Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Берег 2014, 43

Стихотворения

Евгения Изварина

 

 

*** 

...как поклоняются умы
фигурам речи и ударам тьмы,
и очертания берут – всю власть,
всю совесть;

как раздеваются, знакомясь,
земля и небо с двух сторон стекла,
хрусталика и древней киноплёнки,

как время плавится, вцепившись в шестерёнки –
источник боли,
проводник тепла...



*** 

пепла холодную шугу
поворошив кочергой

человек отстраняется   
к очагу
подходит кто-то другой

что-то делает с воздухом и с самой
комнатой   

нет огня
и слышится
глухо как за стеной

отойди от меня

непонятно одна звезда говорит 
другой    или разом все

человек устраняется как вид
на жительство в этом сне



*** 

Младенец вербы говорит за взрослого:
кому повем, кому поверю на слово?–
обнявшись у порога високосного,
расстаться ласково
не может верба, человек – тем более:
двумя руками – что ветвями многими:
здесь главное, чтобы тебя не поняли, 
но – губы дрогнули…



*** 

...лабиринты лилий, большая отмель,
и древний «опель»
смотрит фарой издалека –
из-под воды, где в русло вошла река,
а цветы пропали – а то переплыли бы за тобой
последнюю в жизни боль,
но бегство – едва ли самоубийство,
просто тени затопленных тополей так быстро
высоко вымахали, выломали свет и звук отрубили
в подводном автомобиле...



*** 

...ты ходишь, чуть улыбаясь...
...ты плачешь, чуть задыхаясь...
Ещё одно у ребра есть
предназначенье, каюсь –
вычеркнуть острым краем –
что там болит, скулит...

Я не Адам.
Я Каин –
пробуй снова, Лилит.



*** 

Екатерине Симоновой

Воздух окрашен – слоями – под жемчуг
и под орех.
потускнела дубовых крон прорезная жесть.
Наступает осень: плечи склоняются
под сукно и мех,
лица запоминаются как есть,

руки задерживаются возле дверных скоб...

В полыни, струящейся, как дым,
лежит красное яблоко, и земля в ледниковый столб
промерзает под ним.
Словно в пестрое зеркало, в своё домашнее никогда
ива глядится в опавшие листья, совсем пуста.

На краю поля стоит человек - как стоит вода
в желобке листа.



*** 

...трепет, проигрыш в лотерею
ты не вспомнил – ладонь узнала...

Мне ж не холодно – под твоею,
мне ж не боязно – для бальзама
яды смешивать против правил,
чтоб не спрашивать – помнишь, нет ли...

Там, где ветер силки расставил,
птицы сами влетают в петли.



*** 

...Бог мой свидетель - что осень была, сплыла,
что на шее зимы венок из ящериц и мышей.
Кто стоит под стрелой, тот не может сказать
«стрела» –
говорит «мишень».
«Только ты не мешай мне, – трава говорит земле,–
я почти не в себе, я уже не в тебе почти –
белую ленту зимы повязали мне,
сквозь неё зрачки
сыплются как семена в обозримый прах...»
Бог мой – водитель призраков на горах,
кислородного голоданья щит
перед этой печалью, давно позабывшей страх,
(где послушать – какой-то воробышек-вертопрах
одиноким зуммером верещит)...

 

 

Версия для печати