Валерий Скобло
* * *
Какие страсти кипят там внизу —
у пивного ларька,
Приходит жена, пытается увести мужа,
Мужик шатается после очередного пинка,
Здоровая баба, и он ей зачем-то нужен.
Кажется, время остановилось
и потекло вспять,
То ли застой, то ли хрущевская оттепель
после сталинской стужи.
Впрочем, нет: свои надобности отправлять
Ходят не в нашу парадную, как тогда, —
а за ларьком, тут же.
Это не то, что б прогресс,
но что-то вроде того:
Ближе к природе, я бы сказал —
органичней, проще.
Смотришь в глаза человеку, а у него
В зрачках отражаешься ты,
маленький, нелепый, тощий.
То ли глядишь из кухни в окно
на очередь и ларек,
То ли сам, разомлев на солнце,
стоишь за пивом,
Проходящему участковому отдаешь честь
под несуществующий козырек,
С лицом потным, бессмысленным
и счастливым.
* * *
Я ни в чем не подобен Улиссу —
Посадил в огороде мелиссу
И слежу за ростками на грядке.
Ну, растут и растут — все в порядке.
Этот медленный взгляд за окно...
Видно, здесь мне дожить суждено,
На клочке этом в несколько соток...
И останется несколько фоток,
Где наш старенький домик — фанера,
На столе ветхий томик Гомера,
Где смотрю на мелиссу, смеясь,
Ощутив с ней чудесную связь.
* * *
Когда-то разные поэты ...Теперь они выходят
В туманный Ленинград...
К.Вагинов
Здесь проживали...
А теперь никто.
За окнами различные предметы
Бывали ими всячески воспеты.
...На гвоздике висело здесь пальто,
На панцирной продавленной решетке
Лежал матрас, продольно полосат.
Здесь по каналу проплывали лодки,
И барышни, жеманные красотки,
“Шарман!..” шепча, цедили лимонад.
Теперь их нету всех,
они пропали.
Их скрыл туман? С мешками вышли вон?
Но место на гранитном пьедестале
Пустует... И туман со всех сторон.
Быть может, в том — туманном Ленинграде
Они гуляют?.. Может быть, и нет.
И там они представлены к награде...
А ты?.. Какой же, на фиг, ты поэт?!
