Открывая рубрику "Архив" "Нового берега", мы намерены знакомить читателей с наиболее талантливыми произведениями, попавшими из России разными путями и в разные годы к нам, в Данию. Этим мы с большим опозданием исполняем свой долг перед теми, кто доверил нам когда-то свои тексты в надежде увидеть их опубликованными. Кроме короткой информации, предоставленной авторами, мы о них, равно как и о судьбе их произведений, ничего не знаем.
Желаем им удачи в жизни и творчестве и просим отозваться, если в их руки попадет "Новый берег" с их произведениями.

Лариса Петракова родилась в 1951 г. По образованию искусствовед. Живет около Кирилло-Белозерского монастыря, где работает гидом.

Отцу Федору

В глубине России - в глубине души,
Среди грязи, хаоса и ужаса,
Каждый день обедню батюшка служил
Со смиренным, незаметным мужеством.

Двое нас, почти случайных прихожан
На пригорке у Василия Великого…
Чуткий, радостный, улетный, древний храм -
Как из собственной души меня окликнули…

На сто верст в округе черный день,
Все дороги в круг единый замкнуты.
Над уныньем полумертвых деревень
Долгими дождями небо заткано…

Задохнешься смертною тоской:
Как и жизнь здесь теплится - неведомо.
Но опять в тиши полупустой
Батюшка кого-то исповедовал…

Мало нас, почти случайных прихожан,
На пригорке у Василия Великого.
Чуткий, радостный, улетный*, древний храм -
Как из собственной души меня окликнули…

 
*Улетный (вологодское): уютный, маленький, ладный, аккуратный



***

Жизнь поэта - мера пребыванья
Здесь и там, тот полустанок синий
Без примет, без точного названья,
Где немногие из нас гостили.

Золотые чаши равновесья:
Память и забвенье - дар и тайна…
Вздохом можно чашу перевесить
И нарушить меру пребыванья.

 

***

На смолистых золотых ступенях
Присела в девять лет, как сон, пуглива…
Гортань щекочет солнечное пенье
И юной плоти первые приливы -
Всё тянется за солнцем - тихо зреет…
Глаза закрыла, опустила руки:
Ласкает солнце, мучает, лелеет…
И со ступеней поднялась старухой.

 
Моему камню

Королева перстня с этим камнем
Ни одна на свете не желала:
Красотою не был он прославлен
И к тому же стоил слишком мало.

В недрах разъяренного вулкана
Был рожден из пламени и лавы…
Темные цвета обсидиана
Не сулили ни любви, ни славы.

Но от века ему цену знали
Ведьмы и колдуньи всех наречий:
По обсидиану узнавали
Женщину, идущую навстречу.

Этот камень был её приметой:
Узенький браслет сжигал запястье…
Женщин этих странные советы
Не сулили ни любви, ни счастья.

На кострах сжигали их высоких,
След босой ступни крестили рьяно,
И поэты посвящали строки
Ведьме с перстнем из обсидиана.

Королева ни одна на свете
Камня этого желать не смела.
Тайно короли мечтали встретить
Ту, что так бесстрашно им владела