* * *

Июнь. Испарина и мрак.
Давно надумал сделать слепок
с дождя на память... Только как?
Сноровки нет, прием не крепок,
а мозг горяч и размягчен,
как воск свечи в разгаре бала,
он схож со спущенным мячом,
с пустою пачкою “Опала”,
что ливнем в Лету снесена...
Вот и верни потом обратно
дух, исчезающий в парадном,
пух, пролетевший вдоль окна...

* * *

Навсегда. Костенеющий лес, протянувшийся вдоль.
Уходя на заслуженный отдых, реалии скопом
получают отличия. Хочешь о прошлом? Изволь.
Только дай обещание больше не бредить потопом —
неушедшей водой, приводя в доказательство соль
 
на губах или нежные камни со дна.
Подбирая в снегу, пополняя коллекцию знаков
векового присутствия, скажешь: “Конечно, волна, —
и плечами пожмешь, дескать, климат везде одинаков, —
и у нас на Таганке смывает предметы она”.
Это был не предмет, а автобусный долгий маршрут!
По две кассы в машине, счастливых билетов навалом.
Магазин. Костенеющий лес. Высыхающий пруд.
И на всех остановках вино одноклассники пьют
и сырком заедают, с пеленок довольствуясь малым...
 
Это связь моя с жизнью, так странно окрепшая тут.
 
Конец 80-х
* Денис Новиков. “Виза”. — М.: Воймега, 2007.