозначилось так, что
И смотришь уже не сквозь -
И прозрачней воздуха пташка.

А дождик заморосил:
Знай-напевай под морось,
Что легкость - сложенье сил,
Невыносимых порознь.

2 

Красоты, красоты… довольно красот!
Со смыслом ли - ? - сдуру,
Но вот их и сдуло,
		А голые ветки
(Поди-заступись-докажи-опровергни)
Для пущей проверки трясет и трясет.

Ох горе-глаголы и прочая речь,
Скажите, что нет, - а и нет трясогузок,
Действительно нет: ну и сложишь строку-то 
С не меньшим уныньем, чем голову с плеч.

3 

Любые травинка, былинка, соломина!
Про что ни пиликну - к ответу звало меня.

Да мне и дано было 
Долгие лета 
Расхаживать около,
Возле ответа.

Пиликнул? - подмеченный!
И трезвый как пьян ты:
Смогу ли? отвечу ли? 
А есть варианты?

4 

И не знал - так поймешь: где живешь - там и рад,
Не поешь - так чирикай,
Не пришлось посмотреть, как растет виноград, - 
Бормочи над черникой.

Подбивая итог, не греши: не верши -
Это вроде темницы;
Самый опыт души - лишь начало души:
Не с нуля? - с единицы.

                              2001-2002 

         * * *

Остыли, согрелись, остыли:
Такие у мошек дела.
Сирень выжидала - цвести ли:
Тем временем и отцвела;

Тепло, но не жарко согрета,
Стоит, от себя заслонясь;
И тихое, скромное лето
У ней впереди и у нас.
                    
					2002 


         * * *

Отжил? а всё-то мне -
Были б мотивы;
Ульев бы с сотами
Для перспективы.

Лодку - рыбачить, да грядку - полоть бы;
Вечную крякву на старом болоте;

К лету бы - летнее,
К небу - земное…
Есть ли я - нет меня:
Не основное.

        Молитва

Да, я совсем не елей, не отборный нектар
И не приангельский птах.
Как бы ни прямо я шел - а плутал и плутал,
Но не хочу быть в плутах.

Да, меня примутся рвать и глодать упыри:
Вытерпеть - не по плечу…
Не отпускай мне грехов: на Себя не бери: 
Пытки Тебе - не хочу.

                                    2002 

         * * *

Не пропадает сегодня
Из виду шмель:
Он растворяется в виде - и осень, 
		с его раствореньем, косматей;
Будь это я, то и сам оценил бы, 
		насколько проник все и обнял,
С тем и нашел бы на долгое-долгое время надежную щель,
Где сохранялся бы целую зиму как нужный к весне
	проявитель того, что не выяснит за зиму дятел;
Все это сделает шмель, никому не заметив
			и даже не думая для куражу:
"Пересижу себе, ай да отшельник, - а там уж
	природно-отлаженно сам погляжу и себя покажу"!

Желудь, конечно, по делу
Сброшен в траву - 
А пролежит еще - ох!.. без витийства по поводу
			смысла, с которым он рос или падал,
Цели, какой, так сказать, посвятился
	(и дальше, и дальше; извечно-глубокий вопрос;
			никому не закрыть эту зыбкую тему -
Но хоть прерву:
Лает щенок, и здоровая баба сгребает
			опавшие листья огромной лопатой).
			
                                                2002
		

С помощью "Журнального зала" Владимир Лапин просит читателей исправить опечатки, замеченные в публикации автором.

В первой строке последней строфы стихотворения "Коверный в запое. К тому же у нас…" напечатано : "Коверные расползся " ; должно быть - "Коверный расползся".

В четвертой строке "Недосказанного сказа" напечатано "И художник бывал:" ; должно быть - "И художник бывал):".

В последних строчках стихотворения "Не пропадает сегодня…" напечатано

  "Но хоть прерву:
  Лает щенок, и здоровая баба сгребает
      опавшие листья огромной лопатой)."  ;

должно быть -

    "Но хоть прерву: )
               Лает щенок, и здоровая баба сгребает
                      опавшие листья огромной лопатой. "	
Владимир Лапин

Владимир ЛАПИН - родился в 1945 г. в Москве. Автор нескольких книг для детей и поэтических сборников "Сверчок" (1993) и "Тон" (2001). Стихи Лапина печатались в журналах "Арион", "Волга", "Дружба народов", "Континент", "Новый мир". Живет в Москве.

Версия для печати