Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Берег 2004, 4

Сени

Эссе

Я не программист, к сожалению. Даже не сисадмин какой-нибудь. Компьютер я просто юзаю, то есть использую, по-нашему. Пишу, музыку слушаю. Хорошую музыку. Плохую кто захочет слушать?

Не нравится мне эти американские слова все время повторять, то есть не американские, а английские, конечно, но все равно не нравится. Потому как я есть русский человек, то есть не совсем русский, а точнее, совсем не русский, но дело не в этом, все равно не нравится. Саунд, этачмент, апгрейт, виндоуз. “Виндоуз” особенно не нравится, но “линукс” тоже не русское слово. К тому же, чтобы юзать виндоуз много ума не надо, а в линуксе только программисты разбираются. Не наши это слова. Когда по-английски говорю, они мне нравятся, а когда по-русски – не очень. Хочется их по-русски произносить, но не получается. Я не переживаю, вон, у Пушкина тоже не получалось, и ничего, великий русский поэт. Может, оттого и не получалось, что прадедушка у него был негр? Вполне возможно. У меня тоже прадедушка негром был. С другой стороны, у тех, у кого прадедушки неграми не были, тоже не получается все это на русский язык перевести. Ничего не поделаешь.

Есть одно слово, хорошее. Хоть и английское, точнее, американское, точнее, всемирное такое слово, всем нравится. Правда-правда всем. Во всяком случае, всем, кого я знаю, нравится. Даже больше, чем слово “пиво”. Даже здесь, в Чехии. А в Чехии знаете какое пиво? Правильно, хорошее. Больше того, очень даже хорошее пиво. Лучше, чем в России. Это вам любой чех скажет, и любой русский, если не очень уж патриот. Слово это: “апгрейт”. Спросите своего друга, что ему больше нравится, пиво или апгрейт? Он скажет, что пиво после апгрейта. То есть сначала сделать апгрейт, а потом выпить пива. Впрочем, потом можно что угодно выпить, даже водки, но сначала – апгрейт. Заменил монитор или, например, звуковуху, вот уже и радость в доме.

Чем это слово еще нравится, у него антонима нет. На что уж противный этот русско-американский суржик, но и в нем нет такого слова – даунгрейт. Нет ведь, верно. Работу можно найти более оплачиваемую, а можно и менее более, денег может стать больше, а может и наоборот. Только-только солнышко выглянет, облака разойдутся, захочешь на рыбалку поехать. Вдруг раз, и гроза. Или, что еще хуже, в командировку пошлют на весь уикэнд. Или друг лучший заболеет. А без друга какая рыбалка? Никакой. Потому что в одиночку только алкоголики могут природой любоваться, да и то не все. И так вся жизнь. То вверх, то вниз. Куда от этого деться? А тут чудо: апгрейт есть, а даунгрейта нет. Нет даунгрейта, и все тут.

Вот ты поставил себе супер-мега-кул-примочку, сидишь перед компьютером, музыку слушаешь, душа радуется, петь хочется. А что петь? Конечно, можно что-нибудь из классики, можно даже рэпом. Ария варяжского гостя по смыслу не подходит, рэп сочинять не хочется, да и некогда. Что петь? Проблема. Реквием рано, про Чебурашку поздно.

Я тебе так скажу. Пой “Сени…”. Помнишь песню про сени? Мелодия простая, а текст про апгрейт. То есть, про настоящий апгрейт. Там еще мужик поет, что сени новые построил. Помнишь? Настоящий русский мужик. Сначала апгрейт сделал, а потом поет.

Есть такой герой литературный – Шерлок Холмс. Умный человек, англичанин. Сидел в своей комнатке перед камином, трубку курил. Накроет, бывало, ноги пледом, камин затопит и думает. Думал, думал, преступников ловил. Умный-умный, а сидел перед камином, как дурак. А камин – это такая штука, вроде печки. На печку он похож, как наша “Искра” на американский Ай-Би-Эм. Пристраивали камин к одной из стен помещения, топили все время, топили, а тепла в доме не было. Половина тепла уходила через прилегающую к печке стену на улицу. Конструктивно их камины тоже были так себе, вроде наших буржуек. Только название нерусское – камин. А про дома их я вообще молчу. Не то, что наши избы. Холодные дома, английские. Сначала дом построят, потом в доме камины лепят, где вздумается. Ноги пледом накроет, чтобы ногам тепло было, трубку закурит – это от насморка, грогу выпьет – для души и сугреву, и думает себе. Нет чтобы печку придумать.

Русская изба – это что? Нет, это не стены, хотя стены в ней были из цельных бревен. Теплые стены. Русская изба – это русская печь после апгрейта. Сначала строили печь, затем возводили вокруг нее стены. Русская печь в центре дома стояла, со всех сторон людей грела. И не только грела. В печке детей купали. Если ребенка в тепле купают, он не болеет, растет хорошо, спокойно. В печке еду готовили. И не жарили ее, не варили, а упревали. Подвергали долговременной тепловой обработке при температурах ниже температуры кипения воды. Только сейчас американцы додумались про витамины и аминокислоты, а Иван-дурак про витамины и аминокислоты и не слышал, но еду ел нормальную. Ты борщ любишь? И я люблю, даже если он без мяса. А поридж? Это такая английская каша без ничего. Как они ее варят, я не знаю, но не упревают, это точно. Не люблю я их кашу.

Хорошая штука - русская печь. Системой заслонок регулируется распределение теплого воздуха в доме. Ни одно полено не пропадает зря. А если человек немолодой уже или заболел, его на печку. Если дураком родился, то есть философом или программистом, – тоже на печку. На печке тепло всегда, мысли разные в голову лезут, думается хорошо, даже без пледа и трубки. Тот же Иван-дурак, подключился к источнику информации, софт скачал, настроил и лежал себе на печке, дальше думал. Девайсы за него работают, а он на печке лежит, думает, как бы ее еще проапгрейдить. Что софт скачал нелицензионный он, наверное, и не совсем прав. Но, с другой стороны, он ведь софт на место положил, не так ли? Кому надо, пусть себе сами скачивают, сети шьют, к проруби идут. А если сравнивать его с забугорными халявщиками, то наш Иван просто душка. Он ведь рыбку отпустил, а они своих джинов обратно в бутылки попихали. Рыбка ему говорит, мол, ну плохой я сисадмин, признаюсь. Но не рушь мой сервер, скачай что надо и иди себе дальше. Ты такой умный там на своей печке, тебе тепло, а меня тут, подо льдом, без соли акулы капитализма съедят. К тому же – дети малые дома ждут. Добрая такая рыбка, хорошая, хоть и щука. Как ее не отпустить? Женщина, мать.

А Россия почему такая большая? Из-за печки. Обычной русской печки. Ермак Тимофеевич, хоть и бандит, а наш русский человек. Прошел бы он Сибирь без печки? Ни за что. Замерз бы. Петр Первый когда путешествовал, везде, куда ни приезжал, распоряжался первым делом баню строить. Какая же баня без печки? Промерзнет в дороге, простудится, а тут и печка готова. И царь живой, и прогресс идет.

А кто главный человек в селе? Печник. Без печника плохо. Или дымить печь начнет, или свистеть по ночам. Пусть лучше печник свистит. Идет себе печник, идет, денежки получил, песенки насвистывает, а навстречу ему – Ленин. Тут России и хана, полный даунгрейт. Но не будем о грустном. Мы ж про апгрейт говорили.

Так вот. Избу постепенно расширяли за счет увеличения количества пристроек или перестройки существующих. Делали постоянный апгрейт. Про что там мужик поет в песне? Про сени. Что сени у него теперь новые, кленовые, не просто какое-нибудь барахло забугорное, а наши, эксклюзивно для конкретного человека своими руками изготовленные сени. Из клена, заметим, из экологически чистого материала. Про что еще песня? Про любовь. Если у человека есть средства на апгрейт и время на изготовление сеней, то человек это хороший, не лодырь, не пьяница, может, программист какой-нибудь, или сисадмин. Да хоть эникейщик, лишь бы человек был хороший, добрый. Злой человек разве будет про свой апгрейт петь? Не будет. Он ото всех свой апгрейт скроет, начнет зубами скрипеть, если про чужой апгрейт узнает. А петь не станет ни за что. А за хорошего человека, программиста или даже юзера какого-нибудь любая девушка замуж пойдет. Так что песня эта со всех сторон хорошая. И про апгрейт и про любовь.

Нет. Я не настаиваю. Ты можешь что хочешь петь. Твое дело. Только мне ближе “Сени…”. Потому как я есть русский человек, то есть не совсем русский, а точнее, совсем не русский, но дело не в этом, все равно нравится.

Версия для печати