Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Арион 2013, 2

 

 

 

 

ПАРАД 30-Х

 

Прямо с Тушино курсом на запад, на юг,

Через ЦПКО —

Самолетною буквой в небесном строю

Пролететь высоко.

 

Что достанется мне, может «С», может «Т»,

Может «А», может «Л», —

На сверхнизкой пройти над Кремлем высоте,

Над мозаикой тел.

 

Вот цветущая юность, вот лица гостей

Довоенной поры,

Вот он друг и отец пионерии всей —

Мировой детворы.

 

Физкультура идет — «Луч», «Динамо», «Спартак» —

Голыши-силачи.

В репродуктор на полную мощность Исаак

Дунаевский звучит.

 

И впечатан в брусчатку высокий сапог

ГПУ—РККА,

И вживлен Ворошиловский сталью значок

В отворот пиджака.

 

Я — небесное тело — свистящий металл

Над движеньем колонн,

Быстро букву за буквой уводит штурвал

В поворот и наклон,

 

Чтобы имя первейшее новой страны,

Не сходящее с уст,

Мимо Лобного места плыло и стены,

За Васильевский спуск,

 

Чтобы я, никому не известный пачкун,

Истребитель листов,

Стал носитель фамилии прямо в канун

Мировых катастроф.

 

РОДНЯ

 

Она была родной сестрой жены

Покойного двоюродного брата

По линии отца, со стороны

Второго брака. Сам же он внучатый

 

Племянник был. А с дочкою вдовы

Его родного дяди — брата мамы —

Их познакомил теткин муж, увы,

Покойный ныне... Это он, тот самый

 

Троюродной сестры приемный сын,

Он на портрете справа от прадеда

Сан Сеича, тогда еще усы

Он не носил. Так вот, после Победы

Она болела долго, докторов

К ней приводил свояк невестки брата

По матери, он сам был не здоров —

С рождения он крепко был горбатый...

 

Пока она лечилась, умер тесть

Племянника свекрови, бабкин старший

Приемный сын... И надо же, бог весть

Откуда заявился зять мамаши!

 

И он на площадь заявил права,

Хотя был внуком дочери свекрови

Троюродной сестры отца, вдова

Которого была ему по крови,

 

Считай, никто! Он хитрый был мужик,

Он так переиначил ловко факты,

Что получилось, что он брат жены

Племянника родного дядьки!.. Акт-то

 

И метрики утеряны в войну,

Теперь он через суд подал на площадь

Как родственник... Еще детей втянул

Сестры отца. Но свекор — теткин отчим

 

Решил, чтоб не спускать на самотек,

Поехать в Кочетоп, поднять архивы,

И там он обнаружил, что внучок

Вдовы отца — прабабки Серафимы

 

Убился после гибели второй

Его жены, а мальчик был от первой,

Умершей раньше. Справку он домой

Привез и отдал в суд. У зятя нервы

 

Расстроились совсем, он начал пить,

Пытался шантажировать невестку

Отца племяши, чтоб удочерить

Ее мальца, малец тогда в отместку

Взял матери фамилию — Перель,

Когда подрос, свалил отсюда в Штаты...

.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .

Так вот, сынок, я думаю теперь

И нам к нему податься б тоже надо.

 

Мы ж как-никак родня... Небось, жива

Золовка свата, что теперь старуха,

Которая была как раз жена

Отца, иль сына, иль святого духа...

 

 

           * * *

Вот выходит с пустой переноской

Человек из лечебницы вет.

Налетает порывом морозный

Ветер, клетка видна на просвет.

 

И по снегом заваленной «зебре»

К остановке железной идет

На мигающий желтый, и терпит

Пустоту, и троллейбуса ждет.

 

Необычно пустой перекресток.

Непривычная легкость в руке.

Лишь на вату похожий очесок

На запорном остался крючке.

Версия для печати