Александр Воловик

ПУТИ-РАЗМЕРЫ

Сменил анапест Петербурга на легкий питерский хорей,

и на пеон под третьим номером, к примеру, Комарово.

На ямб Москвы, на Серпухова дактиль.

А вот второй пеон — Иваново...

И амфибрахий захолустного Урюпинска...

Березники — пеон четвертый...

И первый, наконец, нагнал у Кемерово.

А там, через совсем далекие верлибры Ерофея Павловича,

глядишь, и снова на анапест перешел.

Но — Колымы...

Вадим Агол

.   .   .

То ль стихи почитать, то ль с веранды смотреть под гипнозом
на зеркальное озеро и суету облаков.
Что касается озера, то — простоит до морозов,
ну а нрав облаков — не таков.

Мимолетность, бесформенность, чистой воды алогичность
так похожи на мысли, что тоже по небу ползут.
И поди догадайся, где личность, а где околичность,
где соломинка, где парашют.

.   .   .

Обожаемые пассажиры!
Поезд следует до остановки.
Будьте наивно вежливы!
Уступайте места индивидам,
неживым людям
и временным женщинам!
Выходя из вагона,
не забывайте свои мощи!

Роман Степнов

.   .   .

Осенняя рыба уснула в реке.
Деревья листву свою сбросили.
Морозное утро плывет налегке
В прозрачном безмолвии осени.

Стою одиноко, как рыба в сети,
Продрогший, простуженный чуточку.
А друг обещал червяков принести,
И удочку.